Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Arthénice

Разговор с @Леонид Волков: блиц-ответы на вопросы слушателей

В третий раз закинул он невод - вышел невод с одною рыбкой! Не прошло и четырех месяцев, как наш разговор с Леонидом Волковым состоялся. Поговорили о башмаках и сургучах, капусте, королях и других животрепещущих материях. И почему, как суп в котле, кипит вода в морях? Почему, действительно. Ниже - кусочек эфира с ответами на вопросы дорогих слушателей, которые (ответы) спикер старался сделать максимально краткими, из уважения к формату блица.

Arthénice

Живое присутствие истории

Молодой человек с очень внимательными глазами, стоящий между Байденом и Громыко на той фотографии, из которой сейчас состоит моя лента чуть более, чем полностью - переводчик-синхронист Виктор Прокофьев. Оказывается, он есть в фб, заходишь в профиль, там написано: 12 mutual friends, follows your public posts. Почему-то это живое присутствие истории меня больше впечатлило, чем Громыко, пожимающий руку Байдену. И да, это 1988 год, а не 1978 или даже 1972, как некоторые пишут.



Guess what: they should have asked me, back in 1988...
Arthénice

Капуста!

Стакан и кувшин для сравнения. Посвящается Павлу Лобкову, координатору моих посадок. Савойская тоже выросла, и брюссельской немного будет. Цветная была, но мы её летом упустили и она слишком бурно зацвела. Романеско только совсем не задалась. Чмоке, ваш Диоклетиан.

Arthénice

Наталья Николаевна Грамолина умерла

Эпохальный была человек. Я её знала, в Поленово бывала у них. Ну да там все бывали.

https://t.me/podosokorsky/9761
"На 81-м году жизни умерла советский и российский музеолог, куратор выставок, заслуженный работник культуры РСФСР, директор Государственного мемориального историко-художественного и природного музея заповедника В.Д. Поленова (1990-2011), член Комитета по культуре Общественной палаты РФ (2014—2017), член Президиума Международного Совета музеев (ИКОМ России, с 2019), учредитель Ассоциации музейных работников регионов России Наталья Николаевна Грамолина (урождённая Поникарова). Она родилась 4 мая 1940 года в Москве в семье архитекторов. В 1964 году окончила филологический факультет МГУ им. Ломоносова по специальности «Русский язык и литература». в «Мураново» — в Подмосковье, с 1959 года по 1970 год работала старшим научным сотрудником музея-заповедника имени Ф.И. Тютчева "Мураново". Приняла участие в составлении сборника Ф.И. Тютчева, вышедшего в академической книжной серии «Литературные памятники», в частности подготовила библиографию музыкальных произведений на слова Тютчева. В той же серии вышел сборник А.А. Фета «Вечерние огни», с примечаниями Н.Н. Грамолиной.

С 1970 года работала в музее-заповеднике В.Д. Поленова, с 1990 по 2011 год — в должности директора музея, с 2014 года - заместителя директора по научной работе, с 2017 года - главного хранителя заповедника В.Д. Поленова в отделе по сохранению историко-культурного наследия. На посту директора занималась капитальным ремонтом, реконструкцией основных объектов, построек, зданий усадьбы, созданием поселка для сотрудников, восстановлением утраченных насаждений мемориального поленовского парка, а также реставрацией Церкви Св. Троицы в селе Бёхове. С целью популяризации творческого наследия художника В.Д. Поленова руководила подготовкой и сбором документов, фотографий для издания юбилейного путеводителя по музею В.Д. Поленова (1999), Каталога живописи музея, альбома «Поленово», буклетов-каталогов к музейным выставкам. Организовала многочисленные выставки в Российских центрах науки и культуры за рубежом: в Болгарии, Чехии, Греции, Финляндии, Германии и др.

Была награждена медалями ордена «За заслуги перед Отечеством» II (2002) и I (2012) степеней, а также орденом Почета (2020)".
Arthénice

Материалы к выпуску: красочные слайды с исторической встречи в ЦИК 23 сентября

Откуда поступают запросы на сайт ЦИК (американцы не дремлют!), каково соотношение автоматических запросов и гуманоидных (люди пока преобладают) и как выросло количество обращений на сайт по сравнению с 2010 годом, когда он только был создан (по сравнению с 1913 годом рост еще более впечатляющий).



Arthénice

День системной благотворительности-2: Медиазона

Медиазоне давеча было шесть лет, что солидный возраст для российского медиа, а для современной реинкарнации журнала "Каторга и ссылка" и вовсе живучесть удивительная. Напрашивается слоган "Поддержи издание, чтоб оно никогда о тебе не написало", но в наших условиях зарекаться нечего, а надежда одна на огласку (и адвокатов). Кроме того, у них самые лучшие онлайны с любых судов, митингов, массовых побоищ, крестовых походов и пикетных очередей.

