Tags: хэрриот

melancholy

...

Мой текст к сегодняшней дате. Про любимых писателей.

ДАРРЕЛЛ И ХЭРРИОТ: К ДВАДЦАТОЙ ГОДОВЩИНЕ УХОДА ИЗ ЖИЗНИ

Их книги соседствуют на книжных полках. Условный раздел «О животных». Англия. Двадцатый век. Юмор. Даже не стало их с промежутком менее чем в месяц. 30 января 1995 года умер Джеральд Даррелл, 23 февраля — Джеймс Хэрриот.

Удивительно, но различий между ними больше, чем сходств.

Об англичанах есть два стереотипа. Согласно первому, они традиционалисты. В англичанах есть нечто старомодное, олицетворяющее опрятность и уют. Согласно второму, они странные, почти сумасшедшие. «В нас как бы укрепилась с детства вера... что всякий англичанин чудак и эксцентрик», — писал Достоевский. На этой развилке Даррелл и Хэрриот расходятся в строго противоположные стороны.
[продолжение]

Хэрриот — это здоровый консерватизм: раз и навсегда избранные земля и жена, равномерно развивающаяся карьера, йоркширский пудинг по вечерам и писательство как хобби. Даррелл — полубезумный авантюризм: путешествия по всему миру, малярия и укусы ядовитых змей, жена — соратник по общему делу и писательство как способ заработать на звероловные экспедиции. Хэрриот пытался избежать публичности, переименовав в своих книгах жену, коллег, самого себя и даже город Тирск. Даррелл без стеснения высмеял ближайших родственников.

Считать их книги «прозой о животных» — поверхностно. С тем же основанием «Моби Дик» можно назвать романом о китах. Безусловно, животные у Даррелла и Хэрриота — не только повод для сюжетных линий, но и самостоятельные личности — полноценные участники повествования. И все же это книги не о животных, а о живом. Здесь писатели снова сходятся.

Центральные персонажи историй Даррелла — необычные люди, чаще всего такие же эксцентрики, как он сам. Свой в доску африканский король — фон Бафута, фехтующий с деревьями Джордж, властная владелица борделя Паула, добродушный убийца с чайкой, мать Кралевского, понимающая язык цветов... Полный список охватывает почти всех даррелловских героев. Без животных его проза еще может существовать (есть примеры), но с одними животными она не выживает, превращаясь в дневник зоолога.

На страницах книг Хэрриота людям отведено еще больше места. Среди них тоже встречаются чудаки, но большинство персонажей — грубоватые йоркширские фермеры, которых вряд ли можно назвать эксцентричными. Хэрриот описывает довольно рядовые происшествия — неудачное свидание, бегство от быка, озадачивающую болезнь овцы. Животные для него — пациенты, иногда друзья, а в целом что-то вроде соседей по городку. Он с симпатией пишет «о всех созданиях прекрасных и удивительных», но не так уж удивляется. Это скорее даррелловская черта — удивляться и восхищаться, всматриваясь во все творения природы.

Книги Даррелла — ода широте, парадоксальности и разнообразию мира. Стремись к мечте, не бойся и не сиди на месте. И смотри во все глаза. Книги Хэрриота о том, что мир может открыться и через обыкновенную тяжелую работу, в общении с самими простыми людьми. Пойми, в чем твое призвание, и старайся любить все живое — в провинции родной страны найдешь и радость, и смысл, и книгу.

Два разных пути. Разных, но не противоречащих друг другу.

Пусть их книги так и стоят рядом.

Опубликовано: http://prochtenie.ru/texts/28080
melancholy

All Creatures Great and Small, 1974

zigfrid

А вот, поклонники Хэрриота, чего нашлось в сети (спасибо Сергею Гаркави!). Я давно искал этот фильм, но его не было даже в музее Дж.Х.

Он, на мой вкус, гораздо лучше популярного сериала. Тут хотя бы Тристан похож на Тристана.
Ну, и, конечно, главная достопримечательность - Энтони Хопкинс в роли Зигфрида Фарнона (здесь была обязательная шутка про ягнят).

[прототипы и немного о съемках]Фотография, на которой запечатлены артисты и их прототипы.


Стоят: второй слева - Дональд Синклер (прототип Зигфрида), около него стоит Хопкинс, шестой слева - исполнитель роли Джеймса Хэрриота, восьмой слева - исполнитель роли Тристана, девятый - Брайан Синклер (прототип Тристана). Сидят по центру - Джоан и Альф Уайты (они же - Хелен и Джеймс Хэрриоты).

Вот, что пишет сын Хэрриота о съемках:

Во время съемок в 1974 году мы несколько раз ездили на съемочную площадку посмотреть на работу актеров. Узнав, что для съемок выбрали вересковые пустоши Северного Йоркшира, а не йоркширские холмы, Альф почувствовал укол разочарования, но это ничуть не испортило ему впечатления. Он в волнении смотрел, как на его глазах снова оживало прошлое. Он не хотел участвовать в производстве фильма. Альф утвердил сценарий, но отказался стать консультантом-ветеринаром, — эту работу взял на себя его коллега из Йорка Джордж Сазерленд.

Альфу особенно понравилась игра Энтони Хопкинса, который идеально передал добрый и искрометный характер Зигфрида. Саймон Уорд тоже, по его мнению, прекрасно подходил на роль слегка смущенного ветеринара, оказавшегося в компании уникальных личностей. Ему понравилась Лиза Харроу, имевшая поразительное сходство с молодой Джоан.

