Алексей Денисенков (_gothy_) wrote,
Алексей Денисенков
_gothy_

Category:

Прусские ландшафты: "Клещ" из замка Шаакен



Орденский сержант
Петр Мироненко – из породы энтузиастов. Есть у нас такие предприниматели, слава Богу. Несколько лет назад нашел на карте Калининградской области заброшенные руины – оказалось, замок Тевтонского ордена XIII века, - потом несколько лет оформлял его в аренду – дали всего на 10 лет (просил на 49 лет, но чиновники от культуры веско на это заметили: «За полвека многое может случиться»), - потом почистил, законсервировал, принял первых туристов, начал потихоньку восстанавливать руины…
- Сейчас пытаюсь оформить в собственность, но, сами понимаете, процесс с нашими законами, и нашими бюрократами небыстрый, - говорит Мироненко.
Выглядит Петр Петрович довольно причудливо. На нем – униформа бойца российской армии образца начала 90-х годов прошлого века, так называемая «зеленка», а поверху – белая накидка с черным крестом.


- Так одевались орденские сержанты, - поясняет Мироненко, - А теперь вот одеваюсь я, когда принимаю туристов и устраиваю экскурсии.
Мы находимся в просторном, вымощенном неотесанным булыжником дворе замка Шаакен. Тепло, даже жарко. Лениво раскинувшись на перекладине катапульты, щурится на солнце рыжий кот, галдят, рассыпавшиеся по двору, любопытные туристки с фотоаппаратами, в санях, «припаркованных» у старой конюшни, вальяжно пережевывает сено белый козел. Где-то высоко – в гнезде, построенном прямо на готической башенке, стучит клювом аистиха, выговаривая супругу за слишком тощую лягушку на обед.












- Здесь грязи было по колено, нет по пояс, когда я сюда пришел, - продолжает рассказ Петр Мироненко. – Только на тракторе можно было въехать. Потому что весь мусор из близлежащих деревень свозили почему-то сюда, в замковый двор. Да и в самом помещении грязь была несусветная…
Во время войны Шаакен не пострадал. В главном флигеле замка жили колхозники, другие здания приспособили под хозяйственные нужды. К 80-м годам – время неумолимо! - древние стены начали стремительно разрушаться, ремонтировать их никто не собирался, люди стали отсюда съезжать, и вскоре замок опустел. И его начали растаскивать на кирпич.












- Подъезжали и краном сразу полстены – бабах! – вздыхает Петр Мироненко.
В результате сегодня главный флигель разрушен практически наполовину, оборонительные стены зияют внушительными прорехами. И как память о советских десятилетиях почти посередине замкового двора возвышаются две долговязые и уродливые водонапорные башни из проржавевшего железа. Памятники победившего Шаакен социализма.


Памятное место
По информации калининградского архивиста Анатолия Бахтина, крестоносцы основали замок в 1270 году на месте прусской крепости Зоке. Название Шаакен, скорее всего, происходит от прусского слова «шокис» - трава. В этих местах и сейчас полно зелени, а в незапамятные времена, как утверждают краеведы Губин и Строкин, побережье Куршского залива (Шаакен находится в трех километрах от водной глади) представляли собой настоящее море камыша. В начале XIV века крепость построили в камне, и она не единожды сослужила Ордену прекрасную службу, защищая Замланд от набегов язычников-литвинов. Достаточно сказать, что взять Шаакен неприятели не смогли ни разу! Таким достижением могли похвастаться далеко не все орденские замки на территории Пруссии.
Анатолий Бахтин приводит и еще одну интересную особенность Шаакена. В отличие от подавляющего большинства своих собратьев, строившихся как под копирку: четырехугольный замок, состоящий из одного или четырех флигелей, высокие стены, ров с подъемным мостиком, форбург (предзамковое укрепление), данцкер (монументальный сортир по-нашему), строители Шаакена проявили оригинальность. Они сделали замок… круглым. Краеведы говорят, что эта форма помогала более эффективно отражать набеги язычников.
В XVII веке замок серьезно пострадал от пожара, и в результате восстановительных работ его превратили в довольно комфортное по тем временам обиталище. Именно поэтому российский император Петр Великий трижды (!) останавливался в Шаакене на ночевку. Ловил рыбку в близлежащем озерце, пил знатное шаакенское пивко домашнего приготовления, щупал на сеновале румяных и грудастых шаакенских девиц в красивых передниках. Поговаривают даже, что был у Петра в замке серьезный роман с крепышкой по имени Гретхен - дочерью трактирщика Ганса Заллета. Ее-то император и навещал время от времени. Еще бы не навещать - прусская кровь, она ведь горячая!
- Много у нас мест, которые связаны с такими великими личностями как Петр Первый? - говорит Петр Мироненко.
- Мало, - отвечаю.
- Вот я и решил возродить такое место.
















