?

Log in

No account? Create an account

Живой журнал Алексея Денисенкова

Систематическое изучение случая

Entries by tag: ностальгия

Вспомним, товарищ...
Монжуик
_gothy_
Сегодня отмечаем День инженерных войск. Скромный праздник, негромкий, но для меня кое-что значит. В 90-е я отдал понтонно-мостовой бригаде в Ленинградском военном округе (Всеволожский района, почтовое отделение Куйвози) почти 1,5 года своей жизни. Долго мне все это снилось, причем всякий раз сценарий был похож - приходит повестка и меня снова забирают в армию, - прекратилось только в последние года три-четыре. Возраст.

Запомнилось много чего. Интересная была жизнь, хотя тогда казалась мне скукой смертной. Дважды успел побывать на учениях - зимних и летних. На первых собственноручно сбрасывал понтон в реку Вуоксу, на вторых в основном рисовал офицерам карты боевых операций.

Едва не угробил многотонный "Урал", груженый понтоном, во время выдвижения боевой колонны к месту учений (водителем я, конечно, не был, прав не имел, просто меня сержант попросил порулить немножко).

Однажды заснул в карауле, после чего меня с поднятыми руками провели через всю часть и губы я избежал только потому, что некому было в караул ходить.

Один раз крепко напился и погулял с размахом и с офицерскими дочками в военном городке, за что был все-таки посажен на губу, а потом еще и побрит под ноль (и это при том, что к тому времени был легитимным "дедушкой"!). Командир бригады полковник Величко позорил тогда меня на утреннем разводе перед всей частью. Мне было стыдно.

Несколько раз пострелял на полигоне из Калашникова, занял призовое место в лыжных гонках по замерзшему и заснеженному озеру.

Едва не уехал на таджико-афганскую границу в поисках романтики.

Словом, было весело. Обильная почва для сновидений.

Скорбим
Монжуик
_gothy_
Я приучался к музыке с помощью папиных пластинок. Их было много - и виниловые, и какие-то тоненькие, синенькие из тончайшего пластика, на которых было записано порой по одной песне. Одна из таких пластиночек была моей самой любомой. Там была записана песня "Клен" в исполнении ВИА "Синяя птица".

Впоследствии эта песня мне, как это часто бывает, не разонравилась. Она - из тех очень-очень немногих, текст которых я знал полностью. От первого до последнего слова. Поэтому, повзрослев, долгими зимними ночами я пел "Клен" в карауле. В холодных краях под Санкт-Петербургом. Ночь, тишина, автомат за плечом и песня.

И вот, только что узнал, что умер солист "Синей птицы" Сергей Дроздов. И тот, знаменитый "Клен" в его исполнении остался теперь только на пластинках. Или вот здесь:

http://youtu.be/3oBdYhVp_QU

Аманда Лир против Саманты Фокс
Монжуик
_gothy_


Училась в нашем классе одна девчонка. Лена ее звали. Посмотришь - ничего особенного. Лицо круглое, черты лица стремятся к татарскому типу... Но на протяжении пары классов я был в нее ожесточенно влюблен. Харизма у нее имелась что ли? А может, еще чего.
Девочка была очень высокомерной. Типа: вы - лохи, а мы серебряными ложками кушаем. Однажды классе в седьмом мы составляли хит-парады. Ну, девчонки наши стали, конечно, "Модерн Токинг" писать на первое место. Кто Томаса, а кто и Дитера. Редкая советская школьница не мечтала в те годы об этих славных парнях из ФРГ. А мы, пацаны, все больше по грудастеньким отлетали. Я, например, на первое место поставил Саманту Фокс. Такой у меня был прекрасный и выдающийся возраст.
- А ты что написала? - подходим мы с другом к Лене.
- "А ты что написала", - передразнила она - Вот!
У нее было написано: "1 место - Аманда Лир".
- А у вас Сабрина, да? - захихикала.
Умела Леночка выебнуться. Оттого и цеплялись к ней парни, полагаю.

Скорый поезд Москва - Калининград. Часть 2: Ночная пассажирка
Монжуик
_gothy_
Продолжение.
Начало - ЗДЕСЬ.

