?

Log in

No account? Create an account

Дневник рекламного истребителя

... или то, на душе...

Метка: ложь теории эволюции

Еще один пинок в зад дарвинистам
_jager_

САМЫЕ РАННИЕ СЛЕДЫ ЧЕЛОВЕКА В КИТАЕ

Early Homo erectus Tools in China by Russell Ciochon and Roy Larick
«Newsbriefs» Volume 53 Number 1, January/February 2000.
A publication of the Archaeological Institute of America
Перевод Алексея Милюкова
 
   Комментарии А. Милюкова:
В последнее время с новой силой разгораются споры, касающиеся места и времени происхождения человека. Традиционно прародиной человечества считалась Африка. Логика эволюционизма тут была понятна – если дарвинизм постулирует происхождение человека от обезьяноподобного предка, то местом происхождения должен стать континент, где в достаточном количестве представлены окаменелости ископаемых обезьян. История «принудительного» создания человеческого «предка» из имеющихся африканских находок – отдельная тема. Здесь же заметим, что до недавнего времени прямым предком человека (африканской формы, Homo ergaster) был назначен Homo habilis, таксон, искусно созданный из нескольких крупных черепов австралопитеков, плохо идентифицированных костно-челюстных обломков и бедренных костей Homo sapiens. Однако последние находки останков и инструментов Homo ergaster в Грузии, Китае, Пакистане (а также передатировка старых находок на Яве), судя по всему, способны в ближайшем будущем закрыть вопрос о наличии у доисторических людей эволюционных обезьяноподобных предков.

Авторы приведенных на этой странице материалов принадлежат к числу эволюционных антропологов с мировым именем. Разумеется, что проблему они рассматривают в рамках стандартной временной шкалы, однако, даже с этой точки зрения очевидно, что новые находки выбивают почву из под ног не только у теории моноцентрического происхождения человечества «из Африки», но и у всей эволюционной концепции в целом. Ведь в то время, как обезьяноподобные Homo habilis (или Australopithecus habilis в новой терминологии) вели полудревесный образ жизни на африканском континенте (1,9 млн. лет назад по стандартной шкале), «настоящий» человек уже активно колонизировал далекие уголки земного шара.

ЧИТАТЬ МАТЕРИАЛ

Об австралопитеках и их тазе. А.Милюков.
_jager_
к спору о строении таза австралопитека/ о чем так настойчиво меня спрашивал один "ученый". Ответ Алексея Милюкова. Очень внятный. Длинно, но "эволюционистам" лень что либо читать. Они же ВЕРЯТ в эволюцию.

Разъясним ситуацию

В дебатах эволюционистов с противниками имела место, кажется, банальная подмена тезиса, когда доказательство или опровержение прямохождения обезьяны становилось равным подтверждению или опровержению статуса этой обезьяны как нашего эволюционного предка в целом. И как следствие, креационисты попали в странную психологическую ловушку – отныне горячо отрицать прямохождение Люси они были обязаны уже принципиально, а корректировка своих взглядов под «давлением» фактов воспринималась едва ли не как сдача важнейших позиций.

 

Но позиция креационистов в этом деле была не главной. Ведь, как известно, никто не разоблачит эволюционизм лучше самих эволюционистов, хотя для этого всегда, к сожалению, требуется некоторое время. Поскольку главным признаком нашего родства с Люси считался отнюдь не интеллект, а лишь строение тазовой части обезьяньего скелета, то неудивительно, что на два десятилетия вся борьба развернулась именно вокруг него.

 

Хочу сразу обратить внимание читателя – я не ставлю своей целью опровержение прямохождения Люси, равно как и прямохождения любого другого гипотетического человеческого предка. Была ли Люси в реальности прямоходящей или нет – нас, скажем так, пока не интересует. Сейчас мой рассказ именно о том, как эволюционное сообщество и, в частности, Оуэн Лавджой пытались фальсифицировать это прямохождение, считая его единственным обоснованием (а позже – единственным спасением) их общего «предкового» замысла.

