Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

Супераватар

О политике, системе, антисистеме и выборах.

Disclaimer: данный текст не более чем оценочное суждение автора, не претендующего на оригинальность, актуальность или истинность. Это просто частное мнение выработанное на основе доступных фактов и формальной логики.

По какой-то невразумительной причине, вроде бы неглупые люди решили, что если марксизм (научный коммунизм) был отменён в 1991 году, то его законы, сформулированные более 150 лет назад господами Марксом и Энгельсом, так же были отменены и перестали действовать. Однако, научный коммунизм не религия, и её нельзя отменить декретом или подзаконными актами, как нельзя ими же отменить закон всемирного тяготения или второй закон термодинамики. Сформулированная Марксом и Энгельсом концепция базиса и надстройки, в которой базисом выступает экономическая деятельность, а надстройкой – политическая (как внутренняя, так и внешняя) до сих пор работает и может послужить неплохим научным полигоном и лабораторией, которая позволит посмотреть на происходящие процессы в современном российском обществе не только здраво и критично, но вычленить из вроде бы хаотичных и местами не связанных между собой фактов то, что даст ключ для понимания текущей внутриполитической ситуации в России. Не стоит так же забывать, что несмотря на схематичность и догматичность данных законов, их глубокий диалектический смысл и содержание не может быть подвергнут критики в связи с данным текстом, так как здесь они не более чем посыл, позволяющий взглянуть на всё происходящее вокруг под углом научным.

Часть первая: Надстройка.
Вы когда-нибудь лицезрели, во всей красоте и величии, Вертикаль Исполнительной Власти? Можете вы по достоинству оценить всю красоту и совершенство Вертикали Исполнительной Власти? Её тонкие ужимки. Её шероховатости? Её нежное, но волевое прикосновение? Что лично для вас Вертикаль Исполнительной Власти?
Короткий (и не лишенный спорности из за своей непродолжительности) экскурс в историю.
Так или почти так имеет смысл писать, думать и говорить про выстроенную в начале нулевых годов систему бюрократического управления в постперестроечном российском Государстве. Этот финальный аккорд к удивительной симфонии, начавшейся 300 лет назад с того, что царь Пётр Алексеевич начал насаждать бюрократическое управление своей державой. И надо сказать, что на излёте средневековья это была прогрессивная система, позволившая многим государствам подняться в период слома средневековой экономики и нарождения нового промышленного капитала. У системы бюрократического управления есть свой огромный плюс – на коротком отрезке времени она может мобилизовать все ресурсы государства для решения одной важной и главной задачи. Но на длинном историческом отрезке эта система поглощает Государство и становится его кадавром, подчиняя все ресурсы государства на решение задачи естественного воспроизводства этой системы в ущерб всему остальному. Эта система пройдя через 200 лет императорской власти и укрепившись при ней, перемолола и поглотила революционный советский строй, а когда он стал ей не нужен, просто выплюнула его на обочину истории. И сейчас эта система достигла своего максимального апогея и развития, когда она подчиняет своим внутренним интересам выживания и самовоспроизводства как политические, так и экономические ресурсы всей страны.
Возьмём простейший пример. Пойдём на низовой уровень системы и попытаемся посмотреть на неё изнутри. Вот всем известный и уже всеми многократно обмусоленный и высмеянный пример, когда некий бюрократ из администрации Санкт-Петербурга потребовал справку о том, что Борис Стругацкий был писателем, для того, что бы установить мемориальную доску на доме, в котором проживал покойный писатель.
Существует бюрократический аппарат, задача которого снять с себя ответственность за принятые решения, переложив её с себя на того кто принял решение и того кто его исполняет. В рамках этой парадигмы бюрократический аппарат выпускает инструкции, распоряжения, требует справки, иные бумажки. Таким образом, если высокого начальника, принявшего это решение, снимут, всегда нужно иметь запас справок что бы, если новая метла начнет по новому мести - не попасть в немилость. И так дальше. Большинство человечества живут вне логики существования бюрократического аппарата, и им кажется странным, не понятным, лишенным смысле много из того что эта система порождает и продуцирует. Но это не лишает саму систему логики и целесообразности в её внутренних действиях.
Так о какой надстройке мы будет тут говорить, если вся политическая надстройка российского Государства есть функциональная часть поддержания воспроизводства этой системы – зададите вы мне вопрос. И вот тут я разведу руками и доложу вам, что внутренний проектировщик этой системы заложил в ней возможности политического саморегулирования через систему политических институтов – выборы одних чиновников во власть против других и возможность принимать самостоятельные решения в области экономики. (Nota Bene: Можно сказать что система недоделана, ведь посмотрев на неё под другим углом – с точки зрения защиты собственности, можно прийти к выводу, что контрольные функции у ней отсутствуют. Но так же можно сказать, что процесс передела собственности ещё не закончен, а по этому и контроль пока не нужен). Есть ряд и более мелких и интересных возможностей. Почему я так считаю? Потому что, несмотря на то, что все граждане принимающие участие в политических процессах внутри российского Государства так или иначе являются функционерами уже созданной системы, они имеют собственную волю, а значит в рамках существующей жесткости и гибкости системы могут иметь как собственные политические так и собственные экономические убеждения.
Рассмотрим в качестве практического примера 3 персоналии, трёх партийных лидеров: лидера ЕдРа Д.А.Медведева, лидера Справедливой России С.М.Миронова и лидера партии «Родина» А.А.Журавлёва. Достаточно мимолётного взгляда на всех трёх персонажей, чтобы понять, что все три являются функционерами Системы и по-большому счету ничем не отличаются и ни чем не выделяются на общем фоне других функционеров Системы. Кроме одного – все трое являются представителями различных экономических течений, которые пока что с минимальным успехом борются с ЕдРом за лидерство в Системе.
Следовательно, Система не имея собственной экономической константы готова следовать за лидером политического направления, а значит готова к модернизации и развитию.
Я вас не утомил? А то писать прописные истины, которые все вроде бы, неглупые люди, понимают, весьма тяжело, с моральной точки зрения.
И тут возникает один простой и интересный вопрос – так почему же неглупые и образованные люди не голосуют за политиков системных, а или вообще не голосуют, или голосуют за тех, кого им навязывают политики внесистемные. То есть маргинальные группы политиков находящихся вне Системы и не имеющих шанса стать частью этой Системы в силу ряда причин.
Вот давайте и поговорим о причинах.