Поужинав супами быстрого приготовления, мы улеглись по койкам. Интеллигент начал читать свою толстую книгу, я - свою, а военный пенсионер Леша, ловко, как гимнаст, запрыгнув на верхнюю полку, уснул почти мгновенно.

Остановились в Вязьме. Для меня это не простой город. В раннем детстве мы жили в нем несколько лет, поэтому в подсознании, да и в сознании тоже сохранились какие-то обрывочные воспоминания. Помню, например, выразительный памятник генералу Ефремову, который геройски погиб где-то в этих местах. Помню гигантскую (так мне казалось в детстве) гору песка возле какого-то завода, куда мы полезли с друзьями вместе с велосипедами. После этого я получил от отца порцию воспитания ремнем. Помню, как учился кататься на лыжах. Помню также, как потерял рубль. Мама отправила меня за хлебом, дала рубль, а я его где-то обронил. Потом долго боялся возвращаться домой. Рубль ведь - это была приличная денежка в конце 70-х годов. Но мне за потерю вроде бы даже не всыпали. Воспоминаний о Вязьме немало, поэтому я всякий раз, когда есть такая возможность, выхожу из поезда на перрон и стою несколько минут, вдыхая холодный, пропитанный паровозной гарью воздух. Вышел и на этот раз.

После Вязьмы уснул. Разбудил меня пронзительный женский голос за дверью купе:
- Ну это же второй вагон, да? Мне нужно шестое место.
Поезд стоял. Очевидно, мы приехали в Смоленск. Женщина за дверью ошибалась насчет второго вагона. Наш состав начинался с четвертого вагона, мы ехали в пятом. Если не смотреть на номера, то наш вагон и был вторым. А место прямо надо мной было шестым. "Ну все, - подумал я. - Сейчас эта горлопанка займет последнее свободное место в нашем купе".
- Саш, - продолжала дама за дверью, - ну достань ты билеты! Какой у меня вагон?
- Щас, погоди ты! - ответил ее муж. - Че орать-то?
В беседу вмешалась проводница:
- Это пятый вагон, а не второй.
- Так, вот билет, - пассажирка зашуршала бумагой. - Саш, где тут номер вагона?
- Вот вагон, - сразу ответил Саша. - У тебя - восьмой! Дура! Че ты сюда поперлась?
- Ой, а как же тогда? Мы успеем добежать до восьмого?
- Не знаю, - ответила проводница. - В Смоленске пять минут стоим.
- Саш, пойдем через вагоны.
- Пойдем, пойдем, дубинушка.
И они ушли.

Спал я в эту ночь плохо. Снилась какая-то разноцветная чушь. Под утро, наконец, сон стал сладок и даже глубок. Жаль, что это длилось недолго. Раздался металлический стук в дверь:
- Гудогай! Готовим документы к проверке!

Начинались бесчисленные границы. Преимущество поезда "Дюны" заключается в том, что его пассажиры проходят паспортный и таможенный контроль днем. Напрягает, но несильно.
- Я бы кастрировал тех, кто придумал эти границы, - сказал, вставая с кровати, мой сосед-интеллигент.

