2013

а, ну и постим теперь антилирику, раз лирика уже была. интересно, оно все время периодами?

***

нет у меня ни души, ни какого-либо еще замута по этой феньке;
так, условно сказать свободе – базарный цЫган, цепной медведь.
десять метров туда-сюда, но эта песня будет на ваши ноты.
живы будем нечего умереть.

это примерно как щелкнуться в середине июля у Арбате на полароид.
я взбешен или страшен, нарисуй на бумаге простой кружок,
фонарь утухнул. витриной что зеркалом отражены, и будто невидимо где в позвонках распрямится Победа,
за никакими ребра подряд. трое или четверо. краткое издание Маркса.

стоило ли в одно шататься под скользким небом,
стоило ли в одно в ответ по дуге в обход...
возможно, я знаю, что дальше, но не хочу на тебя смотреть.
живы будем нечего умереть.
 
2013

два стишка последнего времени, оба паленые: один как-нибудь так, другой как-нибудь иначе.

никак не наберусь храбрости на фейсе повесить.


***

...короче. когда я вижу твою страницу в фейсбуке,
фантазия говорит мне «прощай».
сейчас подумалось: может, вспомнить дороги Смоленщины,
все равно никто не заметит,
только я, йа.
всё пизже заблудиться, коли партизан,
так – помнишь, Алеша, дороги Смоленщины?
все пизже с крыльями в землянке у огня –
слыш, как поют другие птицы,
нежны не меньше несказанно;
все пизже из окна глядеть на плотный снег
под небо бледное, когда глаза не видят.
я, может, выдумал тебя за то,
как стра́шны ангелы своей чрезмерной плотью:
иного так бы просто не возьмешь...
вон люди-птицы: прячутся в тепле,
ты вроде бы еще один из них…

словно бы ты.

декабрь 2014


СОНЕТ С НЕ САМЫМ ПРИЯТНЫМ ПОВОДОМ К НАПИСАНИЮ

нет, весь я не умру – отъеду фрагментарно;
так часть моя большая тленья убежит –
одна, другая, третия, пиит.
о, так умру не весь! о, выживу бездарно!

воздвиг я монументум в небо головой,
и аквила летит на шпиль нерукотворный...
в твоих глазах песок мешается с водой,
и реет интернет, и канис спит позорный,

а аквила летит. песок в твоих глазах,
полет смущается, где зелень у подножья,
где велено идти в нерукотворный сад,

где весь я не подохну, если осторожно...
экзеги монумент в натуре невозможный:
вмещен, где в интернет глаза твои горят!

январь 2015
2013

наберемся наглости и привесим лирику

***

безумцам конечно безумие где русалка выползет из блокнота стуча хвостом
ты в замешательстве что ли взгляд приподнявшись раскинув ноги косым крестом
что немедленной смерти от восхищения дальше картинка режется
перед засыпало снегом войной чумою ссылкой в дальний кишлак
я не знаю какой души но можно забыть и русский язык и русскую водку

некогда в раньшей жизни без лишних движений
верно ужас в том что и безотносительно есть не умру
может я чугунный или кристальный
но пожалуйте что не умру никогда
и не сеткой-рабицей застит ми място под зимнее солнце

может повернувшись лицом косою или дугой
ты говоришь что боишься вскинуть голову иначе меня забудешь
а здесь ли меня над небом искрит железнодорожное полотно
помню осенним ветром куртку срывало
и как же они уставились у подъезда

в давнем детстве сломленным беспомощным сжатым в точку
я смотрел в зеркальные серые глаза отличные от моих
(о детстве лишь по себе никаких иллюзий желтые домики и брусчатка)
а дальше рассвет и в прямых лучах кирпичный фасад разваливается в картон
дребезжит в стекле и трепещет трамвай что достоин жить и какими глазами
нас бы кто разлучил
2013

стихи ни о чем интересном

***

выйти проветриться     ах секьюра в кафе
предположить что мир есть темный чердак
последний этаж     свидригайлыча было жалко
предположить что мир есть картонный свод
где ангела и беси руски не понимаест
и дивно шипит у змея во рту вода
группа     играть раздвижные двери     мне еще двадцать лет
со школы в пятнадцать затянут черная кожа
и диче забыть война и блокада     выйдешь а он поперек дорожки лежит
был отшельником. не было магнитофона.
так что песни с голоса     почти успел позабывать слова
ни в памяти нужных стихов     слепые из самиздата
встретил ее у театра Эстрады     зачем так размахивает руками
постеснялся пройти на «Аквариум» без билета
выйдешь а он поперек дорожки лежит
думал зачем. не знал почти никого.

when the music’s over     сколько же лет     велся на черную кожу
тебе двадцать два     в переходе играет аккордеонист
вырос уродцем не переносящим высокого штиля
не был уверен за бога.     несколько раз
переписан на чистый лист
оставшись на нем в итоге литерой "джей" или какая "ка".