Часть вторая, но не последняя: Причины и следствия
Как когда-то написал классик – лучший способ подавить инициативу это организовать её и возглавить. Чем, собственно говоря, Система и занимается. Это часть её внутреннего функционала, её подсистемы сдержек и противовесов. Что бы не допустить резкого и чаще всего негативного по отношению к Системе её изменения, Система самоорганизовалась и выдвинула на передний край политической борьбы антисистемных политиков. Ведь кто лучше антисистемных политиков может организовать и возглавить любую группу фрондёров и оппозиционеров, не желающих сдавать свою волю и право решать Системе. Поставьте перед ними маргинала с инфантильными лозунгами и солидного политика с пузом и пониманием своей ответственности. Увы, выбор будет однозначно в сторону маргинала. И не скажешь ведь, что всё дело в пузе. Просто людишки измельчали. Одни инфантилы вокруг. Внутренний критик и самокритик давно сбежали пить пиво.
Однако, что-то я заговорился. Обвинять других пустое дело. Ладно, сойдёмся на том, что все люди умны, добры, справедливы и вообще прекрасны, просто им давят на эмоции а они не замечают.
И так, мы вернёмся к нашим скорбным рассуждениям и сразу же обратим внимание, что маргинальные, антисистемные политики, в отличии от системных и пузатых а) напирают на эмоции и б) не имеют серьёзной и проработанной экономической программы. Я специально проверил. Программы Едра, справороссов или, упаси Боже, Родины это объёмные тома страниц по 400 с серьёзными рассуждениями докторов экономических наук о тои и о сём, шагами, последовательностями, выкладками и методами. А вот господин Навальный от всего этого избавлен. У него экономическая программа состоит из трех страниц лозунгового типа предложений мало связанных между собой логикой. И если с томами бумаги от партий Системы можно дискутировать, можно их обновлять и корректировать, то с лозунгами спорить бесполезно. Просто примем как данность.
И сразу же зададимся вопросом – а почему? Почему, пусть и маргинальные, и антисистемные, но всё же декларирующие своё желание стать частью Системы, партии не имеют серьёзных экономических программ. А ответ прост – им они не нужны. То есть как это, спросите вы, и ниже я постараюсь дать на это ответ.
Вот смотрите, что такое написание серьёзной экономической программы? – Это когда выбирается серьёзный учёный-экономист с именем и принципами, под которого нанимается штат помощников и редакторов, а потом между ним и нанявшими его политиками увязывается в единое целое всё что составляет будущую программу – цели, средства, методы достижения и методы контроля качества. Это не то что бы дорогое удовольствие, которое отнимает изрядное количество времени и денег, это прежде всего моральные обязательства, которые ты, как политик на себя берёшь. А если ты ничего не берёшь? Если ты никому ничего не обещаешь? Правильно – ты можешь взять власть, даже взять демократически на выборах, при этом ничего не менять. Ну был кооператив Озеро, будет кооператив ФБК (я не утверждаю, просто пример), а вместо Сечина будет Люба Соболь с зарплатой 3 миллиона рублей в день. Я, опять же ничего не утверждаю. Просто привожу пример. Показываю аналогию. Ведь никаких политических обещаний в области экономики и кадровой политики никто на себя не брал из несистемной маргинальной части политиков. Следовательно (ещё раз) – руки у них не связаны.
А теперь зададимся вопросом – а зачем же они выступают против Системы, если у них отсутствует альтернативная концепция развития Системы? А действительно, зачем? Да и выступают ли они антагонистами Системе, или являются её отладочным механизмом, частью поддержания существующей Системы? Обратите внимание на последние муниципальные выборы, последние выборы в ГосДуму, последние выборы главы государства. Всякий раз внесистемные политики объявляли им бойкот и всякий раз побеждала ныне существующая Система. Мы от них слышим – мы объявили бойкот, никто не пришел, и Система сама себе посчитала голоса, а там где могла (и никто не заметил), она их смухлевала, подкрутила, приписала и так далее и тому подобное. Давайте задумаемся над этим и пойдём дальше, давайте задумаемся над тем, что бы было, если бы те, кто послушавшись внесистемных политиков не пошел на выборы, а наоборот – пошел бы и проголосовал за одну из системных партий с оппозиционной экономической концепцией в существующей ныне Системе? Давайте хотя бы приблизительно представим, на сколько бы выросли возможности социалистов и консерваторов в Парламентах всех уровней, если бы не маргинальные антисистемные политики, уговорившие свои группы поддержки игнорировать выборы? Давайте уже поймём, что политика только прилагательное к экономике, и только экономика имеет главное и принципиальное значение. Давайте уже поймём, что маргинальные антисистемные политики позволяют Системе оставаться такой, какой она является сейчас – варварским грабительским капитализмом, нацеленным на ограбление Государства и вывоз награбленных капиталов в фешенебельные страны. А саму политику, по примеру одной соседней страны, с прямого благословения Системы карнавализируют, превращают серьёзную и сложную  науку в безнравственный спектакль под восторженное улюлюканье домохозяек, убивающих редкие часы досуга на просмотр дневных ток-шоу.
Но давайте уже перейдём к базису. Давайте уже поговорим об экономике.

