Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

СССР

Львовский погром как зеркало украинского национализма

Заявления украинских дипломатов, что Организация украинских националистов ОУН-УПА была несправедливо осуждена на Нюрнбергском процессе, вызвали в мире шок. «Историческая правда» рассказывает о самом известном «подвиге» бандеровцев – о Львовском погроме, когда украинские националисты помогали нацистам «очищать» Украину от евреев.

Немцы вошли в Львов утром 30 июня 1941 года. Украинские националисты — фракция Бандеры в ОУН, находившиеся в подполье, тотчас же создали в городе свои органы власти и «украинскую народную милицию». Главой украинского правительства был Ярослав Стецько, который еще весной 1939-го он опубликовал статью в газете «Новый путь», высказав свою позицию относительно евреев. Стецько настаивал, что евреи — «шкурники, материалисты, эгоисты», «народ без героики жизни, без величественной идеи». Евреев интересовала лишь «личная нажива», они получали «наслаждение в успокоения низких инстинктов», и хотели «разложить героическую культуру народов-борцов». Зато украинцы, по словам Стецько, «первыми в Европе поняли разложенческую работу еврейства», и в результате отмежевались от евреев века назад, таким образом сохраняя «чистоту своей духовости и культуры».

«Москва и жидовство — самые большие враги Украины,- утверждал Стецко в своей автобиографии, написанной для немцев. — Настаиваю на уничтожении жидов и целесообразности перенести на Украину немецких методов экстерминации еврейства, исключая их ассимиляцию».

Именно Стецько 30 июня 1941 г. зачитал акт провозглашения государственности, который украинские националисты называют Актом восстановления Украинского Государства: «Восстановленное Соборное Украинское Государство будет тесно сотрудничать с Национал-социалистической Велико-Германией, которая под руководством Адольфа Гитлера создает новый порядок в Европе и мире и помогает украинскому народу освободиться из-под московской оккупации. Да здравствует Организация Украинских националистов, пусть живет Проводник ОУН Степан Бандера !»

И в тот же день начался трёхдневный еврейский погром с 30 июня по 2 июля, который был организован бандеровской «милицией» при попустительстве и подстрекательстве немцев.

Формальным поводом к погрому стали расстрелы заключённых в тюрьмах Львова, которые НКВД провело при отступлении Красной армии. Немцы заставляли евреев извлекать трупы и выставляли тела для общественного осмотра. Родственники заключенных искали между трупов своих родных. Немецкая пропаганда заявляла, что погром – это акт «священной мести» украинцам «жидобольшевикам». В итоге бандеровцы убили около 4 000 евреев.

Во вторник 1 июля Львов стал свидетелем первого акта погрома. В тот день насилие приобрело формы ритуала: евреев — мужчин и женщин — выгоняли убирать улицы, заставляя выполнять действия, которые связывали их с коммунизмом. Как заметил один из выживших: «Это было очень унизительное ощущение — доктора и профессора чистили улицы с лопатами в руках …»

По воспоминаниям одной девочки, ее соседку заставили взять свою зубную щетку и чистить ею улицу. Также заставили евреев убирать конский навоз шляпами. Судя по фотографиям, украинцев во Львове развлекало, как евреи чистят улицы.

Вот еврейские мужчины и женщины чистят улицу возле Оперы. Двое мужчин управляют процессом, пока зрители в толпе наслаждаются зрелищем.

Профессор Университета Альберты из Канады историк Джон-Пол Химки, написавший научную работу о Львовском погроме, приводит свидетельства выживших евреев: «Никто не пытался помочь, — вспоминает Тамара Браницкая. — Наоборот, толпа словно получала несказанное удовольствие от всего этого».

Лешек Аллерганд рассказывал, как десятки людей проползли на коленях три километра в тюрьму на Бригидках, и все это время их топтали и били.

Леопольд Иваньер, переживший погром, узнал некоторых милиционеров: «Это были те же украинцы, служившие в советской милиции. Они заменили звезды на своих фуражках трезубцами. Мы знали, потому что они патрулировали в нашем районе».

«Один украинец особенно врезался в память Левина, — писал историк Джон-Пол Химки. — Элегантно одетый в красивую вышиванку, он бил евреев железной палкой. С каждым ударом в воздух взлетали куски кожи, иногда — ухо или глаз».

