Мява (_mjawa) wrote,
Мява
_mjawa

ВЕЛОРИО - вечеринка-бдение у смертного одра

Далеко не во всех культурах смерть воспринимается, как величайшее горе. Во всяком случае, в некоторых странах покойного принято провожать весело, без демонстрации безутешной скорби. И отнюдь не считается зазорным "поплясать на костях".



Индейцы Парагвая до прихода христианства устраивали Велорио - бал по случаю смерти. Тело покойного клали на стол среди цветов и танцевали всю ночь до рассвета. Эта традиция дожила и до наших дней. Словом Velorio называется и бдение у тела покойного, и вечеринка, которую устраивают во время этого бдения.



Поэт Убалдо Кападосио был красавцем-мужчиной, разбившим не одно женское сердце. Высокий, стройный, сильный, с бронзовой кожей, непокорными кудрями, белозубой улыбкой и хорошо подвешенным языком: он пересыпал свою речь меткими словами, изысканными выражениями, и где бы он ни появлялся, тут же завязывался непринужденный разговор. На просторах сертанов Байи и Сержипи, где обычно бродил Убалдо со своим чемоданчиком, гармоникой и гитарой, все его знали и любили. За ним приходили издалека, чтобы пригласить на крестины, свадьбу или велорио: никто лучше него не мог придумать здравицу в честь новобрачных или рассказать историю на ночном бдении, которая заставила бы плакать или смеяться даже покойника. И это не метафора, такой случай был на самом деле, есть живые свидетели, которые могут все подтвердить.
Жоржи Амаду. "Чудо в Пираньясе"




На острове Бали (Индонезия) практикуется погребальная церемония, весьма напоминающая карнавал. Устраивается процессия, во время которой несут деревянные статуи, изображающие животных. Внутри эти статуи полые, там как раз и находятся покойники. После смерти тела не погребают, а хранят, пока не набирается нужное количество, достаточное для организации шествия. По окончании церемонии тела сжигают вместе с содержащими их статуями.

Найдено у Кошечки Безногой



UPD: Нашла цитату в тему

КУЛИНАРНАЯ ШКОЛА «ВКУС И ИСКУССТВО»
КОГДА И ЧТО СЛЕДУЕТ ПОДАВАТЬ ВО ВРЕМЯ БДЕНИЯ У ГРОБА ПОКОЙНИКА
(Ответ доны Флор на вопрос одной из учениц)

Несмотря на смятение, которое обычно царит в доме покойника в первый день после его смерти, полный горя и слез, нельзя допускать, чтобы бдение у гроба проходило кое-как. Если хозяйка дома рыдает или лежит без чувств, если она в отчаянии и ее нельзя оторвать от гроба, одним словом, если ей не до тех, кто пришел почтить память усопшего, хлопоты должен взять на себя кто-либо из родственников или друзей, поскольку никто из присутствующих не ложится спать и всю ночь бедняги проводят без еды и питья, а зимой иногда и в холоде.

Чтобы люди по-настоящему могли отдать дань уважения покойнику и облегчить ему первую, еще неопределенную ночь после смерти, их надо принять радушно, позаботиться о том, чтобы сохранить им силы, накормить и напоить.

Когда и что следует в таких случаях подавать?

Вот вам распорядок на всю ночь. Кофе следует предлагать все время, разумеется, черный. Полный завтрак: кофе с молоком, хлеб, масло, сыр, бисквиты, пирожки из сладкой маниоки или кукурузы, рисовые или кукурузные оладьи с яичницей-глазуньей — утром и только для тех, кто не уходил до рассвета.

Лучше всего постоянно иметь в чайнике горячую воду, тогда не будет недостатка в кофе; ведь люди приходят непрерывно. К черному кофе подают галеты и бисквиты; время от времени гостям следует предлагать бутерброды с сыром, ветчиной, колбасой или же просто легкую закуску; обычно этого вполне достаточно.

Если бдение у гроба устраивается более пышно и на затраты не скупятся, в полночь можно предложить по чашке горячего шоколада или жирного куриного бульона. А затем, если кто пожелает, биточки из трески, жареное мясо, пирожки и всевозможные сласти и засахаренные фрукты.

Помимо кофе, в богатых домах может быть подано пиво или вино — по стакану, не больше — только чтобы запить бульон или жареное мясо. Шампанское ни в коем случае подавать не следует, это считается признаком дурного тона.

Как в богатых, так и в бедных семьях бдение не обходится без водки: может не быть чего угодно, даже кофе, только не кашасы. Бдение без кашасы свидетельствует о неуважении к покойнику, о равнодушии и нелюбви к нему.