Снегопад
Монжуик
_gothy_
До Калининграда докатилась эта напасть. Пурга. За окном белоснежные вихри вьются. Машина, наверное, превратилась, в белый холмик. Через полчаса пойду разгребать...
А пока вспомнил такой эпизод.
Первым оружием, с которым я познакомился в армии, был скребок. Чтобы снег чистить, в армии придумали такую "двухместную" штуковину из металла. Два солдата берутся каждый со своей стороны и вперед - плац драить. "Двухместный" скребок был довольно тяжел, но за счет этого снег хорошо "брал". И вот так натренировавшись на плацу, вечером перед отбоем было довольно тяжело отжиматься по приказу пьяного прапора. Он требовал раз 50, не меньше. Потом полтора десятка раз подтянуться на перекладине. Потом подъем переворотом.
- Давай, солдат, еще разок. Давай, родной. Р-раз! Умри, но подтянись!.. - шипел на ухо прапор, брызгая слюной.
У меня мышцы тогда были железные от такой гимнастики. Поэтому спустя месяц после начала службы я с легкостью отжимался, сколько надо. А отжиматься приходилось много. Например, чтобы сержант отдал тебе письмо, которое пришло из Калининграда от девушки. Или от мамы. Вроде бы "расценки" были такие: за письмо от родителей - 30 раз, от дамы сердца - 50 раз. Но на сержантов мы не обижались - предвкушение от прочтения письма затмевало все остальные эмоции, а вот прапор...
Я не помню, как его звали. Каждый день он приходил в нашу "роту молодого солдата" (так называлось подразделение) перед вечерним разводом. Каждый день от него разило плохим алкоголем - пил он, как и многие в то время, спирт "Рояль". А перед отбоем начинались упражнения на выносливость. Впрочем, не только перед отбоем. Один раз, в январе, когда не было снегопада, но был неплохой, 15-градусный, морозец, мы по его прихоти семь(!) раз строем заходили в баню. В нижнем белье, простите за подробности. А все потому, что не успевали вовремя скинуть с себя белье и разложить его аккуратно по местам.
В общем, веселый был человек, товарищ старший прапорщик. Сейчас я на него, конечно, не в обиде. Тем более, примерно после двух месяцев службы кто-то из наших рассказал про его подвиги командиру бригады. И прапора не стало. В нашей роте. Комбриг у нас был жесткий человек, любил порядок и не пил.
Прапорщик нам не мстил. Я удивился этому - возможностей поквитаться у него была масса. Но обиделся сильно и всякий раз при встрече с кем-нибудь из нас говорил с оттенком грусти:
- Вот, калининградцы, пидорасы, сдали!
Все это было давно, в январе 1993-го. В войсковой части Керро в Ленинградской области тогда так же, как и сейчас в Кёниге, было много снега, стоял мороз, мы с приятелем Соской из Мамоново "пидорасили" плац тяжеленным скребком и мою душу переполняли противоречивые чувства. Мне было очень мерзко оттого, что я попал в эту дыру под названием "Керро", где я фактически раб, где мне еще тарабанить полтора года, где я держу ручку металлического скребка вместо того, чтобы держать что-нибудь поприличней, где руки и ноги отмерзают... И мне было приятно, потому что вокруг стояли вековые ели, пахло хвоей и морозом, или хвоей на морозе, и я можно сказать один на этом огромном плацу. И вокруг - какая-то хрустально-чистая тишина. Только тихо-тихо шелестит падающий снег.

Андропов, конфеты и презервативы
happy
_gothy_

Что-то вспомнилось.
Когда к власти в советском государстве пришел Юрий Владимирович Андропов, я ходил в третий класс. Как раз перешел из Камвала в ЗРП (из 23-й школы в 4-ю). По телеку видел, что в государстве происходит что-то новое. Что-то проверяли, кого-то ловили на расхищении социалистической собственности, кого-то попросту расстреливали... Жизнь стала жестче. И я понял это на собственном опыте. Из кафетерия на улице Коммунальной, в который я заходил каждый день по дороге в школу, исчезли мои любимые шоколадные конфеты с белой начинкой. Вафли подорожали на две(!) копейки. А однажды, когда мы с другом Серегой шли в универмаг "Спутник", - в форме, с ранцами, как положено, - нас остановили дяденьки в шатском и стали интересоваться, почему мы прогуливаем школу. Как-то отмазались, уже не помню. Зато запомнил фразу, которая у меня тогда вырвалась:
- Андропик - жопик!
И всякий раз, когда случалась со мной какая-нибудь неприятность (например, в канаву упаду или ноги промокнут), я восклицал:
- Андропик - жопик!
Но больше всего меня раздосадовала в эпоху Андропова наша классная руководитель Лариса Геннадьевна, в которую я был, признаться, влюблен - стройная, с длинными вьющимися волосами цвета вороного крыла и белоснежной кожей. Ух! Представляете совпадение: к власти приходит Андропов и в это же время мы находим в столе у Ларисы Геннадьевны пачку презервативов (продавались такие в аптеках по 2 копейки штука)! Это был тяжелый удар по моей детской психике. Я считал Ларису Геннадьевну чуть ли не святой, а тут такое (предназначение и нецензурное название презиков было мне тогда уже известно)! Эх, классная!..
Я был уверен, что без Андропова тут дело не обошлось. Помню, мы тогда сперли найденную пачку презервативов и пошли с ней в мужской туалет. Там наполнили резинки водой и стали кидаться мягкими водяными шарами - шмяк! Домой я пришел мокрый с головы до ног.
А Лариса Геннадьевна на следующий день в школе не появилась, заболела.