Львовский погром был подробно задокументирован — в город из Берлина прибыла группа фотографов и кинооператоров, снимавших для Министерства пропаганды Третьего рейха, ведь этот материал в дальнейшем планировалось использовать в качестве агитационного материала для восточных территорий рейха. Также отличились стрелки 1-ой дивизии горных егерей «Эдельвейс», солдаты которой делавшие фото себе на память.

Над еврейскими женщинами издевались не только зрелые мужчины, но подростки и даже дети. Мария Гесиола вспоминает, как она и ее тетя пытались договориться с украинцами, пришедшими в к их квартиры. Мальчик девяти лет вышел вперед и решил дело, сказав дяде: «Пойдем, старый жид». Конечно, некоторые из детей присоединились к погрому в поисках приключений, а все остальные — это юные солдаты национальной революции. На Западной Украине подростками-обидчиками прежде всего стала молодежь, связанная с бандеровским движением.

Одной из характерных особенностей погрома было унижение еврейских женщин. Подобные прецеденты уже случались во время погромов в оккупированной нацистами Польше. В декабре 1939-го в Кракове насильно раздевали евреек — и многие члены ОУН (особенно те, которые вскоре стали костяком бандеровского движения) были в Кракове в то время, пережидая советскую оккупацию Западной Украины.

Во Львове 1941-го женщин пинали, били в лицо и другие части тела палками и подручными вещами, таскали за волосы, перекидывая от одного погромщика к другому. Многих прилюдно раздевали догола.

Школьная подруга Розы Московиц стала коммунистической активисткой. Толпа схватила ее, отрезала волосы и голую гнала по улицам. Девушка вернулась домой и покончила с собой.

Поляк, который спасал евреев, вспоминает о 12-летней еврейской девочке, которую избили цепью. Беременных били в живот. Участники погромов раздели двадцатилетнюю еврейскую девушку, вонзили в ее влагалище палку и заставили маршировать мимо почты в тюрьму.

Согласно еврейским источником, погром был остановлен немецкими офицерами, хотя обезумевшая толпа требовала продолжения. Как вспоминал один из выживших, толпа на улице Лонницкого успокоилась только после вмешательства офицера гестапо, прокричавшего с упреком в голосе: «Мы же не большевики в конце концов!»

В последующие дни систематические убийства евреев осуществляла немецко-украинская команда «С» при местном гестапо (на фото: группа арестованных евреев). следующий крупный погром во Львове прошел 25–27 июля 1941 года: это была «священная месть» в честь 15-летия убийства Петлюры в Париже Самуилом Шварцбартом; жертвами «дней Петлюры» во Львове пали еще 2 тысячи евреев.

Некоторое нынешние горе-историки в попытках обелить бандеровскую ОУН-УПА утверждают, что в погромах принимали участие не бандеровцы, а какие-то другие украинские националисты. Но сохранившиеся документы опровергают эти лживые домыслы. Вверху — удостоверение члена львовской «милиции». Внизу — справка о составе походных групп ОУН С. Бандеры.

34e16832bb64263eb9499348d765edec

Олесь Бандера — это родной брат Степана Бандеры, доктор общественно-политических наук. Нацисты своеобразно «отблагодарили» своих помощников: когда «очищение» Украины — будущего рейхскомиссариата — от евреев руками украинцев было закончено, лидеры украинских националистов, напрасно мечтавшие о независимом государстве, отправились в концлагеря. Оба брата Степана Бандеры были замучены в Освенциме. Интересно, вспоминают ли об этом факте нынешние украинские неонацисты?

Львовское гетто по величине было третьим, после Варшавского и Лодзинского гетто. Гетто было организовано осенью 1941 года, и к началу 1942 года там насчитывалось более 100 000 евреев. К моменту освобождения Львова силами Красной армии из этих людей выжило 300 человек — остальные были либо отправлены в концлагеря, либо убиты на месте.

СССР

Циники.

