Tags: персонажи

shturman

рассказчик

А вот и я, просыпаюсь в тёмной комнате от шума ветра. Подхожу к окну мимо зеркала, и смотрю в окно, по которому уже текут первые струи дождя. Идёт гроза. В сполохе молнии, освещающей Город до самого побережья, вдруг вижу женщину, сидящую на том берегу реки. Скрестив ноги, она сидит и смотрит на Город. Я вижу это одновременно чётко - словно берег находится рядом, протяни руку, и коснёшься его сырой ткани, и в то же время мутно - мешает стекло, по которому струятся потоки воды, и размывают картинку. Я провожу рукой по стеклу, бессмысленным жестом пытаясь стереть мутную пелену, но последнее, что я вижу - что женщина отрывает свой взгляд от Города и смотрит на меня, после чего вся сцена исчезает из виду. Я лишь успеваю заметить, что серые волосы женщины абсолютны сухи и не развеваются от порывов ветра.
Я стою у окна, прислонившись лбом к стеклу, и ещё какое-то время смотрю на Город, раскинувшийся практически у моих ног. Значит, я высоко. Где-то в башне или на вершине холма. Дальше мысль не идёт, я лишь чувствую, что замерзают ноги, и возвращаюсь в постель, засыпая, едва лишь коснувшись подушки.
Над городом бушует гроза.
shturman

(no subject)

Вот ещё человек появляется из ниоткуда.
Худой, но крепкий седой старик, имя неразличимо, что-то там"...." и "... гороскопы на заказ".
Не составляет, а создаёт: управляет движеньем светил, корректирует орбиты планет, чтобы в нужное время и в нужном месте в точности, как заказано.
Чем дальше, тем реже он соглашается, и тем дороже труд.
Это не жадность, не прихоть, просто приходится принимать в расчёт комбинации предыдущих клиентов. Поэтому приходится ждать.
И вот он сидит за столом, склонившись над рукописью с вычислениями, увлечённо пишет и шевелит губами, между тем в зале темнеет - приходит гроза, но он отвлекается только на то, чтобы зажечь свечу, не отрывая взгляда от формул.
Из-за шума грозы не слышно, что именно он говорит, когда свеча гаснет.
shturman

калейдоскоп

если записывать весь тот поток, что идёт через голову, то получится толстый том заметок ни о чём, обрывков без конца и начала, тёплый рваный плед в технике пэтчворк, перемежаемый готикой клёпок, булавок и кожаной сбруи.
между тем продолжают настойчиво сниться книги, уже не на грани, уже проникают в сны, и по утрам, просыпаясь, всё больше и явственней чудится, что ещё чуть-чуть, ещё капельку, и вспомнится всё. Но пока нет.
Пока не время.

***
он вырезает по камню, резко тянет воздух сквозь сжатые зубы, когда резец попадает на кожу
во время грозы резьба оживает в тенях от молний
и он смотрит на город, что был бы плоским без помощи тьмы, света и резца под его руками.

Откуда вязалсь эта картинка? Я вижу её кинематографическим кадром, я - это он, камера смотрит в мир глазами героя, и чёрный камень от его ног и дальше, почти до горизонта, изрезан, исчерчен - и молнии чертят его так же чётко, как делят небо на части.
Кто это? В чём его смысл? Будет ли жизнь его долгой? Выйдет ли он на свободу?
Плёнка оборвана.


***

А по дороге домой покупаешь четыре инжира - поштучное лето, смешно, не правда ли -  и когда губы начинают гореть от инжирного сока, кажется, будто они как когда-то опалены крымским солнцем, морской солью и поцелуями, и лето не кончилось. Если прикрыть глаза, можно услышать море.