Tags: париж

melancholy

Июльская колонна

Надоела суета, работа, разговоры о политике и всяческое "пусть стены нашего сортира украсят юмор и сатира". Устал. Хочется что-нибудь спокойное о хорошем и серьезном. Например, под большим и свежим впечатлением от "Писем к брату Тео", в ближайшее время собираюсь написать несколько постов подряд о Ван Гоге. Только все времени не хватает.

А пока просто - фотка. Вид на Июльскую колонну, что на Площади Бастилии.

76.30 КБ
melancholy

La Rotonde

48.30 КБ

Париж фиолетовый,/ Париж в анилине,/вставал за окном "Ротонды"... (Маяковский, 1924)

Пикассо, Модильяни, Маяковский, Эренбург, Шагал, Аполлинер, Волошин etc Ну, еще Ленин с Троцким - в отдельном списке. Сердечное спасибо stroler, что посоветовал зайти.

А на фотографии мне кажется, что тот тип, что слева в зеркале - явно на измене, а тот что справа за столиком - что-то ему втирает. Автор фото - НН.

Collapse )
melancholy

Солженицын

86.08 КБ

Париж, витрина книжного магазина. "Великий писатель умер, но творения его бессмертны" или нечто вроде.

Друг Александер, уроженец Гренобля, сказал, что когда А.И.С. приказал долго жить, на французском телевидении (имеется в виду, видимо, основные каналы - тут меня поправят) прервали передачи и начали показывать про него документальный фильм. "Последний раз такое было, когда умер Миттеран".

А другой друг, подданный Карла XVI Густафа, сказал, что "Солженицын был великий хроник". "Не, Эрик, хроник - это тот, кто пьет не просыпаясь" - машинально и хором ответили мы с НН.
melancholy

Сент-Женевьев-де-Буа

Тут совсем по-другому, конечно. Строго, скупо и пусто. Окрестный пейзаж вполне родной. "Хоть похоже на Россию..." Островок в океане Соляриса, держащийся усилием памяти - из фильма того, кто тоже лежит здесь.

Могила Бунина аккуратна и ухожена. Следят. Белый крест, цветы в горшках. На могильной плите, слегка посыпанной хвоей, лежит здоровенная свежая шишка. Наверное принес кто-то, - растущая над могилой сосна таких гигантов не родит. А это вот ветка, которая склоняется над самой могилой Ивана Алексеевича.

Collapse )

Табличка "Зинаида Гиппиус" в ногах у Мережковского читается уже с трудом.

Тарковский. "Человеку, который увидел ангела", да. Выделяющееся надгробие. На плите - монеты разных стран. Конфеты, почему-то. Есть и относительно свежие цветы. Старые свечи. Два слегка подмоченных дождем письма, одно из которых адресовано "Maestro". Второе - тоже не от русских - не то испанский, не то итальянский. Наверное, это самая "международная" могила на кладбище.

Галич - черная плита с профилем. "Блажени изгнани правды ради". Цветов мало, к сожалению уже сильно подвядшие - ходят сюда явно не ежедневно. На плите стоит как новенький аккуратный камень "от клуба Александра Галича/ фонда Владимира Высоцкого" (поклон stroler-у).

Могила Нуреева - роскошный цветной ковер на гробе. По словам НН, не тускнеет с годами. Захоронение смотрится на общем фоне, как гламурный платочек с розами, вшитый заплатой на грубую холстину паруса.

Врезается в память надгробие Гайто Газданова. Аккуратные, отгороженные захоронения белогвардейцев.

Уже спешим к выходу - неожиданность: Алеша Дмитриевич. Мы не знали, что он тоже здесь. На фотографии - с гитарой. В ногах у цыгана Алеши похоронен какой-то военный чин.

Чуть ли не единственный встреченный на кладбище живой человек - местный. Приходит сюда из года в год навещать свою русскую жену.