Александр Яковлев, вспоминая о своей деятельности, признавался, что на первых порах перестройки он лгал, лицемерил и лукавил ради того, чтобы сломать коммунистическую партию. Однако Яковлев по привычке соврал и в этом «признании». Ибо врать он начал гораздо раньше. По его же собственным словам, во вступительной статье к изданию «Чёрной книги коммунизма», Яковлев говорил уже о начатой им лживой деятельности ещё в 50-х годах: «После XX съезда в сверхузком кругу своих ближайших друзей и единомышленников мы часто обсуждали проблемы демократизации страны и общества». Где он понял, что: «…главное, на чём держался режим, — это номенклатурный аппарат, кадры, люди, деятели. Деятели были разные: толковые, глупые, просто дураки. Но все были циники. Все до одного, и я — в том числе. Прилюдно молились лжекумирам, ритуал был святостью, истинные убеждения — держали при себе». После чего все они решили не давить в себе мерзавца, а напротив – узаконить этого подлеца. «Избрали простой, как кувалда, метод пропаганды «идей» позднего Ленина. <…> Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработали (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину, либерализмом и «нравственным социализмом» — по революционаризму вообще…

Collapse )

01-07-2012 13:12
Гомерушка

Занимательная арифметика для скучающих драконов

Оригинал взят у svengaly в Занимательная арифметика для скучающих драконов

— Мне скучно, бес, — пожаловался дракон.

 

— Заведи блог, — посоветовал бес.

 

***

 

В «Интересах» дракон указал «принцессы» и «золото». Местоположение — «Пещера».

 

В первый же день на него подписались четырнадцать юзеров.

 

— Кто это? — спросил дракон у беса.

 

Оказалось, семь гномов, четыре бухгалтера, два спелеолога и один педофил.

 

— Укажи пол, — прошептал бес.

 

Дракон указал: «мужской». Не успел отнять лап от клавиатуры, как на него подписалось триста сорок юзеров: триста девиц, тридцать принцесс, девять девиц, выдающих себя за принцев, и почему-то один рыцарь.

 

— Я не знаю, о чём с ними разговаривать, — пожаловался дракон. — Может, надо было написать, что я люблю ещё и рыцарей?

 

— Напиши в интересах: «кулинария», — предложил бес.

 

Этим интересом дракон заработал четырёх поварих, но уже на следующий день обнаружил бегство одного бухгалтера, трех гномов и четырнадцати девиц.

 

— Почему?! — взвыл дракон.

 

Потеря была чувствительна. Он переживал убыль так, будто из его груды золота отчерпнули ведром и убежали.

 

— Потому что ты ничего не пишешь, — объяснил бес. — Блоги заводят, чтобы писать в них, читать в них, делиться награбленным и ходить на войнушки.

 

— Как всё сложно, — пробурчал дракон. — Недосуг мне посты писать — реал. Я сегодня как раз собирался украсть девицу.

 

— Укради и напиши об этом.

 

Дождавшись, пока дракон улетит, бес забрался в сеть под его паролем, зашёл к тысячнику Ланселоту и написал: «На последнем турнире ты фехтовал как говно». Потом зашёл к многотысячнику Мерлину и написал: «В последнем сражении ты колдовал как говно». Потом зашёл к Гвиневере и написал: «Видел тебя, пролетая над Камелотом. Срочно худей». Продублировал все записи в блоге.

 

Повалился на кучу золота и стал плевать в потолок.

 

***

 

Девица куксилась и не хотела идти на контакт.

 

— Почеши мне спинку, — сказал дракон.

 

Девица фыркнула и отвернулась.

 

— Свари мне какао, — попросил дракон.

 

— Ещё чего! — буркнула девица, рассматривая ногти.

 

— А у меня блог есть, — робко сказал дракон.

 

Девица оживилась.

 

— Можно посмотреть?

 

Дракон зашёл в блог и протёр глаза. Полтыщи рыцарей, оруженосцев, слуг, землепашцев, принцесс, просто девиц и просто каких-то непонятных созданий подписались, чтобы полюбоваться на растерзание дракона. Тысячник Ланселот, многотысячник Мерлин и королева Гвиневера со всеми своими почитателями стояли лагерем в его блоге.

 

— Ой, как много у тебя комментов! — удивилась девица. — Тебе не нравится Ланселот? По-моему, он душка.

 

— А по-моему, тушка, — мрачно сказал дракон.