Часть третья: Базис
И так, подводя итог предыдущей части, мы выяснили, что Система, защищая сама себя, через своих выдвиженцев – Администрацию Президента, непосредственно ответственного за внутреннюю политику и выборный процесс Сергея Кириенко, в целях самозащиты от стрессов и резких изменений, манипулирует сознанием избирателей, замещая дискурс экономический дискурсом политическим, посредством маргинальных, внесистемных политиков.
Теперь нам предстоит ответить на главный вопрос – почему Система так боится смены экономического курса и боится ли она его. Этот вопрос при кажущейся простоте весьма сложен и для его изучения нам предстоит погрузиться в самоё основу основ постперестроечной российской Государственности, нам предстоит погрузиться к корням системы.
В тот исторический период Система жила одной мыслью – как заполучить в свою собственность, подчинить себе всё то богатство, которое осталось от СССР и на которое стремительно налагали лапы и усиленно отжимали, как люди пришедшие в бизнес после 1989 года, так и так называемые «красные директора», стремившиеся стать собственниками и передать не принадлежащие им активы по наследству своим детям и внукам. И, разумеется, агрессивный иностранный капитал.
В этот период происходит коренной слом старой советской финансово-экономической системы, пишутся новые законы, заключаются новые международные договоры и соглашения. Цель у них примерно одно – облегчить движение капиталов из России на Запад, в том числе легализовать офшорные инструменты. Кто контролирует денежные потоки, тот контролирует номинальных владельцев денег.
Эти мероприятия со всей исторической неизбежностью привели к созданию варварской версии капитализма в России, о которой я упомянул выше – системе, нацеленной на ограбление Государства и вывоз награбленных капиталов в фешенебельные страны. Но к концу «тучных нулевых» Системе удалось стабилизировать ситуацию и так или иначе, через участие в акционерном капитале или через иные рыночные инструменты, поставить под свой контроль или попросту прибрать к рукам, вернуть в собственность Государства, то, что осталось от некогда великого промышленного комплекса СССР. С теми, у кого собственность отжать не получилось, были заключены соответствующие договоры, позволяющие её контролировать так или иначе.
Установившийся хрупкий баланс сил между Системой, стремящейся к сверх централизации и сверх подавлению и бизнесом, стремящемся к хаотизации и сверхприбылям был назван ведущими политиками Системы «стабильностью». В этой «стабильности» выражался баланс между интересами бизнеса большого и очень большого и Государства как проводника Системы и её эксплуататора. Под балансом понимаются не только и не столько бизнес-интересы сторон, сколько их политические интересы. Большой бизнес отказался от применения политических инструментов для достижения поставленных целей, а Система взамен дала ему гарантии, что не станет его преследовать как Ходорковского и Гусинского. Все же так или иначе возникающие конфликты между участниками договоренности разрешались келейно и тихо номинальным главой Системы, её официальным арбитром, президентом Российской Федерации.
В такой политической конструкции Государство вошло в 2012 год, когда стало ясно, что последующая неизменность договоренностей приведёт к экономическому кризису, а вслед к реальному политическому, но ничего не сделало для смены экономического курса, положившись на систему внутренней регуляции. Почему? Потому что сиюминутная «стабильность» для Системы оказалась важнее грядущих катаклизмов, неясных и неочевидных в силу того, что в Государстве и в самой Системе, как оказалось, на руководящих стратегических должностях полностью отсутствуют представители альтернативных экономических школ. То есть формально они есть, их мало, они разбросаны по мелким должностям и не имеют за собой внушающей уважение политической или экономической силы. Как итог – в конце 2012 года Россия вошла в полосу экономической рецессии (Nota Bene: Есть альтернативное мнение, что на самом деле – в стагнацию. И вошла после кризиса 2008 года, но так толком и не вышла. В 2012 году же был небольшой но подъем, завершившийся в 2014 году. Как и сейчас, кстати, согласно альтернативному мнению, с 2018 года у нас циклический подъем, но вялый...)
Об этом написали или высказались все экономические эксперты, присутствующие в изобилии в системных оппозиционных политических партиях, в том числе и представленных в законодательных собраниях Государства на всех уровнях, но ни каких выводов из этого сделано не было. Система защищает себя здесь и сейчас, не давая своей главной политической силе – партии объединившихся бюрократов лишиться своей кормовой базы. С точки зрения самой логики Системы «стабильность» — это тоже экономический инструмент, а предлагаемые альтернативными экономистами средства решения проблем слишком радикальны, и несут в себе угрозы потери кормовой базы для бюрократического аппарата. Потери контроля над финансовыми потоками. Здесь возникшие в период стагнации глубокие социальные проблемы Системе кажутся слишком мелкими на фоне страха потерять контроль над существующими финансовыми потоками. А то, что в период альтернативных реформ они их потеряют, это им очевидно, иначе бы не прилагались столь явные и грандиозные усилия по недопущению системной оппозиции к власти даже в том мизерном объёме, который она в реальности смогла бы получить на не манипулируемых выборах.
Вы спросите – к чему я трачу время, всё это пишу? В чем смысл моего нудного и местами путаного опуса? И я вам коротко и лаконично отвечу – единственный источник альтернативного существующему экономического курса, это привод в законодательные органы власти системной оппозиции (Nota Bene: само по себе наличие системной оппозиции не гарантирует наличие альтернативной экономической программы, равно как не гарантирует вообще наличия отдельной экономической программы, но в России так устроено, что при общем состоянии клинического маразма, в который впадает любой, кто приходит к власти, почти сразу же, наличие этой самой альтернативной экономической программы почти всегда гарантированно.).
Да. Именно так. Надо забыть о политике, надо забыть о политиках, надо смотреть шире и видеть глубже – пока избиратели не начнут голосовать за системные оппозиционные партии, не начнут играть по правилам Системы для её изменения и усовершенствования, ничего в Государстве не изменится. Только так можно победить и переделать Систему, только так можно исправить (если не устранить) её баги и косяки. Любые иные способы – протесты, бойкоты, поддержка несистемной (маргинальной) оппозиции, которая, как я показал выше – всего лишь инструмент манипуляции Системы, не приведут ни каким положительным изменениям в стране. С Системой можно бороться только инструментами, создаваемыми самой Системой. Вариант её революционного разрушения мной не рассматривается, так как исторический опыт показывает, что система восстанавливается в более жесткую и прочную конструкцию, очеловечивать которую приходится с нуля.
Вам, тем кто прочтет этот текст и задумается над ним, решать – прав я или нет. Но вам же и действовать, ибо в ваших руках ответственность за все принятые вами решения, в том числе ответственность за действия и решения, вытекающие из прочтения этого текста. Ответственность — это то, что приходится брать на себя ежедневно. Ответственность — это то, чего боится и всячески избегает описанная мной Система. Ответственность — это то, что необходимо для изменения этой Системы.