 

Чтобы понять логику Лавджоя, для начала следует сказать пару слов о механике прямохождения, так называемом бипедализме. У четвероногих обезьян в вертикальном положении бедренная кость находится параллельно осевой линии тела, шейка бедра выражена слабо, а всю нагрузку принимает на себя массивная головка бедренной кости, «утопленная» в тазу и прижимаемая к нему специальными противодействующими («прижимающими») мышцами – абдукторами. При попытке двигаться на двух конечностях обезьяна испытывает определенный дискомфорт – ее шаг получается шагом «враскачку», так как центр тяжести у обезьяны при попытке выбросить одну ногу вперед не совпадает с площадью опоры той ноги, на которой она при этом балансирует. У человека проблема вертикальной балансировки тела решена за счет так называемого вальгусного угла бедра – выраженного угла между бедренной и большой берцовой костями. Бедренная кость человека в верхней части имеет г-образную форму за счет удлиненной шейки, как бы «держащей» ее на расстоянии от таза и направляющей бедренную кость под углом к большой берцовой кости (и осевой линии тела). При такой анатомии опорно-двигательного аппарата центр тяжести тела при ходьбе всегда оказывается в границах площади стопы опорной ноги, оставляя другой, свободной ноге определенное время и возможность для маха вперед. Понятно, что тазобедренный сустав у человека при этом является достаточно мощным, а шейка бедра находится под углом к бедренной кости, чтобы испытывать нагрузки не на излом, а лишь на сжатие.

 

Казалось бы, по этой логике любой из приматов с удлиненной шейкой бедра должен трактоваться как существо прямоходящее. Но наша обезьяна преподнесла исследователям в числе прочих еще одну любопытную загадку, о которой адепты старались никогда особо не распространяться. Дело в том, что Люси имела шейку бедра пропорционально более длинную, чем у человека, но при этом – «слабый», небольшой бедренный сустав. Получалось, что нагрузки на сустав у Люси были «обезьяньи», а шейка бедра более «человеческой», чем у самого человека. В самой конструкции такого узла опорного аппарата содержалось противоречие – чтобы при ходьбе стабилизировать таз в момент, когда тело поддерживается только одной ногой, Люси должна была иметь отводящие мышцы (абдукторы) пропорционально более мощные, чем аналогичные у человека. Что было с этим делать? Для того, чтобы подогнать анатомию бедренной кости Люси под прямохождение, Лавджою пришлось как бы растянуть таз Люси по горизонтали. Чтобы «спасти» ее столь длинную шейку бедра от разрушения при гипотетической вертикальной ходьбе, угол наклона бедра к осевой линии тела Лавджою пришлось также определить уже не в 9° как у человека, а более 15°. Сказавшему «а» пришлось говорить и «б» – ученый соорудил гипотетическое существо, тазовые мышцы которого по сравнению с нашими имели больший выигрыш в силе (чтобы для стабилизации таза при более «разнесенных» в сторону ногах компенсировать соответствующее усилие). В конце концов эволюционный тезис о том, что австралопитеки ходили вертикально, вынудил Лавджоя заявить, что Люси была лучше приспособлена к хождению на двух ногах, чем современные люди.

 

Как известно, подобное тянет за собой подобное. Чем дальше, тем больше выходило, что Лавджой из-за своей «философии» создал не реконструкцию предка, а обезьяну-франкенштейна, которая «взяла его за руку» и потащила за собой по всем кочкам дальнейших противоречий.

