Tags: стругацкие

Читая Стругацких...

Будем уважать Стругацких. Они писали в 60-е, 70-е, и они не были учеными. И никакие ученые тогда не могли предположить, что ждет мир. Потому что тогда ВСЕ приборы были как полярограф ППТ-1 — некрасивые, непостижимо сложные и почти неуязвимые. И всем казалось, что мир изменят машины. И самим Стругацким — тоже. Ах, полдень, ХХII век, самодвижущиеся дороги! Ай, люли-разлюли, фабрики, меняющие планеты! Трам-пам-пам, трам-пам-пам, и на Марсе будут яблони цвести! Ай, все молодое население Земли летит обдирать с Венеры ее атмосферу, менять орбиту и насаждать сады…

Они не могли увидеть, что самые сложные и бесполезные из могучих приборов — огромные счетные машины — станут маленькими, а число кнопок на них станет меньше в 10 раз. И никто не мог увидеть, что мир изменят не роботы.

Мир изменила информация. Мало кто сейчас понимает, как много яростной надежды звучало в словах World Wide Web. Потому что мир был разбит на зоны, между некоторыми из зон торчали стены с колючей проволокой поверху, и казалось, что это — навсегда. А сейчас мир более един, чем когда-либо. По крайней мере, думающая его часть. Об этом сказано, спето и написано раз в 10 больше, чем достаточно.

У Стругацких в «Полдне» мир связан единой сетью — но непонятно как. Они не могли придумать того, что выходило тогда за пределы понимания человека. Поэтому у них — видеофоны и стереовизоры. А у нас — мониторы и клавиатуры. И возможность увидеть лицо собеседника есть, но почти не используется. Потому что то, что человек думает, часто значит больше, чем то, как он выглядит.

И тянутся невидимые нити. От головы к голове, от сердца к сердцу... И люди выходят за рамки, в которые были заключены. И остаются там, за рамками. И случаются чудеса.

Которые не могли представить себе Стругацкие.