Сухой остаток: читатель, наплюй ты на любое мнение, тем более наплюй на то, что делают антисистемные политики. Они не товарищи, они попутчики. Если ты хочешь реальных, а не мнимых изменений в экономической политике, если ты хочешь реального движения вперед, а не топтания и пустой говорильни – голосуй. Голосуй хоть за чёрта, только приходи на избирательный участок и голосуй. Не выбрасывай свой голос в мусорный бак, голосуй!

С уважением к читающим.
Автор: Игорь Каргин
Комментировать здесь: https://www.facebook.com/letchik.garri/posts/10217711491192357
СССР

Львовский погром как зеркало украинского национализма

Заявления украинских дипломатов, что Организация украинских националистов ОУН-УПА была несправедливо осуждена на Нюрнбергском процессе, вызвали в мире шок. «Историческая правда» рассказывает о самом известном «подвиге» бандеровцев – о Львовском погроме, когда украинские националисты помогали нацистам «очищать» Украину от евреев.

Немцы вошли в Львов утром 30 июня 1941 года. Украинские националисты — фракция Бандеры в ОУН, находившиеся в подполье, тотчас же создали в городе свои органы власти и «украинскую народную милицию». Главой украинского правительства был Ярослав Стецько, который еще весной 1939-го он опубликовал статью в газете «Новый путь», высказав свою позицию относительно евреев. Стецько настаивал, что евреи — «шкурники, материалисты, эгоисты», «народ без героики жизни, без величественной идеи». Евреев интересовала лишь «личная нажива», они получали «наслаждение в успокоения низких инстинктов», и хотели «разложить героическую культуру народов-борцов». Зато украинцы, по словам Стецько, «первыми в Европе поняли разложенческую работу еврейства», и в результате отмежевались от евреев века назад, таким образом сохраняя «чистоту своей духовости и культуры».

«Москва и жидовство — самые большие враги Украины,- утверждал Стецко в своей автобиографии, написанной для немцев. — Настаиваю на уничтожении жидов и целесообразности перенести на Украину немецких методов экстерминации еврейства, исключая их ассимиляцию».

Именно Стецько 30 июня 1941 г. зачитал акт провозглашения государственности, который украинские националисты называют Актом восстановления Украинского Государства: «Восстановленное Соборное Украинское Государство будет тесно сотрудничать с Национал-социалистической Велико-Германией, которая под руководством Адольфа Гитлера создает новый порядок в Европе и мире и помогает украинскому народу освободиться из-под московской оккупации. Да здравствует Организация Украинских националистов, пусть живет Проводник ОУН Степан Бандера !»

И в тот же день начался трёхдневный еврейский погром с 30 июня по 2 июля, который был организован бандеровской «милицией» при попустительстве и подстрекательстве немцев.

Формальным поводом к погрому стали расстрелы заключённых в тюрьмах Львова, которые НКВД провело при отступлении Красной армии. Немцы заставляли евреев извлекать трупы и выставляли тела для общественного осмотра. Родственники заключенных искали между трупов своих родных. Немецкая пропаганда заявляла, что погром – это акт «священной мести» украинцам «жидобольшевикам». В итоге бандеровцы убили около 4 000 евреев.

Во вторник 1 июля Львов стал свидетелем первого акта погрома. В тот день насилие приобрело формы ритуала: евреев — мужчин и женщин — выгоняли убирать улицы, заставляя выполнять действия, которые связывали их с коммунизмом. Как заметил один из выживших: «Это было очень унизительное ощущение — доктора и профессора чистили улицы с лопатами в руках …»

По воспоминаниям одной девочки, ее соседку заставили взять свою зубную щетку и чистить ею улицу. Также заставили евреев убирать конский навоз шляпами. Судя по фотографиям, украинцев во Львове развлекало, как евреи чистят улицы.

Вот еврейские мужчины и женщины чистят улицу возле Оперы. Двое мужчин управляют процессом, пока зрители в толпе наслаждаются зрелищем.

Профессор Университета Альберты из Канады историк Джон-Пол Химки, написавший научную работу о Львовском погроме, приводит свидетельства выживших евреев: «Никто не пытался помочь, — вспоминает Тамара Браницкая. — Наоборот, толпа словно получала несказанное удовольствие от всего этого».

Лешек Аллерганд рассказывал, как десятки людей проползли на коленях три километра в тюрьму на Бригидках, и все это время их топтали и били.

Леопольд Иваньер, переживший погром, узнал некоторых милиционеров: «Это были те же украинцы, служившие в советской милиции. Они заменили звезды на своих фуражках трезубцами. Мы знали, потому что они патрулировали в нашем районе».

«Один украинец особенно врезался в память Левина, — писал историк Джон-Пол Химки. — Элегантно одетый в красивую вышиванку, он бил евреев железной палкой. С каждым ударом в воздух взлетали куски кожи, иногда — ухо или глаз».

Львовский погром был подробно задокументирован — в город из Берлина прибыла группа фотографов и кинооператоров, снимавших для Министерства пропаганды Третьего рейха, ведь этот материал в дальнейшем планировалось использовать в качестве агитационного материала для восточных территорий рейха. Также отличились стрелки 1-ой дивизии горных егерей «Эдельвейс», солдаты которой делавшие фото себе на память.

Над еврейскими женщинами издевались не только зрелые мужчины, но подростки и даже дети. Мария Гесиола вспоминает, как она и ее тетя пытались договориться с украинцами, пришедшими в к их квартиры. Мальчик девяти лет вышел вперед и решил дело, сказав дяде: «Пойдем, старый жид». Конечно, некоторые из детей присоединились к погрому в поисках приключений, а все остальные — это юные солдаты национальной революции. На Западной Украине подростками-обидчиками прежде всего стала молодежь, связанная с бандеровским движением.

