Лестар (_lestar_) wrote,
Лестар
_lestar_

Category:

Дру и оловянное сердце

Жил-был человек по имени Уинфред Вивиан, был он рачительным хозяином и добрым семьянином. Вел свои дела исправно – семья его жила с оловянных рудников, что в Корнуолле. И все было хорошо, но после череды суровых зим напала на рудники оловянная чума, на складах олово захилело, и когда Уинфред проверял ящики с оловом, увидел, как рассыпалось оно в пыль. Загоревал он и долго думал, как исправить положение. В лавке, что держала его семья, дела шли пока хорошо, но запасы олова грозили вскоре истощиться. Собрался Вивиан и поехал к рудникам, чтобы узнать, как избавить олово от чумной заразы, но никто не мог ему помочь. Даже к священнику обратился господин Вивиан, на что сказал ему отец Теренс: все в руке Божьей, а чума оловянная от козней ведьм.
Как-то вечером, на пути к шахтам, конь Вивиана, потеряв подкову - споткнулся на перекрестке трех дорог. Уинфред спешился, чтобы проверить ногу животного и было ясно что запаздывает он добраться к шахтам до полуночи и ночь его застанет в дороге. Печалясь о своих делах и страшась при мысли о ведьмах, воскликнул Вивиан, «Горе мне! Я бы сердце свое отдал, чтобы мои родные ни в чем не нуждались!»
Как смотрит, откуда ни возьмись, подходит к нему странный человек, в старой рубахе, холщевых штанах, босой и шляпа словно с пугала снята, и говорит: «Знаю я о твоих бедах, Уинфред, и помогу тебе. Не будут ни в чем нуждаться твои родные, но и ты отдай то, что обещал – сердце свое. Будут у тебя три желания, и сможешь ты получить, что пожелаешь. Если согласен, возьми это и носи не снимая: - и протягивает Вивиану подвеску в виде сердца, на цепочке. Всмотрелся Уинфред в незнакомца, а в тени шляпы горят чернотой глаза нечеловеческие. Смекнул Вивиан что встретил он волшебное создание – говорили рудничные рабочие о странном человеке, появлявшимся в шахтах и выводившем к рудным жилам.. или пакостившим по мере сил. Вспомнит Вивиан и о странной глыбе обсидиана неподалеку от шахты – дурное то было место, лошади нервничали там и шарахались от камня, людей клонило в сон, а заснувший около камня сын мельника так и не вернулся домой. Много вспомнил Уинфред и чем больше думал, тем больше понимал – вот кто ему нужен против козней ведьмовских, ведь только волшебством можно сражаться против злого колдовства. А задобрить волшебное создание Вивиан как-нибудь сумеет. Кивнул он и взял из руки чужака подвеску, надел подвеску на шею, а незнакомец и говорит: «зовут меня Дру Сильверлейф, пойду я с тобой и помогу делом и советом. Садись верхом и скоро будешь около шахты». Вивиан сделал, как велел Дру, тот взял коня под узцы и повел по дороге – сгустился ледяной туман, но его быстро развеял ветер. И совсем скоро Уинфред увидел огни поселка рядом с шахтам. Подивился он, ведь ехать ему было еще очень долго, почитай к рассвету должен был добраться.

Уинфред указал на гостиницу где и снял себе комнату, Дру же куда-то ушел до утра. Утром Вивиан проснулся от стука в дверь, открывает – стоит за дверью Дру, прилично одет и велит собираться. Пока Вивиан завтракал и ходил до ветру, обнаружил, что исчезла оловянная подвеска-сердце. На что Дру только улыбнулся и прошел седлать коня.

Не прошло и недели, как об удаче господина Вивиана заговорили везде. Оловянные рудники вновь заработали, нашлись новые залежи руд, и, судя по словам управляющих, залежи олова нашлись богатейшие. Радовался Уинфред, но не долго, так как с каждым днем все больше в нем оставалось трезвого расчета и рачительности, радость же незаметно покидала его. Шли дни за днями, советы Дру и его познания в рудах были велики. Уинфред написал несколько писем домой, сообщая родным о новостях. Вскоре, когда дела на шахтах совсем выправились и были налажены поставки олова, разбогатевший Вивиан, а его теперь иначе как оловянным магнатом не называли, засобирался домой. Сильверлейф вызвался поехать с ним, и Уинфреду даже в голову не пришло, что его помощник может поехать куда-то еще, поскольку больше ни одного решение не принималось без совета Дру.

