Tags: умничаю

kitty inside

Зов Лавкрафта.

Читаю "Биографию Лавкрафта". Не покидает ощущение дежа вю. Как будто посмотрела в кривое зеркало. Не рассматривая предубеждений, тяжелого психологического детства, есть несколько других вещей, что роднит меня с ним. И это никак не гениальность.
Не читая его произведения, лишь основываясь на том, как его творчество повлияло на остальную фантастику, я считала его гением. Или уж точно - писателем. Вряд ли я возьмусь отныне за его произведения. Не знаю, хорошо это или плохо, но Лавкрафт как человек, как живой человек, отбивает всякое желание читать его книги. И для меня он не стал настоящим писателем, потому что не приложил для творчества достаточно сил.
Не буду перессказывать его биографию, это довольно утомительно, пытаюсь лишь остановиться на смутных чувствах, которые, как мне кажется, роднят меня с ним. С этим человеком, да.
Прежде всего, это зацикленность в детстве на литературе прошлого века. Говоря о Лавкрафте, безусловно, всякая ипостасия у него множится в разы, развиваясь в десятки раз, вырастая до тех невообразимых чудовищ, каких он описывал. Конечно, мое увлечение классической литературой несравнимо с его, однако же стоит мне утратить контроль над собой или же, не дай бог, увлечься каким-нибудь романом не старше 1980, пиши прощай. Я не берусь даже за классику 1880 и младше годов, поскольку мои предложения в миг станут архаичными и настолько невообразимо длинными, что им позавидовал бы сам Толстой. Мой бич - это Толстой и Достоевский, как у Лавкрафта По и другие писатели 19-го века. Тяжелый, витиеватый, усложненный деепричастными оборотами и причастиями, а дай мне волю я впихну туда еще несколько замечаний в скобках и ни в чем не бывало продолжу дальше. Только хорошая современная проза. Причем, желательно переводная. Там предложения короткие и точные.
Конечно, я не ношу кринолины и не подражаю моде тех веков, как Лавкрафт. Я говорила, что мы схожи, хотя и очень различны в то же время. Я уже ощущаю, как начинаю "косить" под его стиль, и если я как можно скорее не окончу его биографию, то выравнивать и укорачивать мне предложения предстоит еще очень долго после. Стиль уже тоже, мягко говоря, "испорчен". Он начал портиться и стареть еще в школьные годы, когда подражая Достоевскому, я написала первые несколько глав продолжения "Преступления и наказания", когда Раскольников выходит из заключения, в колонии-поселении и Соня ждет его, и это все в столь отличных от живой речи фразах. А уж для экшн-а этот стиль и вовсе не предназначен.
Лавкрафт тратил очень много времени на свою личную переписку. Он отправлял тетушкам еженедельные письма, отчитываясь о каждой ежедневной рутине, и письма доходили до 40-ка страниц текста. Он писал статьи и критиковал никому не известных поныне авторов в любительских журналах. Теперь перенесем эту кальку на меня - форумы, фэйсбук и чужие креативы. Ложится идеально.
Я отказалась сейчас от социальных сетей. Не знаю, сколько времени прошло, не засекала и, что поразительнее, сделала я это до чтения биографии Лавкрафта. Итак понятно, что интернет отнимает много времени, казалось бы, к чему искать доказательства. Но только на примере Лавкрафта - писателя, который мог бы написать гораздо, ГОРАЗДО больше произведений, если бы не тратил время на лишнее, - мне становится понятно даже не то, что интернет отнимает время, а то, что это проклятая "суета сует", о которой через полчаса уже и не вспомнишь и которая не имеет ровным счетом никакого проклятого значения в твоей жизни. Серьезно. Я знала, чем завтракают чужие мне люди, что им наступили на ногу в транспорте и что они поржали над этой картинкой. И что? Это отлично, когда нужно отвлечься, но не тогда, как в моем случае, когда появляется всего два часа свободного времени из остальных десяти в жизнеспособных сутках. Всего два часа в день, которые я могла бы потратить на творчество. На творчество, о котором мечтаю с 13-ти лет, буквально! Я все еще ношусь, как с писаной торбой, с идеями романов, которые печатала двумя пальцами на старой печатной машинке. Я придумала их еще тогда. И они все еще там.