Жоржи Амаду "Дона Флор и ее два мужа"


UPD 2:

Весной семидесятого Дейрдра отметила сто лет. И через неделю, точнехонько на Остару - День весеннего равноденствия, - тихо отдала душу своей Богине.
На весть о кончине Матушки со всей округи слетелся в полном составе ковен - ведьмовская община. Одиннадцать женщин - семь старух, две средних лет, одна молодая и ослепительно красивая и одна совсем еще девочка-подросток - в длинных ярких одеждах, с жезлами, колокольцами, барабанчиками, скрипками и, к полному изумлению Александра, каждая при своей метле. Плюс один мужичок - краснощекий, улыбчивый коротышка с волынкой на ремне.
Гроб с телом Дейрдры выставили на столе посреди гостиной, в головах соорудили алтарь, установили на нем четыре оранжевые свечи, а в центре - пятую, громадную и белую. Рядом с центральной свечой поставили старую фотографию улыбающейся Дейрдры в простой картонной рамке, положили ветку вечнозеленой омелы. Потом старухи расселись по углам и надолго замолчали. Александр растерянно оглядывался по сторонам, не понимая, что делать и что будет дальше. Наконец одна из старух, самая сморщенная и, должно быть, самая старая, поднялась и зычно произнесла:
- Слава Богине!
- Слава Богине!!! - эхом откликнулись присутствующие, в том числе и Александр.
- Слава Богу!
- Слава Богу!!!
- Слава Матушке Дейрдре!
- Слава Матушке Дейрдре!!!
- Светлый путь и светлое возвращение!
- Светлый путь и светлое возвращение!!!
- Аминь!
- Аминь!!!
Потом главная старуха достала из складок своей хламиды огниво и трут, приблизилась к алтарю, высекла пламя и зажгла первую свечу.
- Приступим же, сестры и брат, пока горит свеча!
Все встали, одна из ведьм ударила в бубен.
Девочка подошла к Александру Ильичу.
- Вы, сэр, идите пока. Вас позовут!
Лерман пожал плечами и направился в свою комнату. Поднимаясь по лестнице, он видел, что присутствующие взяли в руки кто музыкальные инструменты, кто, включая и маму Джулианну, метлы. К звону бубна добавились звон колокольчика и первые ноты, взятые на волынке. Ведьмы с метлами образовали круг вокруг алтаря и стола с гробом. Старшая перехватила взгляд Александра и повелительно махнула рукой - мол, убирайся!
Захлопывая за собой дверь "детской", он слышал начало мелодии, напоминающей джигу. Уж чего-чего, а траурного в этом мотивчике было немного!
Как был, в черном торжественном костюме, при черном галстуке, Лерман плюхнулся на кровать и неожиданно, несмотря на доносящийся снизу шум, заснул.
И приснилась ему Дейрдра. Молодая, стройная, в белом сарафане с цветной узорной окантовкой, она невесомо, не приминая травы, ступала по широкому лугу, и ее жгуче-черные, как у цыганки, кудри украшал венок из васильков и желтых купав.
- Дейрдра! - окликнул он откуда-то снизу. Она обернулась и показала ему кулак.
- Смотри у меня, Ильич Александр! Не балуй! Вернусь - накажу!
И исчезла, оставив его одного. А луг моментально обернулся топким, в кочках, болотом.
И Александр начал медленно тонуть. Квакнул по-лягушачьи "Спа...!" - и открыл глаза. Рядом с кроватью стояла ведьма-подросток.
- Сэр, можете спуститься и разделить с нами поминальную трапезу...
Ну уж и поминальная! Вся гостиная была расцвечена веселыми разноцветными огоньками, из радиолы в углу доносилось бодрое "I will go, I will go, when the fighting is over..." Мужичок храпел, уткнувшись головой в стол. Тетки веселились вовсю, делились всякими байками и сплетнями друг о дружке, о Дейрдре, об общих знакомых, особо не чинясь, прикладывались к виски и медовухе, закусывали всевозможными яствами, громоздящимися на столе, где прежде стоял гроб.
- А где... где бабушка? - спросил Лерман мать, разрумянившуюся, с хмельным блеском в глазах.
- А? Так в Саммерленде; где же еще? - отмахнулась Джулианна.
- Нет, я в смысле - тело где?
- Ах, это? Сестры уже в машину отнесли. Завтра с утра в рощу на Шаумэй поедем, там и закопаем, - беззаботно прощебетала мамаша.
- Что ж ты не предупредила? Я с работы не отпросился...
- А тебя, сынок, никто туда и не звал. Ладно, не хмурься, лучше выпей, закуси, бабушку вспомни...
И она щедро плеснула виски в пустую глиняную кружку.
В эту ночь Александр Ильич Лерман надрался как свинья и очнулся с лютой головной болью в совершенно пустом доме. "На Шаумэй поехали... - не сразу сообразил он. - Ну и черт с ними со всеми..."
А к вечеру они вдруг разбогатели. Возвратившись с похорон, ведьмы и ведьмак вытащили из запретных для Лермана помещений бабкин профессиональный инвентарь - хрустальные шары, старинные книги, склянки со снадобьями, метлу и прочее в том же роде - и устроили между собой нешуточный аукцион.

Дмитрий Вересов "Черный Ворон-10"
Tags: dia de los muertes, Реквием
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 47 comments