Одной из характерных особенностей погрома было унижение еврейских женщин. Подобные прецеденты уже случались во время погромов в оккупированной нацистами Польше. В декабре 1939-го в Кракове насильно раздевали евреек — и многие члены ОУН (особенно те, которые вскоре стали костяком бандеровского движения) были в Кракове в то время, пережидая советскую оккупацию Западной Украины.

Во Львове 1941-го женщин пинали, били в лицо и другие части тела палками и подручными вещами, таскали за волосы, перекидывая от одного погромщика к другому. Многих прилюдно раздевали догола.

Школьная подруга Розы Московиц стала коммунистической активисткой. Толпа схватила ее, отрезала волосы и голую гнала по улицам. Девушка вернулась домой и покончила с собой.

Поляк, который спасал евреев, вспоминает о 12-летней еврейской девочке, которую избили цепью. Беременных били в живот. Участники погромов раздели двадцатилетнюю еврейскую девушку, вонзили в ее влагалище палку и заставили маршировать мимо почты в тюрьму.

Согласно еврейским источником, погром был остановлен немецкими офицерами, хотя обезумевшая толпа требовала продолжения. Как вспоминал один из выживших, толпа на улице Лонницкого успокоилась только после вмешательства офицера гестапо, прокричавшего с упреком в голосе: «Мы же не большевики в конце концов!»

В последующие дни систематические убийства евреев осуществляла немецко-украинская команда «С» при местном гестапо (на фото: группа арестованных евреев). следующий крупный погром во Львове прошел 25–27 июля 1941 года: это была «священная месть» в честь 15-летия убийства Петлюры в Париже Самуилом Шварцбартом; жертвами «дней Петлюры» во Львове пали еще 2 тысячи евреев.

Некоторое нынешние горе-историки в попытках обелить бандеровскую ОУН-УПА утверждают, что в погромах принимали участие не бандеровцы, а какие-то другие украинские националисты. Но сохранившиеся документы опровергают эти лживые домыслы. Вверху — удостоверение члена львовской «милиции». Внизу — справка о составе походных групп ОУН С. Бандеры.

34e16832bb64263eb9499348d765edec

Олесь Бандера — это родной брат Степана Бандеры, доктор общественно-политических наук. Нацисты своеобразно «отблагодарили» своих помощников: когда «очищение» Украины — будущего рейхскомиссариата — от евреев руками украинцев было закончено, лидеры украинских националистов, напрасно мечтавшие о независимом государстве, отправились в концлагеря. Оба брата Степана Бандеры были замучены в Освенциме. Интересно, вспоминают ли об этом факте нынешние украинские неонацисты?

Львовское гетто по величине было третьим, после Варшавского и Лодзинского гетто. Гетто было организовано осенью 1941 года, и к началу 1942 года там насчитывалось более 100 000 евреев. К моменту освобождения Львова силами Красной армии из этих людей выжило 300 человек — остальные были либо отправлены в концлагеря, либо убиты на месте.

Хеменгуэй

Украина = Уркаина?

Хочется спеть что нить хорошее. По ушам пройтись. Помянуть матом неполживых, которые так все прямо испереживались за изувеченную русским солдатом-насильником Украину. Но нельзя смеяться. Пока в застенках нацистского СБУ Украины содержатся политические заключенные Павел Губарев из Донецка, Александр Харитонов из Луганска, Антон Давидченко из Одессы, мне смеяться не хочется. Кстати, Павла Губарева, народного губернатора Донецка, в СИЗО СБУ избили до такой степени что он впал в кому. Но конечно, неполживым он без надобности, он же не Магницкий.

http://antifashist.com/latest-news/23557-srochno-pave
СССР

Местная корреспонденция

В США Верховный Суд принял решение по которому американская полиция может проводить в домах обыски без разрешения суда.

Первый обыск прошёл как-бы под благовидным предлогом в доме некого члена организованной преступной группировки. Зато теперь, после того как решение уже принято, можно обыскивать дома всех подряд. Почту то ведь читают - можно и в ящички с нижним бельём залезть.

Формальным разрешением на несанкционированный обыск может стать согласие на это данное "любым" находящемся в здании человеком. То есть один мент может залезть в окно и потом дать согласие второму менту на проведение обыска. Мнение хозяина дачи уже не спрашивают.

Свобода, демократия, правовое государство - смотрите за руками дилерами при раздаче этих карт из колоды.
СССР

Adios, comandante! (автор: Борис Кагарлицкий)

Уго Чавес оставил неизгладимый след в истории Латинской Америки

Уго Чавес оставил неизгладимый след в истории Латинской Америки

Организаторы встречи ждали президента в фойе Института философии. Как и положено гостю из Латинской Америки, он опаздывал, хотя и не критически, и трудно сказать, было ли это данью традициям экзотического континента или куда более фатальным следствием московских пробок. Появившись в дверях, он сделал несколько шагов в нашу сторону, но затем резко повернул и пошел общаться с гардеробщицей. Вопрос об уровне её зарплаты и продолжительности её рабочего дня явно интересовал его гораздо больше, чем наши формальные приветствия и рукопожатия. Красивая речь, заготовленная мною на испанском языке, оказывалась в данной ситуации явно неуместной. Я сказал: «Hola, comandante».

