?

Log in

No account? Create an account

Entries by tag: my fondest memories

Снег опять пошёл

Дважды в Риге с начала года - не много ли?

***

Однажды летом в моём распоряжении оказались совершенно пустая рижская квартира на ул. Алберта, автомобиль, некоторое количество денег и уйма свободного времени. Мобильный роуминг тогда казался практически роскошью, поэтому мне почти никто не звонил, и это было прекрасно; это именно то, о чём я сейчас иногда мечтаю. Утром я выходила завтракать на открытую террасу "Лягушки". Днём ездила в Юрмалу, где какие-то околокавээновские москвичи в пёстрых плавках пытались рассчитываться в пляжных кафе пятисотлатовыми купюрами и бескорыстно дарили пригласительные в Дзинтари; или за Юрмалу, где не было ни москвичей, ни денег - только рыбаки, сосны и белоснежный песок. Вечером шла в любой подвернувшийся бар, но чаще - в "Полковника", за разливным сидром, или гиннесом, или кальвадосом, или виски-колой, или-или-или... А утром я снова выходила завтракать на открытую террасу "Лягушки".

Как-то вечером мы познакомились с аборигеном по имени Янис. Янис был владельцем прекрасного чувства юмора, круглого живота, светлых волос, прозрачных глаз и автомобиля стоимостью тысяч в двести. Мне понравились чувство юмора и автомобиль, и категорически не понравились волосы, живот и глаза, что сразу же исключило интимную составляющую нашего знакомства. Все оставшиеся до моего отъезда несколько дней Янис каждое утро приезжал на улицу Алберта и увозил меня - в Юрмалу, в старинные пещеры Сигулды, на берег Гауи и куда-то там ещё-не-помню-старенькая-стала. Он увлечённо рассказывал всё обо всём, прекрасно шутил, и что было лучше всего - он не пытался инсценировать какой-нибудь внезапный автомобильный поцелуй с предварительным театрально-пронзительным взглядом в упор. Никаких порывов страсти, никаких неловких ёрзаний - всё было легко, ненавязчиво, и это было прекрасно.

***

Спустя пару недель после приезда в Минск раздался звонок от Яниса. Он спрашивал, смогу ли я приехать в Латвию снова. Я честно ответила, что в ближайшие как минимум полгода делать этого не собираюсь, и ещё раз благодарю за прекрасные несколько дней. "Какая же ты сука, - сказал мне Янис, - ненавижу таких, как ты. Ненавижу".

Иногда я вспоминаю этот эпизод и улыбаюсь. Хорошее было лето.
Escada Ocean Lounge. Всучили пробник в вильнюсском Douglas, третью неделю пытаюсь вспомнить, что же это за запах из детства; ответа нет, есть только какой-то смутный образ ответа, и заодно новый флакон на полке в ванной. А вообще, пахнет, как пахнут в вечернем влажном морском ветре упавшие в течение душного дня на расплавившийся от жары асфальт подгнившие финики, апельсины и смятые цветы. И за окном снег тает, надо же.

Нашлись фотоплёнки 20-30-40-летней давности, которые никогда никем нигде не печатались. Молодые родители, новорожденная я, крошечная сестра, живой ещё дед, которого я и не видела-то никогда, какие-то туристы в каких-то странах соцлагеря, и так далее, так далее, так далее. Хочу, хочу в лабораторию, закрыться и смотреть, как на белых листах будет проявляться неизвестное мне прошлое.

Театр в тюрьме

Здесь о том, о чём я уже писала. Если вдруг так случится, что Саша отбудет там весь срок, к моменту выхода ему будет около 50-ти лет. Когда мы познакомились, он был младше, чем я сейчас. Какой маленький промежуток, оказывается.

А вот продолжение этой истории, которую мы вчера вспоминали со старинным приятелем. «Вы не представляете, что такое здесь, в колонии - учитывая все существовавшие до этого и существующие сейчас условности, - выйти на сцену!" Статья совершенное говно, но я о сути происходящего.

Всё-таки я верю в людей. Нет, не в чёрное-белое и плохой-хороший, просто верю в людей.