На обратном пути Уинфред и Дру заплутали и свернув на неприметную тропу выехали на поляну, где в окружении сухих плетей хвоща высился обсидиановый валун. Поросший мхом, наполовину ушедший в землю и лесной перегной камень был холоднее льда, казалось, его никогда не касались лучи солнца. На его вершине валялось старое птичье гнездо, почти рассыпавшееся от времени. Дру спрыгнул с коня и, подойдя к камню, смахнул длинными пальцами корзинку гнезда. Уинфред хотел было спросить Дру зачем они здесь, но тишину этого места не хотелось нарушать. Сильверлейф же постоял около валуна, склонив голову, а после вывел коней на тропу, вскочил в седло и вскоре Вивиан и его странный помощник были на дороге ведущей к дому Уинфреда, что в городке Бодмин.

Госпожа Вирджиния Вивиан, красивая и добрая женщина встретила мужа ласково. Увидев Дру, она удивилась, но не посмела ослушаться, когда Уинфред сообщил, что Сильверлейф теперь будет жить в доме Вивиан. В доме так же жили дети Уинфреда – старший сын Уильям и младшая дочь Кристина, Сын работал врачом в местной больнице, а дочка занималась лавкой, торговавшей оловянными товарами и в основном думала о женихах.
Тереза Вивиан, родственница семьи, прожужжала все уши бедняжке Кристине и ее матери, мол не положено в доме, где есть юная девушка на выданье, жить незнакомому молодому человеку. Но Уинфред и слышать ничего не хотел: стал он суров, мрачен и строг со своими близкими. И чем его дела лучше шли, тем больше мрачнел магнат. Домашние его теперь не нуждались ни в чем; вскоре, не без советов Дру, Уинфред заказал множество дорогих вещей для семьи. Вивианы могли купаться в роскоши. Дом сирот вдовы Дуглас и городская больница так же получили от магната весомую помощь, и в городке Бодмин всем стало ясно, что дела семьи выправились и пошли в гору.

А Дру жил и в ус не дул, все мрачные взгляды тетушки Терезы, недоверие Кристины, опасения Вирджинии разбивались об учтивость и предупредительность компаньона Уинфреда. Сильверлейф был скромным, улыбчивым и очень вежливым молодым человеком. Кто бы к нему ни обратился, ни в чем не имел отказа. И незаметно оказалось так, что многие дела Вивианов начал вести Дру, а сама семья уже и жизни себе не мыслили без него. Уильям же недоверчив был и все присматривался к Сильверлейфу, но тот справно помогал семье и Уильям не посмел пойти против воли отца.

Одна была странность, Сильверлейф никогда не снимал перчатки. Видя удивление и предвидя вопросы о перчатках, Дру признался, что у него часто на холода болят руки, и перчатки он носит, чтобы пальцы не замерзли… но именно Дру убедил госпожу Вивиан заменить старые столовые приборы на новые, серебряные.
Tags: Аконит, Ши
Subscribe

  • Аконит. Гостья

    Четвертая... Она ступает осторожно, едва касаясь узкими ступнями первого снега. Ее шаг так легок и невесом, что не примнет и снежинки. И ручей…

  • Аконит. Осколки льда...

    Жил-был ши Аконит и не было в нем любви к людям. Мрачно темнел в глубине леса огромный осколок обсидиана - все что осталось от перевала Барса…

  • Серебро и сталь. Начало.

    Ночь началась с подготовки к празднику. В сердце леса шуршали Ши и пахло яблоками, весь лес полнился холодными синими и зелеными огнями. Аконит…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments

  • Аконит. Гостья

    Четвертая... Она ступает осторожно, едва касаясь узкими ступнями первого снега. Ее шаг так легок и невесом, что не примнет и снежинки. И ручей…

  • Аконит. Осколки льда...

    Жил-был ши Аконит и не было в нем любви к людям. Мрачно темнел в глубине леса огромный осколок обсидиана - все что осталось от перевала Барса…

  • Серебро и сталь. Начало.

    Ночь началась с подготовки к празднику. В сердце леса шуршали Ши и пахло яблоками, весь лес полнился холодными синими и зелеными огнями. Аконит…