"Депеш Мод"
Монжуик
_gothy_


Увы, только сегодня узнал про проект "Мои "Намедни", на конкурс опоздал, но в принципе и Бог с ним. Есть темка, про которую хочется написать.

Эта тема - "Депеш Мод". Не знаю как где, а в Калининграде на излете 80-х эта британская группа была больше, чем просто группа. Поначалу я долго не втыкался, что хорошего ребята постарше находят в их музыке, зачем делают специфические прически под названием "квадрат", отпускают баки, носят выбеленные джинсы в обтяжку и косухи с заклепками. Я слушал тогда разные рок-н-ролльные коллективы и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Но мода, даже не мода, а какой-то массовый психоз сделал свое дело. Еще бы! Каждый второй парень щеголял "квадратом", а надпись DM в различных каллиграфических вариациях можно было встретить буквально везде - от стены мужского туалета в нашей школе до значка, прилепленного к груди нашего физрука. Как бы то ни было, я сломался. Перед самым новым 90-м годом я пошел в специальную парикмахерскую (была одна такая в нашем городе на пересечении Каштановой аллеи и Фестивальной), в которой работал специальный человек - неформальный лидер фан-клуба "Депеш Мод" по имени Надежда. Она мне и укоротила прическу - придала ей правильную геометрическую форму. До этого я считал себя заправским стилягой, был лохмат, носил отцовский клетчатый пиджак (а-ля 60-е) и брюки-дудочки. Мой детский лакированный портфель (в 10-м классе!) был расписан словами Elvis, Rolling Stones, The Who и, конечно, Beatles. Понятное дело, что портфель был забыт, вместо дудочек я натянул выбеленные в хлорке джинсы (мои первые Levis, выменянные у приятеля-фарцовщика на три блока сигарет "Ява", которые я привез в Кёниг из Брянской области с целью перепродажи), вместо пиджака - голубой приталенный джемпер. Нужен был последний штрих и я его сделал, посмотрев в новогоднюю ночь по телеку "Петерс Поп Шоу" (помните такие концерты артистов зарубежной эстрады, начинавшиеся в середине ночи, когда половина населения уже спит, а другая половина пьяна в дым?). Выступал там и "Депеш". И у Дэйва Гэхана - солиста - вместо привычных аккуратных бачков были выбритые виски. "Вот это крутяк", - подумал я и не дожидаясь утра выбрил себе виски лезвием "Спутник".

- О как Леша изменился, аккуратный стал! - приветствовала меня после зимних каникул наша классная руководитель Лариса Григорьевна. - А то ходил лохматый...
- То что надо, - сказал мне на перемене старший товарищ, одиннадцатиклассник, с высветленным перекисью "квадратом" и многомесячным стажем в фан-клубе парикмахерши Надежды. - Только надо было повыше виски выбрить.
Мне было приятно. Я попал в мейнстрим. Каждую субботу я приходил на дискотеку в ДК Рыбаков и каждый раз сердце (у меня и у сотен таких, как я) замирало, когда падала тарелочка, предваряющая хит всех времен Behind The Wheel. А когда начиналась Enjoy The Silence мы буквально бросались друг другу в объятья. Восторг был беспределен.

...Эта эйфория длилась полгода. В то время я слушал по польскому радио музыкальную передачу Томаша Бекшиньского о "новой волне". И вскоре узнал, что кроме "Депеша" есть такие группы как Joy Division, Bauhaus и, конечно, The Cure. Уже летом я сменил узкий джемпер на темно-синий безразмерный свитер, джинсы - на черные брюки, а отросшие волосы с помощью маминого лака приводил в состояние полного хаоса. В общем, пост-панк. Но это, как говорит Леонид Каневский, уже другая история.