На смерть Уго Чавеса либеральная публика в российском интернете отреагировала всплеском нескрываемой и пошлой радости. Про лидера Венесуэлы они ничего не знают, и ничего не хотят знать, кроме того, что он был «диктатором». Невежества и предрассудков в этих суждениях даже больше, чем злобы: именно в годы правления Чавеса страна получила самую демократическую в своей истории конституцию, которая, сколь ни удивительным это может показаться российскому читателю, неукоснительно соблюдалась. Дело не только в том, что  большая часть телевизионных каналов и все крупнейшие газеты принадлежали оппозиции и беспрепятственно вели ежедневную, агрессивную кампанию против правительства, даже не в том, что политические партии, организованные врагами президента действовали вполне свободно, и даже не в том, что все выборы, проводившиеся в Венесуэле, были западными наблюдателями признаны безупречно честными, а при подсчете голосов практиковалось специальное дублирование, технически исключающее возможность фальсификации (чего нет даже в США и европейских странах). Показателем качества демократических процедур в Венесуэле было то, что противники действующей власти регулярно выигрывали выборы то в одной, то в другой провинции, включая и столицу страны (оказываясь под властью оппозиционеров, мэрия сразу же начинала чинить препятствия сторонникам президента). Именно поэтому в Венесуэле никто и никогда не пытался устроить что-либо подобное «цветной революции», ссылаясь на неправильный подсчет голосов — либеральным политикам каждый раз не оставалось ничего иного, кроме как признать свою неудачу и поздравить победителя.

Даже противники Чавеса признавали, что в Венесуэле за годы его правления сложилось развитое и жизнеспособное гражданское общество, критически настроенное по отношению к руководству республики. Но от этого ненависть к президенту и его политике отнюдь не становилась меньшей, ведь он совершил преступление куда большее, чем если бы разогнал и расстрелял законно избранный парламент, подтасовал результаты референдума или разворовал казну. Все эти мелкие проступки легко сходили с рук любимцам демократической публики, таким как наш Ельцин или перуанский Фухимори, не говоря уже о кумире московской либеральной интеллигенции, генерале Пиночете. Нет, Чавес совершил преступление куда более страшное — он начал перераспределять ресурсы государства в пользу беднейших слоев населения.

Делалось это не самым эффективным образом, а структурные реформы в Венесуэле не столько проводились, сколько декларировались. Власть систематически оказывала помощь бедным, но сделала очень мало, чтобы искоренить бедность. Нефтяные доходы пошли на бесплатные завтраки в школах, на раздачу пищи нуждающимся, на бесплатное медицинское обслуживание. После появления в республике кубинских стоматологов, девушки по всему Каракасу сверкали брекетами — теперь голливудскую улыбку можно было обеспечить себе за счет государства. Были и программы более серьезные, вроде мини-кредита для фермеров в отдаленных провинциях и борьбы с неграмотностью. Создавались новые школы и университеты, открывавшие свои двери для представителей социальных низов. Но с жилищным строительством дела шли неважно, государственный сектор в промышленности почти не развивался, реорганизация национальной нефтяной компании не привела к ожидаемому росту производства, хотя деньги, которые раньше разворовывались менеджерами этой госкорпорации, начали, наконец, поступать в казну.

Власть выступала в роли благодетеля и народного заступника, но отнюдь не выразителя коллективной и демократически сформулированной воли самих масс. Стремление всё делать сверху вело к бюрократизации, низкой эффективности принимаемых решений, а затем и к нарастающим конфликтам между правительством и социальными движениями. Поддержав создание новых свободных профсоюзов, Чавес сам же обрушился на них с обвинениями в контрреволюционности и саботаже, как только рабочие начали критиковать его политику.

Увы, приходится констатировать, что команданте, будучи крайне терпим к своим врагам, оказывался крайне нетерпим и даже агрессивен всякий раз, когда обнаруживал инакомыслие в собственном лагере. Организаторы государственного переворота, чуть не стоившего ему жизни, отделались символическими наказаниями. А политические активисты, критиковавшие те или иные аспекты политики президента, безжалостно изгонялись из правящей партии, увольнялись с работы в государственных учреждениях, лишались своих постов в правительстве. Не удивительно, что с течением времени многие бывшие сторонники президента перешли в лагерь оппозиции. Так было в некотором смысле комфортнее и спокойнее.

Несмотря на ошибки, которые власть совершала буквально на каждом шагу, команданте Чавес оставался героем для венесуэльской бедноты. Он не был её вождем, а выступал скорее в роли супер-героя, справедливого защитника и, порой, наставника. Не случайно в одной из сельских коммун я видел наклейку с изображением Бэтмана, прилепленную рядом с портретом президента и простенькой иконой.

На Рождество он появлялся перед телекамерами в облике Санта-Клауса. Его телевизионное шоу было крайне популярно — в какой ещё стране президент будет разговаривать с народом на бытовые темы? Его любили слушать. Но Чавес не был выдающимся оратором. Говорил он много и долго, но ничуть не красноречиво. Он не произносил речи, а болтал, балагурил, рассказывал новости, описывал заграничные поездки, рассуждал о жизни, обсуждал свежие впечатления и прочитанные книги. Жаловался на русский мороз и хохмил по поводу депрессивного характера аргентинцев, пересказывал идеи Троцкого и обсуждал компьютерные программы… Остановить его было невозможно. Обожая общаться с людьми, он совершенно не умел их слушать.

Интеллектуалов и политических активистов это изрядно раздражало. В конце концов, эти постоянные словоизвержения мешали людям работать. Но для масс венесуэльцев именно недостатки личности президента оборачивались неожиданным достоинством — он был порой нелеп, некомпетентен, прозаичен, но тем самым доказывал, что остается «своим парнем», таким же как все. Дистанция между президентом и массами стиралась.

Но одно дело личность президента, иное дело — политика. Растущая бюрократия доставала всех. Добившись серьезных успехов в социальной политике на первом этапе президентства (уровень бедности в стране заметно снизился), Чавес уже не мог продемонстрировать аналогичные достижения в последующие годы. И если на первых порах популярность команданте компенсировала претензии к громоздкому поглощенному внутренними интригами государственному аппарату, то под конец бездарность чиновников стала отражаться на снижающейся репутации президента. Гоня от себя критически мыслящих сторонников, лидер Венесуэлы всё больше становился заложником именно этих аппаратчиков, которым не нужно было ничего кроме престижных должностей и карьерного роста. И если завтра в Каракасе власть сменится, эти люди не только останутся на своих местах, но и превратятся в опору нового режима.