 

В результате всех этих восстановительных экзерсиций вылезло одно весьма нежелательное, даже антиэволюционное, свойство – не только опорно-двигательная, но и «родовая механика» у древней обезьяны оказывалась более совершенной, чем у современных женщин. То, что Люси, согласно Лавджою, была лучше людей приспособлена к прямохождению и при этом еще и безболезненно рожала свое потомство, находилось в вопиющем противоречии с эволюционной логикой, согласно которой все «прогрессивные» изменения являются необратимыми. Получалось, что таз современной женщины, хуже чем у «предка» соответствующий функциям родов и прямохождения, является более примитивным. Неубедительным было даже объяснение, что для приспособившихся к прямохождению австралопитеков роды «мелкоголового» потомства «оказались еще приемлемыми» (рассуждение Лавджоя), а вот анатомия женщин Homo не смогла подстроиться под новый прогрессивный признак – увеличившуюся голову человеческого плода. Причем, надо отметить, увеличившуюся как минимум втрое H. erectus) и увеличившуюся достаточно «внезапно». Выходила какая-то карикатура на эволюцию – с точки зрения ее «законов»[3] произошел не прогресс, а откровенная деградация, ибо в результате этого «прогресса» у людей появился смертельно опасный признак, резко уменьшающий выживаемость вида. А естественный отбор в этой ситуации вообще оказался столь тупым и «неразборчивым», что пропустил его – в течение еще нескольких миллионов лет до того, как начать этим мозгом «думать», большеголовые Homo рождались через неприспособленный для этого таз, видимо, как некая дань неведомым эстетическим вкусам естественного отбора…
 

 

5.

Но «всему хорошему приходит конец». После более чем десятилетнего триумфа идея очередного человеческого предка начала стремительно разваливаться. Дальнейшие исследования скелета Люси выявили ее сугубо обезьянью анатомию. По морфологии черепа, объему и строению мозга Люси, как уже было сказано, никаких прогрессивных признаков не демонстрировала. Анатомы Окснард, Штерн, Сасмен, Шмидт, Филдсмен, Макгенри и другие (все эволюционисты) с учетом новых находок детализировали множество физических признаков Люси, идентичных таковым у современных древесных обезьян. Лопатка, плечевая и локтевая кости, позвоночник и грудная клетка Australopithecus afarensis были описаны как специализированные к древесному образу жизни и умению афаренсиса быстро карабкаться по стволу дерева, висеть на руках и совершать акробатические движения[4].

 

Таким образом, свидетельство «верхней половины» Люси не совпадало со свидетельством нижней половины, куда были приписаны сочиненный Лавджоем «почти человеческий таз», подсмотренная на стороне (в отпечатках Лаэтоли) «почти человеческая» стопа и сустав неизвестного гоминида, найденный в 2,5 км от Люси и интерпретированный так, чтобы подходить под ее «прямохождение».

 

Это было первым серьезным ударом по «предковой» репутации Люси. Получалась гротескная картинка, как в стихотворении Маяковского «Прозаседавшиеся» – от самых вершков и до пояса Люси была живущей в ветвях обезьяной, а от пояса и ниже демонстрировала практически человеческое существо, твердой поступью идущее или бегущее по африканской саванне. Могла ли существовать такая химера в реальности? Эволюционизм, по обыкновению скользкий и ловкий на «объяснения», казалось, поначалу смог изобрести очередное «объяснение» именно «для этого случая». Большинство эволюционистов как бы не увидели в этой эклектике никакой проблемы, заявив, что именно такой и должна быть переходная форма. Решено было считать, что австралопитеки, жившие в открытых саванных ландшафтах и подвергавшиеся давлению отбора, адаптировались к новому способу передвижения, сохраняя при этом анатомию существа, жившего когда-то на деревьях. Сасмен и Штерн, например, отмечали сугубо обезьяньи черты Люси, но при этом, беря в расчет «творчески осмысленные» Лавджоем тазовые кости, вынуждены были делать нерешительные выводы о некоей «комбинации черт», заявляя, что «…по нашему мнению, A. аfarensis очень близок к тому, что называется «отсутствующим звеном». Антрополог Ричмонд, удивляясь тому, что Люси имеет явно выраженные признаки четырехногого существа, называл их эволюционными остатками четвероногих предков Люси и т.д.
 