Не знаю, что влияет больше - сам факт, что мне будет 30-ть в этом году или тот факт, что я знаю, что в этом возрасте у людей обычно начинается кризис среднего возраста и они пересматривают свои достижения особенно критическим взглядом. Что ж, мне есть от чего впасть в депрессию, и взгляда в кривое зеркало биографии Лавкрафта, наглядно демонстрирующей все упущенные возможности, мне стало более чем достаточно.
Вряд ли, конечно, я совсем откажусь от соцсетей. Со временем, любой кризис пройдет. И в конце концов, этот текст я тоже пишу в одну из соцсетей, но это больше дневник, чем погоня за лайками и комментариями. Очень уж ярки впечатления, чтобы оставлять их в разуме.
Без соцсетей я прочла раза в полтора больше книг за тот же период времени, что и расставляя лайки. А может, и больше. Я не ставила эксперимента осознано. На творчество отстутсвие отвлекающего фактора пока не сильно повлияло, и вот тут можно было бы сказать - "ага!".
Не прибавилось сотни, другой исписанных страниц, это правда, творчество как требовало, так и требует не только наличие свободного времени. Однако, и это немаловажно, есть ощутимый прогресс в другой области - в моих мыслях перестали звучать бессмысленные отрывки комментариев, шуток, слов, хочешь-не хочешь, я переосмысливала и переваривала их, внутренний голос обсуждал их, предлагал варианты ответа, писал посты, которые так и не были никогда написаны. Это исчезло. И для меня это хорошо.
Я давно прощупала в себе некий лимит слов, который тратится и потом возобновляется некоторое время. То есть, я могу написать четверть главы, десятки комментариев и несколько постов и после этого "моя внутренняя богиня" ( :))) падает замертво, опустошенная и бессловесная. Могу написать половину главы и проработать детально план последующей, если при этом не буду писать комментарии, а лишь молчать и лайкать. Если я выжму из себя все силы, ни на что не отвлекаясь, чтобы "заглянуть на пять минут, узнать, кто лайкнул мою фотку", то глава будет написана от начала до конца, и только тогда "богиня" вывесит белый флаг и табличку "не беспокоить".
Мне кажется, что сиди я на фэйсбуке все прошлые дни и последующие, эта запись так и осталась бы теоретической, в планах. Однако значение этого поста также сомнительно, если быть честной) я все так же трачу слова, и потратила их уже много, но сейчас почти полночь и ничего путного я бы все равно не написала. Запас слов тоже должен быть исчерпан, его нельзя хранить, считая, что преумножаешь его таким образом. Ненаписанные слова копятся, прессуются, невыраженные идеи умирают великими, "мы запомним их такими". А на бумаге каждая мифически идеальная идея становится совсем иной, а уж насколько далекой от идеала! В том и есть польза, чтобы пытаться записать даже свои мысли, чтобы сформулировать их правильно, и это умение, без сомнения, потом пригодится. Но нет пользы в том, чтобы записывать каждую-каждую, буквально каждую мысль, как это происходит в блогах. У меня так.
Лавкрафт - а я с ним все еще не закончила, - сторонился людей, жил уединенно, отшельником, имея многочисленные психологические проблемы, впитанные им в непростом детстве. Изначально мне казалось, что это нормально для писателя, трудно поддерживать имидж шоумена, будучи вынужденным проводить сутки напролет за письменным столом. Но не все так просто в характере и поведении Лавкрафта, как оно казалось изначально. И должно быть, мне с моим желанием замкнуться в раковине отшельничества, тоже необходимо что-то делать и разбираться. Опять же фэйсбук помогал хотя бы в этом. Других людей, кроме виртуальных, в моей жизни не так много, а если их исключить вовсе - то так недалеко и до Лавкрафта и его безликих персонажей. А если не знать меры и не брать себя в узды, то можно стать писателем ненаписанных романов, как и он.
А я не хочу.
задумчивость в профиль

