I

(no subject)

Метро тактильных ощущений, подпихиваний, подталкиваний, наступаний, даже когда сидишь главное чувство – чувство локтя.
Принцесса на горошине из меня не получится, два дня в машине искала атлас дорог, два дня он лежал на водительском сидении
Не ухожу на обед в ожидании online регистрации, где-то в голове самолета около окна, поджав коленки к подбородку, чтобы ноги не отекали
Даже не верится, что тьфу, тьфу все как-то складывается. Пара вечеров работы вместе с коллегами, домой по пустой Москве, громкий вдох с у(т)ра (буквы пропускаются, обнажая эмоции и ставятся на место, для указания обстоятельства времени). остались бантики
Гуглила название улиц, записанных с грамматическими ошибками наспех, планируя как и на чем добраться
Ближайший applestore в неближайшем городе, тоже мне столица называется (и это я не про Москву), останусь без нового iphon'чика, htc жужжит и вибрирует, но только шепотом, фразу - я не увидел ваш звонок считать верной
Вчерашний знакомый кот ластился, его хозяйка ревниво замечала, посмотрите, как он хвостом водит, а он абсолютно никак, лежит и млеет
I

(no subject)

Исполнение «К Элизе» в приложении piy 4 hd напоминает сбор яиц неловким волком в какой-то древней электронной игрушке, это скорей не про музыку, а про скорость реакции.

Едешь на работу, и себя уговариваешь, что буквально через девять часов поедешь обратно, и если выехать через восемь сорок пять, то через пятьдесят минут можно уже парковать машину.

Никуда не хочется, просто закрыться дома, залезть с ногами на диван, замотать горло шарфом, приоткрыть окошко, чтобы немножко осени в доме и читать Улицкую, например.

Сколько можно слушать один и тот же альбом? Тебе еще не надоело? Вот саундтреки к Пине, а утром просыпаешься в начале той мелодии, в конце которой заснул вечером, и вроде день с продолжением

Осень короткая, ага, а кто на две недели умотал на море? У тебя весь год прошел в сокращенном режиме среди поездок и болезней, и продолжает идти, поменять листья в вазе и аквариуме, прошлогодние выпустить на волю

Ночью проснулась от смс-ки, в такое время или про то, что зарплата пришла пишут или Дашка. Дашка, приезжает на пару дней, разговоров полночи и сонный сбор утренних пробок
I

(no subject)

В детстве я молил бога о велосипеде… потом понял, что бог работает по-другому… я украл велосипед и стал молить бога о прощении.(c) Аль Пачино

иногда кажется, что оно именно так и работает
I

(no subject)

Никогда не поздно иметь счастливое детство. Однако второе детство зависит исключительно от тебя..

Когда приходит время следовать за тем, что ты действительно любишь в этой жизни, не говори нет.

При любой так называемой катастрофе задавай вопрос: Будет ли это важно через пять лет?’

Время лечит почти всё. Дай времени время.

Не принимай себя всерьез. Никто этого не делает.

Бог любит тебя потому что он – Бог, а не из-за того, что ты что-то сделал или нет.

Если бы мы сложили в кучу все наши проблемы и сравнили их с чужими, мы бы живо забрали свои.

и еще какое-то количество совершенно прописных истин, которые временами занятны
I

АЛЕКСАНДР КУШНЕР

Пока Сизиф спускается с горы
За камнем, что скатился вновь под гору,
Он может отдохнуть от мошкары,
Увидеть все, что вдруг предстанет взору,
Сорвать цветок, пусть это будет мак,
В горах пылают огненные маки,
На них не налюбуешься никак,
Шмели их обожают, работяги,
Сочувствующие Сизифу, им
Внушает уваженье труд Сизифа;
Еще он может морем кружевным
Полюбоваться с пеною у рифа,
А то, что это все в стране теней
С Сизифом происходит, где ни маков,
Ни моря нет, неправда! Нам видней.
Сизиф — наш друг, и труд наш одинаков.

больше
I

(no subject)

I

(no subject)

Христианский Бог — это образ отца, функция и пол здесь не случайны. В патриархальной семье, преобладавшей на протяжении истории, именно отец контролирует бюджет, стихию и внешний ужас, требуя взамен повиновения и грозя наказанием. Но каждый, кто помнит годы своего детства и отрочества, знает, что настоящей тайной мир предстает в отсутствие этой инстанции контроля, и недаром самые любимые детские книги почти всегда постулируют отъезд или фактическое отсутствие родителя, будь то «Судьба барабанщика» или «Алиса в стране чудес». Там, где отец возвращается, он расставляет всю мебель по местам и разгадывает все загадки. Но мне кажется, что любой любопытный ребенок все же предпочтет «Барабанщику» «Алису».

Из мира исчезло не очарование. Из него исчез гвоздь, на который мы привычно вешали все вопросы без ответа, и даже с ответами, если они нас пугали, все наши проблемы и детские страхи. И без этого гвоздя мир не стал площе, количество тайн в нем только возросло и продолжает возрастать экспоненциально: вопросы, на которые мы сумели найти ответы, влекут за собой сотни новых, на которых ответов пока нет. Если что и исчезло из мира, так это конечная инстанция, возможность пожаловаться начальству или просто в благоговейном испуге припасть к его стопам. Оказавшись в мнимой золотой клетке, некоторые из нас все еще тоскуют по реальной стальной.