 

Зашёл к Ланселоту и написал: «Извини, я не хотел тебя обидеть. Бес попутал. С людьми ты фехтуешь неплохо, может, даже хорошо. Хотя против дракона ты всё равно говно. Извини ещё раз, но это правда».

 

Потом написал Мерлину: «Извини, я не хотел тебя обидеть. Бес попутал. Среди людей ты крутой колдун, хотя против драконьей магии твоя всё равно говно. Извини ещё раз, но это правда».

 

Гвиневере написал: «Не худей. У тебя отличная попа, большая и мягкая. Драконы не собаки, на кости не бросаются».

 

— Вот и извинился, — благостно сказал он девице.

 

***

 

Последующая неделя выдалась напряжённой. Дракон не воровал принцесс, не бился с рыцарями, завалил вход камнем и написал на нём: «Улетел в Турцию». Девице выдал доску и мел: записывать прибыль и убыль читателей. Бес подсказывал ники сбежавших и остроумные реплики в адрес тысячника Ланселота, многотысячника Мерлина и королевы Гвиневеры со всеми их почитателями.

 

К концу недели битва пошла на убыль. Зрители соскучились и начали разбегаться. С Ланселотом дракон помирился, Мерлин поставил его в игнор, Гвиневера встряла в дискуссию о диетах и пропала на восемнадцатом листе.

 

На блог подписались пятьдесят четыре тролля, одиннадцать эльфов и один пикси, практикующий бякинг.

 

Дракон и девица торжествовали.

 

Отдохнув, дракон написал репортаж о похищении девицы. Бес сделал рисунок уносимой в когтях девицы: дракон пышет огнём и машет крыльями, девица визжит, юбки реют по ветру, вид снизу.

 

— Мне не надо худеть! — сказала девица с гордостью.

 

Дракон радостно подсчитывал прибывших читателей. Зато от него отписался ещё один бухгалтер.

 

Дракон занервничал и написал пост про золото.

 

На него подписались несколько гномов, царь Мидас и налоговые службы всех окрестных королевств. Отписалось полдюжины рыцарей-бессребреников.

 

Дракон крякнул и выдал пост про особенности осады замка с воздуха.

 

На дракона подписался один король, туча рыцарей и некто под ником Икар.

 

Целый рой принцесс отписался.

 

Дракон завыл и позвал на помощь девицу. Вдвоём они сваяли пост о тенденциях моды в грядущем сезоне. Подумав, дракон добавил рецепт рыцаря, тушёного в собственных латах.

 

Отписалось несколько духовно богатых дев, один нервный рыцарь и сорок человек, внезапно оказавшихся вегетарианцами.

 

— А ты их прокляни, — посоветовал бес и заткнул пасть кисточкой хвоста, чтобы не рассмеяться вслух.

 

Дракон крякнул и записался в сообщества «Проклинаем вместе» (модератор Моргана) и «Вуду буду» (модератор Суббота).

 

Пост с грамотным, развёрнутым проклятием отписавшимся (до седьмого колена) вышел в топ. На дракона подписалось множество ведьм, тринадцать некромантов и сообщество «Великий Инквизитор» (модераторы Шпренгер и Инститорис). Отписалось сорок девять юзеров, все по разным мотивам.

 

Дракон перестал есть и осунулся. По ночам он плакал и звал маму: ему снились толпы незнакомых юзеров, которые подписывались на него и тут же отписывались, заливаясь сатанинским хохотом. Девица гладила его по голове и поила молоком.

 

На седьмую ночь она нашла в груде золота ножницы и перерезала кабель. Вайфая в пещере не было.

 

***

 

Без блогов дракон ожил, поздоровел, занялся силовыми упражнениями — таскал овец и принцесс, сносил свою девицу в Турцию, и всё было хорошо, если бы не… 

 

— Мне скучно, бес, — пожаловался дракон.

 

 — Гм. — Бес задумался. — А ты не пробовал поучаствовать в литературном конкурсе?


Супераватар

Уильям Ф. Энгдаль "Столетие войны: англо-американская нефтяная политика и Новый Мировой Порядок"

Решил сегодня опубликовать главу 6 из книги Вилли Энгдаля "Столетие войны: англо-американская нефтяная политика и Новый Мировой Порядок". Если Вам, мои уважаемые френды будет интересно - продолжу публикацию. Пишите мнения в комменты.