9/24 глав

Давно хотела зафиксировать этот опыт. Невероятный. Который для других ничегошеньки не значит. Что тоже невероятно.
Я заканчиваю последнюю часть трилогии. Фанфик - творчество по чужим мирам. Мое - только фантазия на тему. Безграничная, безудержная. К третьей книге от канонической истории остались лишь намеки. Я окончательно осмелела. Вернее даже, выбранный сюжет не оставил мне выбора.
Каждая глава как война. Как преодоление последнего рубежа. Когда хочется сказать - выше уже не прыгну, хватит, опускайте шест. А приходится. Еще порядка пятнадцати глав впереди.
Оказалось, что дописывать что-либо гораздо сложнее, чем начинать. До этого я доводила до логического финала несколько книг и повестей, но работа над трилогией "История Катаклизма" стала совсем иной.
Два десятка героев. Важных, второстепенных, главных, неожиданных, все равно играющих свою важную часть в сюжете. Однажды Chris Marlowe (привет, если прочтешь эти строки когда-нибудь) сказал, что я невероятно разбросала героев по миру. В "Пятом Аспекте" каждая главая начиналась с нового места и других героев. Тогда мне казалось - ничего сложного! В финале эти герои постепенно собираются вместе. А значит, в каждой главе теперь не один главный персонаж, их несколько. Они все важны для сюжета, их мысли и поступки логичны и уникальны. Мне хочется в это верить) Управлять толпой героев это как... одновременно приучать к лотку стаю котят. Они все разбегаются, они не слушаются, у них позади своя история и свое видение ситуации. Нельзя выделять одного из них, нельзя вести цикл глав этих героев от лица одного и того же персонажа. Я выбрала манеру письма ПОВ - то есть Point of view, точка зрения. Почти как от первого лица, но от третьего ) Это тоже накладывает определенные сложности.
Сюжет. Задумка, которая стала все более авторской и все менее каноничной, близзардовской. Основная идея многограна и многоступенчата. Ушел ни один месяц на то, чтобы обдумать и разложить по полочкам самой себе фабулу, разобрать ее настолько досконально, чтобы в ходе действия, в ходе повествования так или иначе задавались все возникающие у здравого читателя вопросы и чтобы ответы на них появлялись в тексте позже, чем эти вопросы таки возникнут. Значит, информация нужно подавать дозировано и сбалансировано, интересно и в то же время без отрыва от активного движения сюжета вперед. Потом выявить, какой герой может ее осветить, какой может выступить в роли того читателя-вопросника, озвучивая эти вопросы. А основное, очень грубо говоря, правило выбора героя для ПОВа - какой из героев наиболее страдает в данный момент сюжета, тот и ПОВ )) Страдает - это и развивается, и познает что-то новое.
В "Зин-Азшари" и "Пятом Аспекте-1" я целиком отдавалась вдохновению. Я знала лишь, к какому финалу должна прийти та или иная глава. Как оказалось, очень неправильная позиция, если собираешься писать трилогию ) По этой причине в середине лета 2014, через три года после написания первой книги, мне пришлось переписать ее почти заново. Я все еще не нашла в себе силы сделать то же самое для "Пятого Аспекта". В "Войне Стихий" каждая деталь имеет значение. Например, я не смогла приступить к главе "Последний час Пандарии", пока не прописала хотя бы основными тезисами последущие главы Тариона. Вплоть до финала. Я таки поняла, что есть сюжет, а есть фабула и это две разные вещи, о чем и пишет Линда Сегер в своей книге "Как хороший сценарий сделать великим". Что к одному финалу можно прийти очень разными путями. А не отдаваться вдохновению, мол, что пришло на ум, ты это и записала. Двигать фабулу нужно так, как это нужно сюжету.
Вдохновение. О да. Мифическое состояние, когда все легко и просто. И которое никогда не появится, если у тебя маленький ребенок, постоянный недосып и каша в голове из-за гормонального дисбаланса. Единственное правило писателя - сядь и пиши. Это и есть вдохновение.
Я стала не только строить планы, но и рисовать схемы глав, книг и всей трилогии.
Я все еще разрабатываю девятую и десятые главы одновременно. Черновики по этим главы достигают невероятных цифр - по пятьдесять страниц каждая. Четыре года назад для "Зин-Азшари" глава в пять страниц считалась невероятно крутой.
Я постараюсь уложиться в 24 главы. Все еще больше половины впереди.
kitty inside

!!!

 Неадекватная реакция на восклицательные знаки была у меня, сколько себя помню. Ну, конечно, как и все, я старательно выводила сакральное слово "Анкета" и прилежно добавляла три, а то и больше восклицательных знаков. Это было повсеместно и это было традицией детства, надо было просто тупо придерживаться, даже если не понимаешь ни черта. Но я хихикала, когда про себя произносила все эти заголовки - "Катин дневни-и-и-ик!!!!". Почему-то всегда казалось, что восклицание - это крик, и его обилие значит просто нещадный ор.

В эру faces.md я насладилась восклицаниями сполна.Смотришь, вроде симпатичный кто-то на фото, опускаешь взгляд и натыкаешься на ряд фонарных столбов. Пытаешься пробраться сквозь этот лес - найти буквы.

Я свой лимит по восклицаниям, видимо, исчерпала.

Меня передергивает, если на странице книги точки в меньшестве. Для меня авторы, у которых герои общаются только через схему фонарных столбов, - это восьмилетние дети с фломастерами и анкетами на перевес, когда выразить свое восторженное восприятие детскости обычными словами ты еще не силах.

Но самый, как сказал Тема, пиздец пиздецович - это когда герои у автора не могут ПРОСТО задать вопрос.
- Кто? - спросил капитан.

Только так и каждый самый хилый вопросик:
- Кто?! - спросил капитан.

Авторская инфантильная душенька мечется в поисках фломастера Хотя бы какого. Пускай даже одного цвета, пускай темного. А вы же помните - самый шик это разноцветные фонарные столбы. И когда наборчики из шести фломастеров сменились иноземными наборами по 30 цветов - точке пришел пиздец.

Спасибо "Космобиолухам". Два подряд вопроса "?!" и рябь в глазах из-за поперечных черточек убедили меня, что наши отношения с Громыкой вряд ли сложатся.
Adopt one today!
kitty inside

ц

 Те, кто читают книги, всегда будут управлять теми, кто смотрит телевизор.
/Фелиция Жанлис/


Конфликт — очень важная вещь. «Кошка села на подушку» — это не начало романа, а вот «Кошка села на собачью подушку» — да.
/Ле Карре/