104.31 КБ

Collapse )
melancholy

Пер-Лашез

На Пер-Лашез даже не театрально, на Пер-Лашез... кинематографично. "Ходишь, как по музею", говорит НН и это тоже правда - склепы, памятники, витражи - антураж Эдгара По или даже сцены из "Призрака свободы" Бунюэля. Помните, - начальник полиции взламывает гроб в фамильном склепе, потому что оттуда звонила ему покойная сестра. Исключение, пожалуй, - памятники жертвам нацизма, сгруппированные в одной из частей - здесь и правда чувствуется смерть.

То что на другом кладбище покажется диким и неуместным - здесь норма. Большой популярностью пользуется надгробие Виктора Нуара - двадцатидвухлетнего журналиста, убитого на дуэли примерно сто пятьдесят лет назад. Надгробие выполнено в виде мертвого Нуара, лежащего на спине. Пуговица на штанах расстегнута, эрекция просматривается невооруженным глазом... Скульптор перестарался, либо, что скорее - честно отразил в памятнике склонность покойного, принесшую ему определенную славу. Это место активно натерли до блеска - особенно стараются бесплодные женщины и мужчины, страдающие импотенцией. Считают, что помогает. Был анекдот про трехспальную кровать "Ленин с нами" - так вот, это примерно из той же серии... Почему у покойника блестит лицо - не знаю, испарина, возможно.

Вычурный белый памятник над могилой Уайльда весь в помадных отпечатках. Не верил, что женщины и правда его целуют, но постояв минуты две имел возможность убедиться лично. На соседней, относительно невзрачной могиле - фотопортрет какого-то серьезного мужчины. На щеке у него красуется одинокий, но смачный поцелуй - вероятно, чтобы было не так обидно. Если предположить, что некая связь с нашим миром у покойных существует (а на Пер-Лашез представить это очень легко), на месте этого мужчины я был бы растроган. А вот Уайльду, Уайльду какая в этом радость? Тебе-то, Савва... Впрочем, я просто завидую.

Не иссякает к Джиму народная тропа. Его могила огорожена со всех сторон - вплотную не подойдешь. Видимо достали придурки, фотографирующиеся, стоя на ней, изрисовывающие и занимающиеся разными непотребствами. Народ тем не менее толпится, скромное (для Пер-Лашез) надгробие - в цветах. Это приятно.

Могила Эдит Пиаф тоже не пустует - цветов вообще какое-то запредельное количество... Постояли, идем к выходу. Я без крайней необходимости не фотографирую на кладбищах, но отказываюсь уходить, пока не запечатлею местного ворона, который здесь не просто уместен, но просто-таки необходим. При всякой попытке его сфотографировать, ворон перелетает с склепа на склеп и не отзывается на ублюдочное имя "Невермоша", которым я льстиво пытаюсь его подманить. Вот он, красавец. Попался. К слову, если бы он и правда каркнул "Nevermore" я бы, вероятно, воспринял это, как должное. Впрочем, на Пер-Лашез это слово сложно воспринять совсем всерьез.

64.71 КБ

Collapse )
melancholy

Париж. Дом, где жил Джим.

77.55 КБ

В этом доме жил Джим Моррисон. Последние полгода своей жизни. И умер здесь. Хотя существует и другая версия. Но жил-то уж точно. Его окна - там где большие балконы. На фотографии - снизу, а вообще - это третий этаж. Хотя по некоторым ссылкам в сети, говорится, что он жил на пятом. Нет, все-таки на третьем.

Отсюда (Rue Beautreillis, 17) он ходил смотреть на Сену. И вообще гулять по Парижу в одиночестве. Писать заметки о Бодлере. Хотя говорят, что еще он ходил бухать и покупать наркотики. Наверное, правда и то и другое.

Здесь он хотел найти спокойствие. И, кажется, отчасти нашел. Хотя по воспоминанием соседей, "мистер Дуглас" иногда давал всем прикурить... Впрочем, он и не мог иначе.

Здесь он писал по утрам стихи, придвигая письменный стол поближе к окну. Странные стихи. Без рифмы, потоки образов. "Свечные леса Нотр-Дама" и океан-брат, одиночество и искусство забывать. Женщины. "Подари мне свои усталые глаза". Маковый цветок, который сожрет его. Смерть. И спокойный автостопщик у дороги.