 1983 году анатом Шмидт с учетом новых данных вторично восстановил грудную клетку Люси. Она оказалась воронкообразной (конической) формы, в отличие от цилиндрической человеческой – то есть не только обезьяньего типа, но и несовместимой с «настоящим» прямохождением, признания которого требовал Лавджой. С учетом формы лопатки новая реконструкция свидетельствовала о том, что передвижение с поднятыми руками было для Люси наиболее естественным, при том, что сами руки были столь же мощными, как у современных древесных обезьян, приспособленных к лазанью по деревьям и движению с помощью брахиации (перехватывания веток руками). Впервые «в массовом порядке» в глазах научного сообщества эти факты переместили Australopithecus afarensis в разряд шимпанзеподобных, полудревесных, «фрагментарно прямоходящих» обезьян.

 

Недостающие части скелета Люси – стопа и запястье также были восстановлены и описаны на основании других находок этого же вида. В связи с их явным обезьяноподобием «отпали» многочисленные скульптурные подделки в музеях мира и иллюстрации в научно-популярных журналах, изображавшие Люси как существо с человеческими ступнями и кистями рук. Пальцы стопы афаренсиса в реальности оказались длинными и изогнутыми, с отведенным большим пальцем, приспособленным к точечному захвату – то есть понгидного типа, что также было несовместимо с «полноценным» прямохождением[6].



Библия и ее критики
_jager_

Опять же Алексей Милюков.

"

Библия представляет собой сборник текстов законодательного, пророческого, религиозно-нравоучительного, исторического и даже поэтического «жанров». Однако отрицание как основной принцип «исследования» применяется критиками не только к космогонии Шестоднева или Апокалипсиса, но и ко всей Библии, включая даже явные аллегории и поэтические образы, в которых была описана та или иная библейская реальность. Человеку, прилюдно бы заявившему, что стихи Пушкина, повествующие о его (напомню, реальной) встрече с Анной Петровной Керн, содержат ошибки или не соответствуют современным научным представлениям (так как никакого «чудного мгновенья» и «мимолетного виденья» с научной точки зрения не существует), – такому человеку коллеги сразу вызвали бы карету скорой помощи. Поэтичность или реалистичность описания напрямую не связаны с реальностью описываемого события, а являются лишь стилистическим приемом его изложения. Однако когда дело касается Библии, критики себя ни в каких глупостях, а порой даже в откровенно идиотических измышлениях не ограничивают. Никакая логика или последовательность их, разумеется, не интересует – ведь отрицание у них первично.

 

Если оставить в стороне метод откровенного подлога, с завидной легкостью используемый в библейской критике «профессиональными» атеистами, то за ошибки Писания критики в лучшем случае выдают лишь свое собственное ущербное понимание[2] библейского текста или просто его незнание. Я хочу акцентировать внимание читателя именно на этом. С моей стороны это не просто дань занимаемой полемической позиции. При любом знакомстве с аргументами атеистов всегда  бросаются в глаза эти две особенности – личная неприязнь к Библии и элементарная безграмотность в отношении предмета критики. Ограниченный ум с отсутствием творческого начала считает рациональное мышление универсальным и, подозреваю я, наиболее адекватным инструментом познания. В этом и заключен феномен непонимания Библии атеистами – даже при попытках непредвзятого исследования. Доводя до абсурда – невероятно, например, чтобы какой-нибудь атеист мог быть заслан в стан врага в качестве штирлица – он «спалится» при первом же вопросе, как бы ни маскировался (– «Что ты чувствуешь, читая эти библейские строки?». – «Как, что? Удовольствие!»). Непреодолимым барьером для них становятся специфические особенности библейского повествования, связанные с обычаями, образом мышления, менталитетом древних авторов, стилистическими и жанровыми особенностями текста.