дольше всего избегал применения чужого языка.
2013

стихъ с развернутой элегической компонентой, затронутой лирической и слабым намеком на гражданскую

а, еще, можт, эсхатологическая, но это чиста баловство

***

«...так в шальном автобусе окуляр стеклянных дверей
зрит мельканье дерев меж фасадами и частокол фонарей
так объектив слежения на аллее парка
передает на вахту сотни бредущих ножниц
так контуры, пятна и лица годами сменяются в мутном стекле витрины
так идет близорукий, и с каждым толчком кадрирует хмарь небес».

похоже, что я так живу. ландшафт представляется монотонным,
отъехал-подъехал – приблизительно перспектива
что-то в бездне комету ловил – приблизительно опыт
лет восемнадцать назад

а душа – она собственные потемки
будь сусальный внутри ковчег – так ядреная плесень поела обломки,
оттого-то теперь живой природою, очевидно,
разве что смущена

но мы будем стоять до Большого Взрыва,
по всему, за китайской лапшой несоленой
в те поры, когда дождь проливной нас накроет желчью
и унесет в Океан.
2013

грустный стишок. умерла кошка. несчастный случай, неудачная операция.

шутила, что не могу написать про нее стишок, потому что этого не выразить словами. остался кот, ну я его застану живым.

***

темные окна и черный дом
светится желтым черная тень
это она говоришь приходила тень
обрывала номер психушки номер психушки номер
Штраус ноктюрн в голубых тонах
ничего-то не разберешь впотьмах
снова замерло все до рассвета и я
замер
когда-то я действительно пыталась вырвать у нее трубку, пока не начала звонить сама
год после смерти она мне нечто над потолком вкрадчиво вещала, это была ошибка
мои глаза, которые я и Витя считаем зелеными, кошкины желтые фонари
она не мучилась, главное, ты на нее не смотри
если скоропостижно, в лифте – силуэт незримый крылатый
если под анестезией – человеческий ли, звериный оскал
бессознательно бьющимся телом мстится.
я Алиса. я девочка, с которой ничего не случится.
первый снег, начавшись, успел сойти
вербным желтые листья на нашем пути
незнакомые лица, мужчины, женщины, труп не раб
и от книжная полка к лицу моя
недоступные мрази небытия
отпечатки кошачьих лап
2013

тексто неизвестной жанровой принадлежности

***

...и вы не смоете всей вашей черной кровью... и в сортире за собой не смоете. да и посуду тоже не помоете. и дверь за собой не закроете. а в лунную ночь вы идете на теплоцентраль, залазите на ограду и там воете.


а так вы четвертый год уж одно и то же делаете. квартиру продаете. по вдвое сниженной цене. и все никак. и на пятый не продадите, пока все знают, что вы на улице окурки за прохожими подбираете. один бросил, другой подобрал. хорошо хоть теплоцентраль не очень в глаза бросается. не сразу. и не всем. когда начнет всем, как раз настанет время вторую квартиру продавать. а может, вы к этому времени женитесь, будете выть на заборе вдвоем с супругой, и все привыкнут. но она ж в сортире смывать заставит!..


а так вообще ничего, неплохо выглядите... когда не на меня смотрите.

2013

ну и не стихи, так, хлупостев

1

Вот сейчас бы включил передачу «Клуб кинопутешественников». Во дворе, без всякого телевизора. Во дворе у скамеек толпятся верблюды, сайгаки, ламы, зачем еще телевизор? А чтоб не смотреть телевизор, себя бы нажвл на выкл.


2

Головокружения своим единоличием отрицают сам дух коллективизма. Сегодня у тебя голова пошла кругом – а завтра ты открыл в дежурке чайную-кондитерскую на паях???