Теперь его имя - хороший заработок для скромного кафе напротив. Улица очень узкая и тихая. Людей мало. Можно взять, чего-нибудь спиртного и сесть за столиком на улице. Ровно напротив. Посидеть, посмотреть на окна и подумать о Джиме. Мы так и сделали.

Collapse )
melancholy

Париж ч.3. Музеи

Здесь сухо - в основном для себя, чтобы не забыть. А забывается все моментально, да чего там - и запоминается в лучшем случае процентов десять. Это я опять же про себя. Еще недавно отличал Монмартр от Монпарнаса примерно с тем же успехом, как фамилии Моне и Мане на слух. А ведь есть же еще, например, монпансье, Монблан и Монморанси. Нет, надо записывать, надо все записать, пока все это хоть как-то отличаю.

Лувр. Попали туда приблизительно на час. Естественно, пошли осматривать часть Денон. Венера, Ника, Леонардо, Рафаэль, почти случайно наткнулись на Гойю. М. Лиза - разочарование. Не сама М. Лиза, а то что рассмотреть ее нет никакой возможности и оценить те эффекты, которые, как говорят, совершенно не передают репродукции - опять-таки невозможно. Расположена она за двойным бронированным (наверное) стеклом, к ней приставлена охрана, приблизиться к ней ближе чем на несколько метров нельзя, т.к. еще и оцеплена. Учитывая то, что стекло бликует, а у меня и в очках зрение не 100%, я смог оценить только размер картины. Остальное на репродукциях я видел куда четче. НН предположила, что такими темпами скоро ее можно будет увидеть только через специальную маленькую дырочку в стене. С моей склонностью утрировать, предположил, что для верности посетителей перед этим будут раздевать догола и сковывать руки за спиной.

В Орсе были дважды и можно сказать без преувеличения, что ознакомились основательно. Лучший, конечно, третий этаж. Нескольких Ван Гогов не досчитались (уехали по выставкам?), Курбе тоже почти не было. Нашли несколько картин русских художников - Репина, Серова, Ге. Последний пишется как "Gay".

Да, еще очень стоит посмотреть в Орсе на зал с дагерротипами. Первые - 1840 год - сразу после изобретения. С ума сойти - Пушкин погиб три года назад, Наполеон 19 лет назад, Лермонтов еще жив. Среди прочих даггеротипов - голые бабы, Дюма-старший и Гюго. Нет, не на одном и том же - на разных.

Музей Средневековья - термы, витражи, "Дама с единорогом".

Наполеона мы видали в гробу. Гроб внушительный.

Музей Родена. Там же - Камилла Клодель. Среди прочего - подлинник Ван Гога на стене.

Разочарованный тем, что не удалось ознакомиться с знаменитым французским развратом, затащил-таки НН в Музей эротики. Интересно, что основная публика, которая туда ходит - сильно пожилые пары. В музее семь этажей, но широтой экспозиции я был как-то разочарован. Слишком много современной Японии - всякой дряни вроде хентая. Аж два этажа.

Прогуливаясь среди пушек, что стоят возле Дома Инвалидов, вознамерился сделать кадр, где пушка целится в Большой Дворец. Так вот - пушек полно, все дулами в том направлении, стоят часто, а все метят мимо. Правее или левее. Думаю, что неспроста. Потом в путеводителе прочитал, что в Большом Дворце расположено что-то связанное с русской филологией. Уже не помню, что именно, но шмальнуть туда, хоть и через объектив, мне к сожалению не удалось.

Collapse )
melancholy

Париж ч.2. Отрывок из дурного путеводителя

101.97 КБ

Елисейские поля вечером, мне напомнили Новый Арбат – и там и там ощущаешь себя излишним. Ощущение бессмысленности подавляет – шикарные магазины, вывески, толпа, машины. С другой стороны, то, что называется в ЖЖ словечком «движуха». О, да, движуха знатная. Секьюрити грубо выгоняет нищенку с насиженного места, я, глупо глазея по сторонам, наступаю на ногу НН. Русский вопль «… твою мать!!» приятно встряхивает спешащую толпу. Правда всего на секунду – задерживаться некогда. Смотрю под ноги, обуреваемый ужасом от пророчеств НН: что я наступлю на край одеяния одной из идущих впереди мусульманок, она сделает шаг и останется посреди Шанз-Элизе́ в одних панталонах. Картину представляю ясно, дальнейшие перспективы не радуют, смотрю под ноги. Приходит в голову, что отличия от Нового Арбата, все-таки есть. Главное отличие в том, что идущий по Елисейским полям до конца, видит перед собой зримое воплощение цели – Триумфальную Арку. Это символ, выход и вход и венец. Это уже создает осмысленность. Можно, конечно, идти в другую сторону и стремиться на Площадь Согласия с Луксорским обелиском – тоже недурно. Но Триумфальная Арка - почти идеальная материализация понятия «цель».