Детердинг, Монтегю Норман и Шахт: "Проект Гитлер"
Фрагмент главы 6 из книги Уильяма Ф.Энгдаля "Столетие войны: англо-американская нефтяная политика и Новый Мировой Порядок"

В 1929 году нестабильному международному финансовому порядку, установленному лондонскими и нью-йоркскими банкирами в побежденной Центральной Европе после Версаля, пришел внезапный (и вполне предсказуемый) конец. Монтегю Норман, бывший на тот момент влиятельнейшим руководителем национального банка в мире, занимая должность управляющего «Английского банка», ускорил крах биржевого рынка Уолл-Стрита в октябре 1929 года. Норман предложил управляющему нью-йоркского «Федерального Резервного банка» Джорджу Гаррисону повысить учетные ставки в США. Гаррисон согласился, и в последующие несколько месяцев произошел грандиознейший финансовый и экономический коллапс в истории США.

К началу 1931 года у Монтегю Нормана и небольшого кружка британского истеблишмента возник план весьма неожиданного изменения политической динамики Центральной Европы.

В то время крупнейшим банковским учреждением Австрии был венский «Винер Кредитанштальт». Тесно связанный с австрийской ветвью семейства Ротшильдов, в 1920-е годы «Винер Кредитанштальт» разросся за счет недружественного поглощения более мелких банков, испытывавших затруднения. Самое значительное из этих слияний было навязано «Винер Кредитанштальту» во время краха фондового рынка в октябре 1929 года, когда власти Австрии настояли на том, чтобы банк слился с венским «Боденкредитанштальтом» - ипотечным банком, который и сам поглотил за последние несколько лет целый ряд разорившихся банков.

В начале 1931 года «Винер Кредитанштальт» казался одним из самых мощных банков в мире. На деле он был сильно ослаблен. Драконовские условия Версаля, установленные Великобританией, Францией и США, привели к разделению Австро-Венгерской Империи, лишив экономику Австрии ценных экономических связей и сырьевых ресурсов Венгрии и Восточной Европы. Промышленная экономика Австрии так и не сумела оправиться от разрушительных последствий Первой мировой войны. В распоряжении промышленных предприятий оставались лишь изношенные производства, устаревшее оборудование и огромные безвозвратные долги по кредитам военного времени. Вследствие политической обстановки, сложившейся в Австрии в 1920-х гг., значительная часть обанкротившейся австрийской промышленности перешла в руки все разраставшегося «Винер Кредитанштальта».

Таким образом, к началу 1931 года Австрия в целом и «Винер Кредитанштальт» в частности стали слабым звеном международной цепи кредитования, построенной на нездоровой основе, заложенной нью-йоркским банкирским домом Дж. П. Моргана совместно с управляющим «Английского банка» Норманом и лондонскими банками. «Винер Кредитанштальт» был неспособен сформировать достаточный капитал для деятельности в условиях охваченной депрессией экономики Австрии и попал в серьезную зависимость от краткосрочных кредитов из Лондона и Нью-Йорка. Крупным кредитором «Винер Кредитанштальта» стал даже «Английский банк».

В марте 1931 года французское правительство и министр иностранных дел Бриан заявили о решительном противодействии намечавшимся переговорам между Берлином и Веной о создании Австро-Германского торгового и таможенного союза – запоздалой попытке противостоять разрастающейся всемирной экономической депрессии, перекинувшейся из Америки несколькими месяцами ранее. По некоторым данным, Франция дала указание своим банкам прекратить краткосрочное кредитование «Винер Кредитанштальта», стремясь оказать огромное давление на австрийское правительство. Уже в мае, когда в венской прессе появились слухи о массовом изъятии вкладов из «Винер Кредитанштальта», разразился кредитный кризис, потрясший всю Европу. Национальный банк Австрии и, в конечном итоге, само австрийское государство в условиях крупнейшего за всю историю банкротства банка были вынуждены прийти на помощь «Винер Кредитанштальту». Последовавшее расследование показало, что кризис на должен был достигать столь впечатляющих масштабов. Однако такой исход был запланирован некими могущественными лондонскими и нью-йоркскими финансистами, готовившими европейскую геополитику к резкому повороту. (12)

К концу 1920-х годов влиятельные круги Великобритании и США приняли решение поддержать курс на радикализацию Германии.