Нарастающий кризис венесуэльской революции привел к тому, что личный авторитет её лидера превращался в главную гарантию необратимости проводимых перемен. Это в свою очередь подтолкнуло Чавеса принять роковое решение о пересмотре той самой «боливарианской конституции», которой он сам так гордился. Конституция ограничивала пребывание президента на своем посту двумя сроками. Но пересмотру подлежал целый ряд статей, оказавшихся неудобными для государственного аппарата. Венесуэльцы оказались верны первоначальным идеям Чавеса больше, чем сам команданте. На референдуме они отвергли пересмотр Основного закона — это было его первое поражение у избирательных урн.

Признав результаты референдума, Чавес, однако, не отказался от продления полномочий. Повторный референдум, на который был поставлен исключительно вопрос о праве президента на третий срок, оказался успешным. Но силы и здоровье венесуэльского лидера были уже подорваны. Он упустил возможность красиво уйти и превратил свою болезнь в проблему государственной политики. Вместо третьего срока в президентском дворце, лидера революции ждала больничная койка. Он умер, так и не успев принести очередную присягу в качестве президента республики.

Будущее Венесуэлы теперь в руках сотрудников политического аппарата, привыкших скрываться за спиной лидеров. Двусмысленность конституционной ситуации очевидна и права вице-президента Николаса Мадуро будут оспариваться. Но вряд ли Венесуэла повернет назад. Ведь успех Чавеса предопределен был не только уникальными особенностями его личности, но и тем, что — хорошо или плохо — он пытался дать ответ на запрос, сформулированный народными массами. Эти массы в 2002 году сорвали государственный переворот, не дав олигархии отстранить от власти избранного их голосами полковника Чавеса. Эти массы снова и снова поддерживали его своими голосами на выборах. И хотя они так и не стали самостоятельной, организованной снизу силой, они вряд ли допустят к власти тех, кто попытается отнять у них завоевания революционного десятилетия.

А нам, наблюдающим события в Латинской Америке из нашего холодного далека, предстоит собственный путь, в ходе которого уроки венесуэльской революции — позитивные и негативные — помогут нам в принятии собственных решений.

Прощайте, команданте, мы никогда не забудем вас!

Оригинал: http://rabkor.ru/opinion/2013/03/06/adios-comandante

Леф

ОЧЕНЬ СУМБУРНО И СЫРО. ЖДУ РАЦИОНАЛЬНЫХ ЗАМЕЧАНИЙ И КОММЕНТАРИЕВ.

Вот, написал краткую программу реформ, которую смогла бы предложить обществу и Государству оппозиция, если бы хотела чего-то предложить обществу а не просто фрондировать нелюбовью к Путину и "ПЖиВ" ЕдРо. И так, читайте, комментируйте:

Краткая программа

1.Аппарат правительства

Первое чего должна добиваться ответственная оппозиция это не удаления Путина с политической сцены, это кардинальное изменение состава правительства. Многие видные оппозиционные лидеры путают причину и следствие. Как учил великий экономист, автор теории прибавочной стоимости, Карл Маркс, политика есть сублимированное выражение экономики, иначе говоря экономика это базис общественных отношений а политика лишь физическое её воплощение. Следовательно изменив экономические связи и удалив отдельные персоналии мы сможем добиться изменения в поведении людей и возможно покончить с коррупцией в высшем эшелоне власти и в бюрократическом аппарате государства.

1.1.Изменение экономической модели

Предлагаю привлечь к работе над этим в ранге Первого вице-премьера Хазина М.Л. с контрактом личной ответственности за работу экономического блока Правительства РФ. Данная персоналия имеющая глубокие патриотические убеждения и при этом являясь достаточно прагматичной позволит Правительству с легкостью выполнить задачу по очистке аппарата правительства, министерств, ведомств, ЦБ РФ и, что в особенности важно, Администрации Президента РФ, от персоналий пришедших туда при помощи экономистов-либералов и непосредственно Е.Т.Гайдара, имеющих стойкие либеральные убеждения и не желающих видеть Россию ничем иным кроме как экономической колонии США. Это касается прежде всего Министерства Финансов, ЦБ РФ, Администрации Президента РФ, представителей России в МВФ и Всемирном Банке.

1.2.Немаловажен выбор Премьер-министра, способного провести патриотические реформы при этом не повредив демократическим процессам в государстве. Считаю что в данный исторический момент такой персоной смог бы стать Л.Г. Ивашов, Президент Академии геополитических проблем, доктор исторических наук, генерал-полковник в отставке. В настоящий исторический момент России необходим Премьер-министр  с образованием такого качества и подготовкой такого уровня, способный выполнить поставленную задачу сохранив русскую демократию и плюрализм мнений в СМИ и при этом очистить авгиевы конюшни российского политического и криминального госуправления.

2.Выборы, партии

Необходимо отказаться полностью от выборов по партийным спискам, сосредоточившись целиком и полностью на выборах отдельных персон в  государственную думу. При этом необходимо обзавестись системой общественного контроля над деятельностью депутатов, который сейчас полностью отсутствует. Механизм такого контроля можно позаимствовать у СССР, где существовала система «Комитет партийного контроля» с отделениями в областях, краях и республиках, куда мог придти каждый гражданин и написать жалобу на депутата, после чего «Комитет» обязан был на неё отреагировать и в соответствии с процедурой по факту выявленных нарушений предложить отозвать мандат депутат. Кроме того, у избирателей по округу должно быть право объединиться в организацию для отзыва депутат при условии сбора подписей от 2/3 человек принявших участие в голосовании по округу. Отдельно следует освятить вопрос формирования верхней палаты Государственной думы (Сената) куда представителей от отдельных областей следует избирать в соответствии с имущественным цензом и при условии рождения в данной области.