К сожалению, не все остались довольны тем, как их изображали на экране. После посещения съемочной площадки неподалеку от Пикеринга вместе с Альфом, Брайаном и их женами Дональд заявил, что ему не нравится его образ в фильме, Это был самый яркий пример непредсказуемости «Зигфрида».

Как-то утром, вскоре после их поездки на съемки, я вошел в кабинет на Киркгейт, 23 и увидел, что отец сидит за столом с посеревшим лицом. Его явно что-то глубоко огорчило. Он повернулся ко мне, и его голос дрожал, когда он заговорил:

— Дональд собирается подать на меня в суд, Джим!

<..>

Альф действовал быстро. Он сразу же позвонил Брайану и их сестре Эльзе, которая жила на юге Англии. Когда он объяснил им ситуацию, они оба обещали Альфу полную поддержку, согласившись, что образ их брата ни в коей мере нельзя назвать преувеличенным. Эльза была большой поклонницей книг Хэрриота и пришла в страшное возмущение, узнав, что Дональд возражает против персонажа Зигфрида. Она сурово пригрозила жуткими последствиями, если он только попробует продолжать в том же духе. Что бы она ни сказала, но ее слова подействовали, и съемки продолжались.

На следующий год Дональд снова взорвался, когда прочитал рецензии на фильм, в которых персонажа Энтони Хопкинса называли «эксцентричным холостяком» и «вспыльчивым Зигфридом». Но угроза судебной тяжбы больше никогда не омрачала отношения двух друзей.

Cooking

Все, что вы хотели знать о йоркширском пудинге, но боялись спросить

Воскресный обед включал традиционный ростбиф и йоркширский пудинг. Жена как раз положила на мою тарелку солидный ломоть пудинга и теперь поливала его мясным соусом неописуемого аромата. После типичного для ветеринара воскресного утра, занятого метаниями с фермы на ферму, я готов был съесть быка, и мне пришло в голову, как приходило уже не раз, что, доведись мне знакомить какого-нибудь иностранного гурмана с достоинствами английской кухни, я бы непременно угостил его йоркширским пудингом

Как я уже упоминал, литература сильно изменила мою жизнь - давно прочитав у Хэрриота, что сладкое вкуснее всего есть, закусывая сыром, я с тех пор так и делаю. Понятное дело, что волшебное описание этим писателем блюда под названием "йоркширский пудинг" волновало меня давно. Этой зимой я, наконец, его попробовал.

То есть планировал я с ним ознакомиться еще в августе, но непосредственно в Йоркшире меня с пудингом обломали. Заходите, мол, в воскресенье - будет вам традиционный йоркширский пудинг. Ага, щас. Вот только сбегаю, попрошу политического убежища и тогда непременно зайду в воскресенье, чтобы отведать вашего пудинга. То есть все это не исключено, конечно. Но не в этот раз. Зимой мне повезло больше и маленькие йоркширские пудинги принесли в качестве дополнения к сосискам, пирогам и прочим ништякам, которые я заказал к пиву в лондонском пабе.

После того, как я узнал, как выглядит йоркширский пудинг и каков он на вкус, я попробовал приготовить его в Москве.

Collapse )
melancholy

Тирск. Часть III. Мир Джеймса Хэрриота

(обещанный пост для тех, кто меня еще не отфрендил)

Фарнон подвел меня к первой из нескольких дверей, открывавшихся в коридор, где висел запах эфира и карболки.

- Это, - сказал он, и глаза его таинственно заблестели, словно он указывал мне вход в пещеру Аладдина, - наша аптека.

В дни, когда еще не было пенициллина и сульфаниламидов, аптеке принадлежала весьма важная роль. От пола до потолка по стенам тянулись ряды сверкающих банок и бутылей. Я с удовольствием читал знакомые названия: эфир, настойка камфары, хлородин, формалин, нашатырь, гексамин, свинцовый сахар, линиментум альбум, сулема, вытяжной пластырь. Хоровод этикеток действовал успокаивающе.


drugs1

Collapse )

Первая часть рассказа о Тирске и Хэрриоте - здесь.
Вторая часть - здесь.
melancholy

Тирск. Часть II

house2

Дом я узнал по плющу, который карабкался по старым кирпичным стенам до чердачных окон. Так было сказано в письме - единственный дом, увитый плющом. Значит, вот тут я, возможно, начну свою ветеринарную карьеру.

Второй пост подряд начинаю с совершенно невыразительной фотографии, но так диктует логика. Ведь в отличие от предыдущего, пост будет скорее не о Тирске, а конкретно вот об этом домике с плющом, в котором расположен музей Джеймса Хэрриота. Прохожий с собакой символично зарифмовался с вывеской - сколько их таких здесь было!

Collapse )
melancholy

Тирск. Часть I

ukazatel

Когда я перечислял города, которые мы собирались посетить в Англии, Тирск вызывал удивление. Большинство просто о нем ничего не слышало, другие недоумевали зачем ехать в этот маленький йоркширский городок. Тот, кто не читал - не поймет, а кто в теме - по указателю уже все понял. Ведь Тирск - это настоящее название Дарроуби - города, в котором происходит действие рассказов Джеймса Хэрриота - самого знаменитого ветеринара в мире и одного из моих любимейших писателей.

Collapse )