 

Так, любимой областью приложения  драгоценного атеистического внимания всегда был антропоцентризм Библии; известный художественный прием, когда восприятие окружающего, каким бы чудесным и неземным оно ни являлось, описывается в терминах человеческого восприятия. Не истерики при описании величия Творца и творения, не восточные эмоции, не числовые выражения в неимоверных степенях, а именно простой взгляд человека, стоящего ногами на этой земле и наблюдающего весь земной и небесный мир вокруг себя. Несмотря на то, что подход к такой библейской манере с «научной критикой» уже много веков оборачивается лишь конфузом для атеистов, своей «популярности» он не теряет. Это, собственно, интеллектуально низший, маргинальный уровень критики, но в силу того, что «доступен даже дилетанту», он и самый распространенный. "



Наука и Библия
_jager_

 

Алексей милюков -

"Космогония Библии не просто «не похожа на соседей» или «правдива потому, что не скрывает видимых трудностей». Нет, она вступает в принципиальное противоречие со всеми древними ближневосточными мифами. В этом смысле прав современный богослов – библейский рассказ о сотворении мира есть не миф, а полемика с мифом. То, что в античности почиталось за божество, Библия свела на уровень обычных тварных предметов, даже Солнце и Луну не называя по имени, а именно так, вскользь, говоря о них как о неких функциональных частностях мирозданья. Все разговоры о том, что библейская космогония это поздняя калька с восточных «космогоний», есть простое непонимание принципиального отличия Библии от любого древневосточного мифа – по сути, отличия революционного, которое с окончанием ветхозаветного национального изоляционизма и распространением христианства освободило античную мысль от тупика языческого поклонения природе. Именно поэтому в итоге стало возможно рождение так называемой европейской науки – Земля, Солнце и прочие явления природы не суть божества, а обычные предметы для изучения..."

ВЫВОД: НАУКА РОДИЛАСЬ ТОЛЬКО БЛАГОДРЯ ХРИСТИАНСТВУ.  ЗА ЕЕ РОЖДЕНИЕ СОВРЕМЕННЫЕ УЧЕНЫЕ ДОЛЖНЫ МОЛИТЬСЯ.
 

Живое, стало быть, происходит только из живого?
_jager_
Живое происходит только из живого - доказал еще Луи Пастер своими опытами. С тех пор эволюционисты обходят эту проблему стороной. Раз не удалось сварить "опаринский бульон", раз опыты Миллера не подтвердили ничего, кроме того, что Миллер делал эксперимент неправильно, а если даже и правильно - то не получил ничего для доказательства возникновения жизни из неорганики, стало быть, по мнению эволюционистов, тема "не относится к теории эволюции".
Ну конечно, известный ход конем. Когда мы говорим, что Бог стоял в начале Творения ,нас спрашивают - "а объясните Бога, объясните КАК все он это стоворил?".
Но вот вам пример такого же отношения эволюционистов к проблеме - "проблема НАЧАЛА эволюции якобы не имеет к теории никакого отношения))))) Мы не объясняем КАК все это произошло)))) Ну не хотим мы, как ни претендуй тут на звание ученого)))

Читаем посты.

Мой
"...думаю что дискуссия бесмыссленна. Ни для одного из нас доводы оппонентов не представляют ценнссти. Теория эволюции разбивается одним пунктом - она не объясняет как живое может проихойти из неживого. На сем откланиваюсь. Если интересно - пишите в мой жж)))"

Ответ:
"Дискуссия бессмысленна, если вы не желаете думать.
Теория эволюции не утверждает, что живое может происходить из неживого, и не нуждается в этом предположении."

Вопрос:
а как же "теория" , не знающая начала эволюции, и не обьясняющая происхождения ДНК, РНК,первых белков, проблему происхождения первой клетки может претендовать на звание ТЕОРИИ? Эволюция неживое в живое - вот вопрос вопросов.
Легко может такая "теория" выкрутиться - ведь проблема начала жизни ""не относится" по мнению  эволюционистов к этой теории. Это видимо какая то совсем другая теория)))))
Всем все понятно, какой ловкий ход.? "Я убил, но почему, к делу не относится" - хорошее объяснение в милиции)))) Поверим?