3.Национальный вопрос

Мы все граждане России – русские, мордва, татары, ненцы, и т.д. Россия должна отказаться от лживого курса на самоопределение народов в рамках федерации и сменить федеративное устройство на республиканское. Государство превратившись в единый плавильный котел, позволит жителям регионов, традиционно говорящих на местных языках и диалектах изучать их наравне с русским языком в школах, а местные органы власти за счет налогов поддерживать традиционный образ жизни и национальный колорит в рамках существующего законодательства общего для всех. Русский это не белокожий  голубоглазый националист, это гражданин России, патриот любящий свою родину, думающий и говорящий на русском языке, уважающий законы и традиционные ценности. Только создав плавильный котел всеобщей ассимиляции мы сможем удержать государство от развала и покончить с произволом диаспор и этническими преступными группировками.

Примечательно, что не выполнив начертанные мной выше пункты не имеет смысла переходить к написанию и выполнению прочих пунктов глобального реформирования российской политической системы.

С уважением,
Игорь

Хеменгуэй

500 секунд правды об Украине: Мифы 1 - 10.

Леф

И ещё раз об либерализме.

"Неуважение к предкам есть первый признак безнравственности. В этом смысле либеральная молодёжь ничего, кроме социального идиотизма, обществу не несёт:
Либерализм — бездумная уверенность “элитарного” люмпена в том, что если всем таким либералам дать право болтать что угодно (угодно и угодничество перед кем-либо — однокоренные слова), то общество будет благоденствовать немедленно после того, как либералы возьмут государственную власть в свои руки. Либерализм проистекает из «элитарного» безответственного дилетантизма в вопросах социологии и отождествления индивидуалистом-либералом своих мечтаний с жизненными идеалами всего народа.
Он сочетается с крайней агрессивностью и презрением по отношению к неразделяющим либерального образа мыслей. Все нелибералы в глазах “мыслящего” либерала — ретрограды, холуи, жандармы, чернь и в общем — “отечественное болото, самодовольнейшая грязь” («Вандея» Е.Гангнус-Евтушенко).
Несостоятельность либерализма в России (СССР) продемонстрировали П.Я.Чаадаев и декабристы, временные правительства 1917 г. а также говорливые, но управленчески безграмотные Советы и их исполнительные органы всех уровней и демократизаторы."
(c) Юрий Романенко

Дополнение:

Религиозные корни либерализма

Израэль Шамир. Доклад на конференции «Религия в современной системе международных отношений: либерализм и традиционное сознание», факультет международных отношений, СПбГУ, 24 ноября 2006

Общепринято считать современный либерализм нерелигиозным, если и не антирелигиозным направлением мысли. Либерализм уклоняется даже от самоопределения как идеология. Если вы спросите либерала, он скажет, что он против господства любой идеологии, господства любой религии. И действительно, бывали и такие либералы, но мы будем говорить лишь о сегодняшнем либерализме, ставшем идеологической доминантой в Соединенных Штатах, и играющем огромную роль в Европе и в пост-советской России. В нашем анализе либерализма мы будем опираться на некоторые идеи покойного немецкого мыслителя Карла Шмитта.

После покорения Германии в 1945 году Карл Шмитт провел некоторое время в советской и в американской зонах оккупации, которые потом стали ГДР и ФРГ. Уже тогда Шмитт заметил, что американский либерализм – это воинствующая идеология, менее склонная к компромиссам, нежели советский коммунизм. Так, американцы потребовали от него доказать свою веру в либеральную демократию, русские не требовали клятвы на «Коммунистическом манифесте». Этот личный опыт привел Шмитта к выводу, что новый американский либерализм (в дальнейшем просто либерализм) это не «отсутствие идеологии», но идеология, и более опасная, чем коммунизм (который он крайне не любил). Заметим в скобках, что Шмитт приветствовал «холодную войну» потому видел в СССР силу, сдерживающую американский идеологический натиск.

Понимание идеологичности агрессивного либерализма победило в научных кругах лишь в последние годы, не без помощи американских войн во Вьетнаме, Ираке, Афганистане. Либерализм стал четкой и оформленной идеологией, требующей повсеместно выполнения одних и тех же установок. Эти установки можно воспринимать оптимистически или пессимистически: так едок и устрица по-разному встречают лимон и шабли. Многое зависит от того, вы едите, или вас едят.

· Права человека, ИЛИ отрицание прав коллектива.
· Защита меньшинств, ИЛИ, отрицание прав большинства.
· Частная собственность на СМИ, ИЛИ исключительное право капитала на формирование общественного мнения.
· Защита женщин и гомосексуальных отношений – ИЛИ ликвидация семьи.
· Антирасизм – ИЛИ отрицание предпочтительных прав коренного населения.
· Пропаганда экономической самостоятельности, ИЛИ запрет на социальную взаимопомощь.
· Отделение церкви от государства ИЛИ свобода антихристианской пропаганды, и запрет христианской миссии в общественной сфере.
· Выборная форма правления («демократия»), ограниченная согласием народа и властей с доминирующим дискурсом.

Карлу Шмидту принадлежит и еще одна важная мысль: каждая идеология является скрытой религиозной доктриной. В его словах: «all of the most pregnant concepts of modern doctrine are secularized theological concepts». Важнейшие концепции современной идеологии есть секуляризованные теологические концепции. И действительно, в русском коммунизме ощущается секуляризованное православие: от Христа, идущего перед дюжиной матросов в поэме Блока до лозунга хрущевских времен «Человек человеку – друг, товарищ и брат» православная христианская идея соборности доминировала.

Какова же религиозная подоплека нового либерализма? Тут взгляды ученых и теологов разделились. Одни, вслед за Вебером, видят в либерализме развитие протестантизма. Другие замечают сильный антирелигиозный запал либералов и видят в нем ту или иную форму сатанизма. Третьи отрицают сатанизм, или определяют его, как отсутствие Бога. Мой пастырь Феодосий Севастийский заметил, вслед за Аверинцевым, что новый либерализм старается стереть все следы Божьего Присутствия, уничтожить любое напоминание о Христе. Покойный Александр Панарин считал его формой язычества, мифом о Потребителях и Товарах вне общества.

Продолжение: http://www.israelshamir.net/ru/ruart132.htm
Для "особо одаренных" информация об авторе статьи: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D8%E0%EC%E8%F0,_%C8%F1%F0%E0%FD%EB%FC