_mak_ (_mak_) wrote,
_mak_
_mak_

Categories:

Не Было бы Счастья, или Бурная Ночь под Шум Дождя

Осталась я сегодня ночевать в аэропорту. Не по доброй воле, конечно, а по злобному распиздяйству авиакомпании, гордо называющей себя Объединенной, а на самом деле находящейся в полном раздрае, разброде и шатании. Так уж вышло, что сначала у них не было пилота, потом стюардессы, потом они забыли загрузить на борт еду. У меня дети и то быстрее в школу собираются. Часа через два, когда они наконец собрались и выехали на тармак, пошел дождь. Постояли мы под дождем еще часок, тут уже и гроза началась. И тут выяснилось, что в нашем самолете недостаточно топлива, чтобы лететь в грозу. Вот, типа, если бы грозы не было, то как раз бы тютелька-в-тютельку и долетели бы, а так нет, уже не хватит.

Вобщем развернулись, поехали обратно к гейту. Выходите, говорят стюардессы, все равно пока бензином заправимся, пока гроза пройдет, вы хоть поесть сходите, а то еду мы все равно брать не будем уже, умерла так умерла. Ну мы все разбежались как тараканы по аэропорту, чтобы какой-нибудь хавки прикупить, возвращаемся, а они там стоят радостные, фигвам всем своим видом показывают. Не полетим, говорят, сегодня, дождь идет, да и вообще чего уж там. Полетим в 3 часа утра, как дождь закончится. Только вы, говорят, из аэропорта не уходите, потому что досмотр только в 4 часа открывается, так что если вы выйдете, то обратно уже к самолету не попадете вовремя.

Пригорюнились мы, расселись вокруг гейта с чемоданами, ждать трех утра. Спать тут невозможно, сиденья специально так сделаны, чтобы не расслабиться не дай бог. И тут звонок - от родной моей сельской полиции.

А надо вам сказать, что живем мы в нашей деревне с населением 11,059 человек, 2,570 семей, уже 17 лет. И главной радостью нашей деревни (помимо красивых видов на Гудзон и нескольких приятных ресторанов) является станция манхэттэнской электрички, на которую нам, добропорядочным селянам платящим оброк, всегда была положена парковка. Так что вместо стояния в жутких утренних пробках, пользования гнусным Нью-Йоркским общественным транспортом и прочих радостей коммьюта в большом городе, крестьяне и крестьянки из нашей деревни могли сесть в приятный чистый и быстрый поезд, и быть в центре Манхэттэна через 30 минут.

Но вот на днях то ли мэра, то ли шефа полиции нашего города укусила какая-то страшная Муха Зика, и он решил что он в этом году продаст только 500 пермитов на парковку, а остальные 2,070 семей могут идти солнцем палимыми, ехать в Нью-Йорк на вертолетах, сидеть дома, и вообще делать все что им угодно. 500 этих пермитов распродались меньше чем за неделю, и к субботе приехавшей из очередной командировки мне достался ровно шиш с маслом, вместе с грустным предложением полицейского записать меня в блокнотик и позвонить мне, буде мэр вместе с начальником полиции поменяют свое решение.

Кровь, желчь, желудочный сок и прочие малоприятные жидкости вскипели в моей груди от такой несправедливости. Сначала я малодушно хотела тут же продать дом и купить в другом месте, подальше от продажного правительства деспотов и сумасбродов, лишивших меня моих самых святых прав. Но потом я подумала, что с правительствами необходимо бороться, и начала свою оппозиционную борьбу с желчного письма, которое разослала всем членам нашего дурсовета (благо их всего 8, включая директоров и надзирателей). Я написала, что парковка на станции это главное и единственное достоинство жизни в нашей деревне, и что если они не могут обеспечить селянам этого главного права, то их надо немедленно переизбрать за их преступную некомпетентность и глухоту к нуждам населения.

Если бы письмо не подействовало, то дальше у меня в планах было купить 2,570 адресов и фамилий в местном почтовом отделении и разослать всем агитацию за импичмент мэра и его досрочное переизбрание, потом сбор подписей, баллотирование себя на должность мэра, и даже поджог здания сельсовета. Дети всерьез забеспокоились, что сейчас меня посадят в тюрьму, а их - в детский дом. Я успокаивала их, что я буду нагнетать напряженность постепенно, за несколько недель, так что у них есть по крайней мере месяц, чтобы подготовиться к сиротскому дому.

Так вот. Когда я не улетела и уселась грустно ждать утра, мне позвонили из нашей полиции и сказали, что я могу приехать к ним в любой момент и получить свой пермит на парковку. Я радостно позвонила мужу, и он, несмотря на температуру, кашель и прочие недомогания, тут же собрался и поехал. В полиции его спросили зачем он там, а узнав, что он мой муж, они смотрели на него грустно и задумчиво, и с бережным пониманием дали ему стикер.

Вот так. А будь Объединенная нормальной компанией, а не сборищем криворуких сами-знаете-кого, и улети я сегодня, так и не нашла бы меня полиция, так и пришлось бы мне поджигать сельсовет, так и пошли бы мои дети в сиротский дом. Вот такое оно, еврейское счастье с нечеловеческим лицом.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 27 comments