Collapse )
melancholy

Париж ч.1.

Про Париж хочется писать длинно, про Париж хочется писать вдохновенно. Про Париж не хочется кропать сухих отчетов, а скатиться в низкопробную литературщину и начать как-нибудь вроде "Париж... Что рассказать о нем?" - обязательно с отточиями и многочисленными лирическими отступлениями, сыпать банальностями вроде "Париж - город контрастов", про каштаны и кафе и "парижские улочки". В голове паскудно вертятся фразы и названия вроде "Увидеть Париж и умереть", "Тихие дни в Клиши", "Праздник, который всегда с тобой", хочется обязательно вставить "прогуливаясь вдоль Сены" (вар. "сидя на берегу Сены"). Ну и, конечно, населять и перенаселять повествование (вот они - пафосные словечки! - так и лезут) именами вроде Сименон, Гюго, Дюма, Сартр, Модильяни, Пикассо, Ван Гог, Бунин и так до полной несъедобности и перенасыщения. И метафоры, метафор побольше... Опять отточие, заметили? Рука ставит почти непроизвольно. Восторги провинциала, многословие, исступленная графомания, выдаваемая за поэтичность изложения... Опять отточие. "В восторженность не верю и еще". Да. Но... Париж-Париж-Париж. Чтобы точно переполнилось - лучше выплеснуть сразу. Вам уже совсем тошно? Мне - да. Итак, как же начать этот пост?.. (чужое вступление, деланная поза, отточие)

Париж... Не доходя до переулка, где жил Иван Бунин, я с размаху наступил в собачье дерьмо. Знаешь, что надо смотреть под ноги и никогда не смотришь. Может, это потому что в первый раз (Париж, в смысле). Наверное. А дело было так: в предпоследний день пребывания вечером пошел холодный дождь, - не очень сильный, но подло забивающийся под зонт. Мы сосредоточенно искали квартал русских эмигрантов - пережидать непогоду под красными навесами было некогда - ведь надо было еще так много успеть. Наконец нашли дом Мережковских. Я его несколько раз сфотографировал в упор, а потом - потом к Бунину - надо обязательно найти Бунина. Это оказалось непросто - улица Оффенбаха была неуловима, а дождь все лил, сука, как будто издевался над шарлатанами-предсказателями погоды, обещавшими, что вторник будет лучшим днем за последнюю неделю. НН сказала так: если вон там - не улица Оффенбаха, - хрен с ним с Буниным, - идем в кафе, в тепло, выпить вина, а может чаю или и того и другого, а потом покурить... Но переулок был не тот. На пути (вымарываю на хрен слова "посланный провидением") встретился дяденька - на вопрос НН он ответил утвердительно "да - знаю - вон там" - я радостно вздохнул и сделал шаг. Вот ведь паскудство! Оставил свой отпечаток на аллее славы Парижа. Но - смешно, даже не противно, к тому же - дождь. Дождь - он оказался очень к месту - быстро прополоскать ботинок в сточной канаве, посмеяться и воспринять все как простецкую, но милую шутку. А может это Бунин, а? Это все Бунин - он обиделся, что мы принесли ему утром на могилу всего два желтых цветка - ему - нобелевскому лауреату и академику! Недаром под окнами Мережковских он выцарапывал слово "жопа". Кстати, так и не поискали, НН, - видели дом Мережковских, а надпись не поискали. И гвоздь тоже... Ну, ладно, пора сворачивать. Ага, я уже вижу памятную медную табличку. Бунин.

Collapse )