Arthénice

Выставка Рокотова в Историческом музее

Суровая наступает неделя, и следующая не лучше: учебный год уже in full swing, самолеты летают, поезда ходят, ненасытная вселенная жаждет контента, участия и ответов-ответов-ответов. Но вот сюда надо успеть сходить до 28 сентября.

AFISHA.RU
Работы важнейшего портретиста XVIII века. Расписание, отзывы и рецензии на выставку «Федор Рокотов. Собрание Исторического музея», Исторический музей, Москва
Arthénice

Статья из Коммерсантъ Weekend

Про Джейн Остин, Френсис Берни и преимущества женских авторов перед всеми остальными (незаметно для автора в текст прокрался свирепый феминизм). Текст с картинками! С параллельными портретами и даже редкой иллюстрацией к Сесилии. Внимательный читатель заметит также беззастенчивые заимствования из летнего семинара по Зимнему вечеру из цикла "Сильные тексты" под руководством Романа Григорьевича Лейбова, отсутствующего в социальных сетях, но не в сердцах наших.

"Джейн Остен могла рационально рассчитывать, что ее аудитория считает контекстуальное сходство ее романов с работами другой женщины-автора иронических повествований о сложных путях к счастливому браку в современных условиях. Читатель «Опасных связей» должен был читать Ричардсона, потому он злорадствует в тот момент, когда герой-соблазнитель почти торжествует победу, держа в своих объятиях рыдающую жертву: по сценарию «Клариссы» на следующее утро жертва убежит. Но и финал «короче, все умерли» его тоже не шокирует: он уже понимает, по каким рельсам едет этот поезд (по какой колее катится этот дилижанс).

Сто лет спустя игры с контекстом становятся сложнее: Пушкин предполагал, что читатель «Дубровского» увидит его сходство с «Ламмермурской невестой» Вальтера Скотта и замрет в ожидании, не зарежет ли Марья Кириловна князя Верейского в брачную ночь. То, что «Капитанская дочка» сюжетно представляет собой смесь «Уэверли» и «Роб Роя», тоже не могло укрыться от того условного графа Нулина, который берет с собой в постель неразрезанный роман вместе с сигарой и серебряным стаканом. Зачин «Зимнего вечера» — мгла, вихри, стук в окошко от запоздалого путника — предполагал для вскормленной Жуковским публики балладное продолжение: мертвец ли заглянет в лачужку или иное приведение. Вместо этого читатель сперва приглашается к вакхической песне, а затем следует очередной облом: вместо юных подруг и хмельных товарищей за кружкой оказывается старушка, и песня вовсе не заздравная, а про синицу.

В наше время нечто подобное мы можем видеть разве что на примере фэндом-литературы: скажем, Джордж Мартин берет читателя, выращенного на молоке и меде классического фэнтези, а также на пластике и синтетике компьютерных игр про башни и драконов, и последовательно ломает все его шаблоны относительно того, кто тут прекрасная принцесса, кто воин-освободитель, кто король в изгнании, а кто огнедышащий дракон, и где во всем этом моральный полюс. Нечто в этом роде, только понежнее, проделывает Роулинг с толкинистическими ожиданиями, а также с теми, которые выращены чтением британской литературы о приключениях обитателей закрытых школ.

А теперь представим читателя, который ничего подразумеваемого автором не знает, а прочитанное произведение воспринимает как самобытное явление природы: как большинство русских читателей воспринимают стихотворение «Зимний вечер» — нечто не более рукотворное, чем снег и луна. Фон, на котором видел себя автор и который он предполагал в умах будущих читателей, испарился. Остался одинокий текст вне контекста: один, один бедняжечка, как рекрут на часах.

Что мы понимаем в прочитанном? На этот вопрос существует, как известно, радикальный ответ Гаспарова: «классики писали не для нас». Восстановление заложенного автором смысла есть плод кропотливого филологического труда, а без него мы только складываем буквы в произвольном порядке и вычитываем из письма, не нам адресованного, что-то свое.

С другой стороны, Гаспаров не предполагал, что художественную литературу надо отобрать у всех, кроме филологов, потому что профан в священных письменах все равно ничего не разберет. Каждый читающий ощущает, что у «Зимнего вечера» и «Эммы» есть собственная ценность, явленная самому наивному первочитателю с мороза, который действительно не знает ничего, кроме букв. Даже и он, верим мы, почувствует, что имеет дело с чем-то выдающимся, и впечатлится, и станет лучше, чем был в своем не-читавшем состоянии. Однако если наш девственный читатель все же вырастет в читателя просвещенного, то перед глазами его вновь чудесно воздвигнется тот густой и многошумный лес мировой литературы, от которого безжалостный ход времен оставил одни немногочисленные мемориальные пни с надетыми на них картонными головами «классиков». Как писал по схожему поводу Набоков, «насколько глубже проникала в истину знанием умноженная любовь: отверстые зеницы»".


KOMMERSANT.RU
Екатерина Шульман о том, чего не понимают современные люди в романах Джейн Остен и их экранизациях