Пушки и пытки
Все работы в замке Мироненко осуществил за собственные средства. Вначале все расчистил, затем оборудовал подвал в главном флигеле, в котором устроил музей пыток, затем соорудил макеты средневековых артиллерийских орудий – баллист, катапульты, первых образцов огнестрельных пушек – во дворе стоят два рибодекина, веглер и еще кое-что непонятное. До полной аутентичности, конечно, далековато – например, детали катапульты соединены при помощи современных болтов и гаек, но для детишек и так хорошо.
А еще лучше – в подвале. Там можно и нужно бояться. Причем, боятся не только детишки.
- А вот это дыба, - смачно говорит Петр Петрович, показывая на страшный механизм, чем-то напоминающий многим знакомый с детства настольный хоккей. – Хотите, расскажу, как на ней пытали?
Туристы, которые спустились в подвал на экскурсию, кутаются белые одеяния – каждому на входе выдается накидка орденского сержанта, - и наперебой начинают:
- Да, да, Петр Петрович, расскажите скорей. Это безумно интересно, - журчат женщины.
- Да, давай про пытки, - басят мужики.
- Про пытки… - повторяют ребятишки.


И Мироненко рассказывает. Причем, делает это с таким азартом и упоением, смакуя и пережевывая детали, что каждая экскурсия длится часа два, а то и больше. Хотя экспонатов в шаакенском музее по большому счету раз два и обчелся. Кроме пыточных орудий и артиллерии есть еще гранитный прусский колодец, в который кидают монеты и загадывают желание, и конюшня с лошадьми, на которых можно покататься за отдельную плату. Периодически – например, в Хеллоуин и на последний звонок - в замке проходят рыцарские турниры и огненные шоу, которые устраивают клубы реконструкторов из Калининграда. Была возможность у Шаакена стать участником ежегодной акции Ночь музеев, но организаторы акции в итоге решили, что замок находится слишком далеко, в стороне от популярных туристических маршрутов.
- Это что! Все у нас впереди. Сейчас вот башню восстанавливаем, - показывает Мироненко свежую кладку. – Пока подняли на три метра, но сами понимаете, денег немалых это стоит. А восстанавливать надо. Кроме того, что Шаакен должен выглядеть как в Средние века, так это еще условие обременения, по которому мне передали замок.










Не до смеха
- Может немцы вам помогают, - предполагаю я.
- Помогают, - честно отвечает Петр Петрович. – 30 евро выделили за все время, пока я здесь.
Мы смеемся. Но по большому счету смеяться нет причин. Ни единой. У Мироненко, чтобы восстановить Шаакен, сделать здесь полноценный музей, вывести его хотя бы на самоокупаемость, денег нет. Для государства тевтонские замки, как и пока еще многочисленные орденские кирхи, - пустое место. Формально большинство из них имеют статус памятников федерального или областного значения, фактически ни копейки на их сохранение (про восстановление говорить сегодня просто некорректно) не выделяется. Даже если выделяется, то зачастую эти скудные денежные потоки уходят, непонятно куда.
- Помощи от чиновников я не дождался, сколько не просил, - говорит Мироненко. – В Гурьевской администрации, в отделе культуры говорят: «Сидит там клещ в замке, частник, зачем мы ему будем помогать?». Вот такое отношение, этими словами все сказано.
Конечно, в ближайшие годы Петр Мироненко замок не восстановит. Хорошо, если лет через пять что-то получится – если конъюнктура позволит и если государство Шаакен не отберет, чтобы, например, перепродать или просто из вредности (такое тоже, увы, у нас бывает). Но и пока энтузиаст Мироненко делает огромную работу. Шаакен в отличие от подавляющего большинства замков в области хотя бы не растаскивают на кирпич. Хотя бы.
- Через час, после того, как я отсюда уйду, прибегут желающие с тяжелой техникой. И – пошло поехало. Цены сейчас хорошие – по 10 рублей «лапоть» такой продают.
Мироненко поднимает с земли красный обожженный кирпич.
- Но я отсюда не уйду.

Tags: Восточная Пруссия, Шаакен, замки, путешествия, средневековье
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments