February 3rd, 2010

Живое, стало быть, происходит только из живого?

Живое происходит только из живого - доказал еще Луи Пастер своими опытами. С тех пор эволюционисты обходят эту проблему стороной. Раз не удалось сварить "опаринский бульон", раз опыты Миллера не подтвердили ничего, кроме того, что Миллер делал эксперимент неправильно, а если даже и правильно - то не получил ничего для доказательства возникновения жизни из неорганики, стало быть, по мнению эволюционистов, тема "не относится к теории эволюции".
Ну конечно, известный ход конем. Когда мы говорим, что Бог стоял в начале Творения ,нас спрашивают - "а объясните Бога, объясните КАК все он это стоворил?".
Но вот вам пример такого же отношения эволюционистов к проблеме - "проблема НАЧАЛА эволюции якобы не имеет к теории никакого отношения))))) Мы не объясняем КАК все это произошло)))) Ну не хотим мы, как ни претендуй тут на звание ученого)))

Читаем посты.

Мой
"...думаю что дискуссия бесмыссленна. Ни для одного из нас доводы оппонентов не представляют ценнссти. Теория эволюции разбивается одним пунктом - она не объясняет как живое может проихойти из неживого. На сем откланиваюсь. Если интересно - пишите в мой жж)))"

Ответ:
"Дискуссия бессмысленна, если вы не желаете думать.
Теория эволюции не утверждает, что живое может происходить из неживого, и не нуждается в этом предположении."

Вопрос:
а как же "теория" , не знающая начала эволюции, и не обьясняющая происхождения ДНК, РНК,первых белков, проблему происхождения первой клетки может претендовать на звание ТЕОРИИ? Эволюция неживое в живое - вот вопрос вопросов.
Легко может такая "теория" выкрутиться - ведь проблема начала жизни ""не относится" по мнению  эволюционистов к этой теории. Это видимо какая то совсем другая теория)))))
Всем все понятно, какой ловкий ход.? "Я убил, но почему, к делу не относится" - хорошее объяснение в милиции)))) Поверим?


 

Наука и Библия

 

Алексей милюков -

"Космогония Библии не просто «не похожа на соседей» или «правдива потому, что не скрывает видимых трудностей». Нет, она вступает в принципиальное противоречие со всеми древними ближневосточными мифами. В этом смысле прав современный богослов – библейский рассказ о сотворении мира есть не миф, а полемика с мифом. То, что в античности почиталось за божество, Библия свела на уровень обычных тварных предметов, даже Солнце и Луну не называя по имени, а именно так, вскользь, говоря о них как о неких функциональных частностях мирозданья. Все разговоры о том, что библейская космогония это поздняя калька с восточных «космогоний», есть простое непонимание принципиального отличия Библии от любого древневосточного мифа – по сути, отличия революционного, которое с окончанием ветхозаветного национального изоляционизма и распространением христианства освободило античную мысль от тупика языческого поклонения природе. Именно поэтому в итоге стало возможно рождение так называемой европейской науки – Земля, Солнце и прочие явления природы не суть божества, а обычные предметы для изучения..."

ВЫВОД: НАУКА РОДИЛАСЬ ТОЛЬКО БЛАГОДРЯ ХРИСТИАНСТВУ.  ЗА ЕЕ РОЖДЕНИЕ СОВРЕМЕННЫЕ УЧЕНЫЕ ДОЛЖНЫ МОЛИТЬСЯ.
 

Библия и ее критики


Опять же Алексей Милюков.

"

Библия представляет собой сборник текстов законодательного, пророческого, религиозно-нравоучительного, исторического и даже поэтического «жанров». Однако отрицание как основной принцип «исследования» применяется критиками не только к космогонии Шестоднева или Апокалипсиса, но и ко всей Библии, включая даже явные аллегории и поэтические образы, в которых была описана та или иная библейская реальность. Человеку, прилюдно бы заявившему, что стихи Пушкина, повествующие о его (напомню, реальной) встрече с Анной Петровной Керн, содержат ошибки или не соответствуют современным научным представлениям (так как никакого «чудного мгновенья» и «мимолетного виденья» с научной точки зрения не существует), – такому человеку коллеги сразу вызвали бы карету скорой помощи. Поэтичность или реалистичность описания напрямую не связаны с реальностью описываемого события, а являются лишь стилистическим приемом его изложения. Однако когда дело касается Библии, критики себя ни в каких глупостях, а порой даже в откровенно идиотических измышлениях не ограничивают. Никакая логика или последовательность их, разумеется, не интересует – ведь отрицание у них первично.

 

Если оставить в стороне метод откровенного подлога, с завидной легкостью используемый в библейской критике «профессиональными» атеистами, то за ошибки Писания критики в лучшем случае выдают лишь свое собственное ущербное понимание[2] библейского текста или просто его незнание. Я хочу акцентировать внимание читателя именно на этом. С моей стороны это не просто дань занимаемой полемической позиции. При любом знакомстве с аргументами атеистов всегда  бросаются в глаза эти две особенности – личная неприязнь к Библии и элементарная безграмотность в отношении предмета критики. Ограниченный ум с отсутствием творческого начала считает рациональное мышление универсальным и, подозреваю я, наиболее адекватным инструментом познания. В этом и заключен феномен непонимания Библии атеистами – даже при попытках непредвзятого исследования. Доводя до абсурда – невероятно, например, чтобы какой-нибудь атеист мог быть заслан в стан врага в качестве штирлица – он «спалится» при первом же вопросе, как бы ни маскировался (– «Что ты чувствуешь, читая эти библейские строки?». – «Как, что? Удовольствие!»). Непреодолимым барьером для них становятся специфические особенности библейского повествования, связанные с обычаями, образом мышления, менталитетом древних авторов, стилистическими и жанровыми особенностями текста.

 

Так, любимой областью приложения  драгоценного атеистического внимания всегда был антропоцентризм Библии; известный художественный прием, когда восприятие окружающего, каким бы чудесным и неземным оно ни являлось, описывается в терминах человеческого восприятия. Не истерики при описании величия Творца и творения, не восточные эмоции, не числовые выражения в неимоверных степенях, а именно простой взгляд человека, стоящего ногами на этой земле и наблюдающего весь земной и небесный мир вокруг себя. Несмотря на то, что подход к такой библейской манере с «научной критикой» уже много веков оборачивается лишь конфузом для атеистов, своей «популярности» он не теряет. Это, собственно, интеллектуально низший, маргинальный уровень критики, но в силу того, что «доступен даже дилетанту», он и самый распространенный. "