Comeback



That's great place New York, I mean best bagels and muffins in the world.
Послушайте, а вот был когда-то бар на втором этаже "Юбилейки", там в прошлом веке, до эры эспрессо и американо, варили кофе по-турецки, и всегда был в наличии коньяк и проститутки. Проститутки были разновозрастные, на вид от 17-ти до 45-ти, пили в основном шампанское; старшие пили больше, но держались с каким-то отчаянным достоинством, куда достойнее младших. Мне нравилось за ними наблюдать: кому-то везло больше, кому-то меньше, кто-то уходил с мягкотелым любителем пива, кто-то с обладателем пьяного злого водочного взгляда, а кто-то и вовсе не уходил и тихо напивался (...все подружки по парам в тишине разбрелися, только я в этот вечер засиделась одна... ). Когда кто-то из проституток покупал новые сапоги или юбку, другие делали ей комплименты, это было так мило и по-женски. Эй, lipkovichea, летописец городских легенд, помнишь такое место?

Сейчас я не рискну туда пойти, потому что noblesse oblige, кофе надо пить в News Cafe или в Boulevard, суши надо есть в Территории, а трусы должны быть из Кеймарта (c). Но иногда становится интересно, сидят ли там до сих пор те самые, уже давно немолодые проститутки, ровно и с достоинством держа прямыми спины.
Исполняя родительские обязанности, перечитываю многое из детства; любимый карлсоновский логический парадокс про коньяк по утрам, или вот, например:

"...Какой он, этот Слонопотам?
Неужели очень злой?
Идёт ли он на свист? И если идёт, то зачем?
Любит ли он поросят или нет?
И как он их любит?.."

28.02

Вашкевичу сегодня исполнилось бы 35, и значит, завтра весна.

Я

Чтобы вернуться, можно залезть на крышу старого рижского дома, вспомнить всё, выпить бутылку коллекционного вина, запить двумя лонг-айлендами, пройтись по старой риге до домского собора, найти три брата и дом черноголовых, посмотреть на огни, тонущие в даугаве, выпить ещё много, понять, какая собственно херня весь этот кризис и вся эта гонка, и полюбить жизнь за то, что она была, есть и будет.

My fondest memories

Хэллоуиновским вечером пять с лишним лет назад мы сидели за столом в одном канзасском доме. Отец и масть семейства показывали свой дом, свой винный погреб, свой тренажёрный зал, свой холодильник, фотографии себя молодых, себя постарше, своих детей ("смотрите, у него уже два зубика!", "а это Гавайи", "красивый купальник, правда?"), а также много чего ещё. Группа раскрашенных детей кричала "trick'o'treat", вымогая конфеты и фрукты. Мне вручили тыкву и нож, я вырезала хэллоуновский оскал, дети были в восторге. Потом мы ели пирог. В камине горел огонь. Весь вечер мне хотелось метнуть нож в стену мимо уха хозяина; просто для того, чтобы посмотреть на выражение лиц этих прекрасных людей: неужели оно и в этом случае останется неизменным? Тем же вечером, поев пирога, я уехала в какой-то канзасский клуб к нечисти и виски.

Несколько месяцев назад я вспомнила этот эпизод и удивилась своему тогдашнему желанию бросить нож. Вчера я посмотрела Revolutionary Road и с радостью восстановила своё давнишнее состояние; это прекрасное, правильное состояние, не надо его забывать.

P.S. Кстати, Леонардо Ди Каприо - гениальный актёр. Мне повезло вообще пропустить "Титаник" как явление, и сделать такой вывод задолго до; достаточно было лишь случайно увидеть его в "Полном затмении" много лет тому назад.
Всем, кто помнит Урмаса Отта живым, молодым и популярным, как Горбачёв - помните музыку из заставки к "Телевизионному знакомству"? Не прошло и года, как я всё-таки нашла это!

Андрей Родионов и Борис Тихомиров, альбом "Пульс-1", Мелодия, 1985 год, сюита "Современное пятиборье", тема "Барокко (фехтование)". См. также дизайн и текст.


На обратной стороне: