Tags: Росбалт

Arthénice

Интервью агентству Росбалт о профилактике домашнего насилия

В преддверии парламентских слушаний по проблеме домашнего насилия 21 октября (тадам! до какого высокопрофильного мероприятия дожили): интервью агентству Росбалт о ложном понимании патриархальности, проекте закона о профилактике домашнего насилия, декриминализации ст. 116 УК и глобальном политическом процессе в основе всего этого. Зазывный заголовок - на совести редакции, но это пускай депутаты жалуются, что их "вырвали из контекста". А мы и кликбейт переживем.

"Благодаря современным средствам коммуникации и более активному присутствию в социальном пространстве стали слышны те, кто всегда был безгласным.

Этим обстоятельством пользуются и женщины. Несмотря на то, что их всегда было чуть больше, чем мужчин, они были менее заметны и не имели хороших возможностей высказываться и быть услышанными. Сейчас это изменилось.

В некоторой степени, речь идет о том же самом процессе, который сломал электоральные системы во многих странах. Еще недавно были массы людей, которые формально обладали правом голоса, но не особенно им пользовались. Но благодаря интернету и социальным сетям — а также возможности не только потреблять информацию и мнения, но и производить их — этот de facto существовавший избирательный ценз рухнул, в политическую жизнь пришли люди, которых раньше там не было.

В результате мы видим множество так называемых неожиданных электоральных результатов. Кто-то говорит о популистской волне, кто-то о кризисе демократии — каждый пугается как может. Но причина именно в том, что люди, которых, казалось бы, не было, вдруг появились на социальной сцене и в публичном пространстве.

Безгласные заговорили, невидимые проявились, бесправные потребовали себе прав. Это турбулентный процесс, во многом разрушительный, но в основе своей — процесс демократизирующий и гуманистический".


ROSBALT.RU
В России при декларации патриархата все одинаково бесправны, считает политолог Екатерина Шульман.
Arthénice

Вечером в фейсбуке, утром в Росбалт

Вечером в фейсбуке, утром в Росбалт - а я ведь с ними не разговаривала. Ну да текст не исказили, ссылку на оригинал дали, и вообще я не нобелевский лауреат, так что претензий нет.
Разные люди пишут про монархию, всем весело, а мне такое нельзя, ибо ненаучно. А вот была бы я тоже задорный конспиролог, написала бы, что о…
ROSBALT.RU
Arthénice

Гибка, как гусеница, гибридная Россия.

Может возникнуть впечатление, что я тут без перерыва на новогоднюю ночь интервью раздаю. Это, товарищи ложное впечатление - на самом деле просто выходят публикации, подготовленные в декабре или даже раньше. Таково и интервью для Росбалт, которое брал у меня Дмитрий Губин. Дмитрий - человек, не чуждый науке и сам преподает, потому интервью посвящено почти полностью политической теории, свободной от информационных поводов. Типологизация режимов, пересказ Левицки и Вэя своими словами, типы легитимации по Веберу, преемственность, выживаемость и гражданская активность. Большая часть этого уже так или иначе проговаривалась, но зато все вместе, последовательно и со ссылками на источники.
http://www.rosbalt.ru/russia/2017/01/02/1579820.html

— В чем страновая специфика России?
— Если мы посмотрим на списки гибридов, которые все исследователи составляют, — у Левицки и Вэя их 35, у Барбары Геддес 128, у кого-то их вообще под 150, — возникает ощущение, что значение для таких стран имеет только одна вещь. Если они расположены в Латинской Америке или Восточной Европе, то будут демократизироваться. А если в Африке или на постсоветском пространстве — то, скорее всего, стагнировать и разваливаться.
Проблема России в том, что она сама себе является значимым партнером. Она настолько велика, что влияет на пространство вокруг себя — и одновременно подвержена ему же. Как Китай. В политологии недемократическая страна, которая вовлекает в свою орбиту другие страны, толкая их по авторитарному пути, называется «черным рыцарем». Так вот, Россия — сама себе «черный рыцарь». И это одна из ее особенностей. Мы как бы и сами трансформируемся, и на других желаем влиять — и влияем.
У нас есть все предпосылки для демократического развития. Костяк нашей конституционной системы, несмотря на изменения последних лет, достаточно здоровый. У нас есть институты, подобные институтам развитых стран, и не все из них являются декорацией. У нас в основном городское население. У нас отсутствует так называемый демографический навес — большая молодежная страта, которая ассоциируется в демографии с высоким уровнем насилия. У нас основная страта — это возраст 40+. Что говорит в пользу мирной жизни и поступательного развития. Но, правда, это же не дает нам сильно прогрессировать и модернизироваться.
Впрочем, я не уверена, что мы хотим прогрессировать скачками. Надо помнить, что тоталитарные модели часто именно прогрессистские и модернизационные. Они тащат всех силком в светлое будущее. Уникальность нашей ситуации в том, что, кажется, руку протяни — и дотянешься до здорового развития. Что буквально полтора оборота недокрученных остается в системе, чтобы стать если не сияющим градом на холме, то вполне работающей административной машиной. Но этих полутора оборотов каждый раз и не хватает.


Режим будет трансформироваться — в первую очередь ради собственного выживания, считает политолог Екатерина Шульман.
ROSBALT.RU