Банкиры Дж. П. Моргана уже имели возможность убедиться в пользе радикальных политических решений для обеспечения возврата банковских кредитов, предоставив важнейший иностранный кредит фашистскому режиму Италии во главе с Бенито Муссолини. В ноябре 1925 года итальянский министр финансов Вольпи ди Мизурата объявил, что итальянское правительство достигло соглашения о возврате Великобритании и США версальских военных долгов Италии. Спустя неделю «Дж. П. Морган и Ко.», финансовые агенты правительства Муссолини в США, объявили о предоставлении Италии важного займа в 100 миллионов долларов «на стабилизацию лиры».

На деле же Морган решил стабилизировать фашистский режим Муссолини. По настоянию «Дж. П. Морган и Ко.» и могущественного главы «Английского банка» Монтегю Нормана, Вольпи ди Мизурата в 1926 году основал единый центральный банк Италии, «Итальянский банк», для контроля над кредитно-денежной политикой страны и дополнительного обеспечения выплаты внешнего долга. Муссолини был идеальной сильной фигурой для обуздания итальянских профсоюзов, снижения заработной платы и принятия строгих мер, чтобы гарантировать возврат иностранных кредитов. Во всяком случае, так считали люди Моргана в Нью-Йорке.

Человек, контролировавший в то время кредитно-денежную политику США, бывший моргановский банкир Бенджамин Стронг, близкий друг и сотрудник Монтегю Нормана, встретился с Вольпи и управляющим Итальянского банка Бональдо Стрингером для окончательного уточнения программы «стабилизации» Италии. От Польши до Румынии на всем протяжении 1920-х гг. одни и те же люди — «Дж. П. Морган и Ко.», Монтегю Норман и нью-йоркский «Федеральный Резервный банк» — успешно устанавливали экономический контроль над большинством стран континентальной Европы под предлогом внедрения «кредитоспособной» национальной политики, неофициально сыграв роль, отведенную в 1980-х годах Международному Валютному Фонду. Банки Нью-Йорка стали источником краткосрочного кредитования этой политики, а «Английский банк» совместно с влиятельными кругами британского МИДа делился своим политическим опытом. (13)

Наиболее согласованными были действия англо-саксонского «кружка» в Германии 1920-х гг. После успешного продвижения Ялмара Шахта на должность президента «Рейхсбанка» в 1923 году и внедрения Шахтом драконовского плана Дауэса по выплате репараций, подготовленного в «Морган и Ко», немецкая экономика подпала под зависимость от краткосрочных кредитов лондонских и нью-йоркских банков, а также их парижских партнеров. Для банков краткосрочное кредитование Германии было наиболее прибыльных делом на мировых финансовых рынках того времени. Для многих банков Германии, в том числе и для четвертого по величине «Дармштэдтер унд Националбанк Коммандит-Гезельшафт» («Данат»), зависимость от краткосрочных заимствований из Нью-Йорка и Лондона была очень сильна, а проценты по этим кредитам были прямо-таки грабительскими. Веймарская гиперинфляция в начале десятилетия уничтожила большую часть капитала и резервов крупных немецких банков. Таким образом, расширение кредитования в конце 1920-х гг. осуществлялось немецкими банками на фоне низкого уровня собственных средств, представлявшего угрозу в случае невыплаты займа или иного кризиса. К моменту краха Нью-Йоркской биржи 1929-1930 годов Германия занимала уникальное положение среди крупных промышленных стран Европы. Ее долг иностранным банкам по краткосрочным кредитам составлял около 16 миллиардов рейхсмарок.

Чтобы полностью опрокинуть нездоровую банковскую систему, достаточно было легкого толчка. Толчок последовал со стороны «Федерального Резервного банка» и «Английского банка», которые в 1929 году последовательно повысили процентные ставки после двух лет беспрецедентной биржевой спекуляции на снижение процентных ставок. Вполне предсказуемый крах нью-йоркской фондовой биржи и лондонского рынка привел к массовому выводу американского и британского банковского капитала из Германии и Австрии. К 13 мая 1931 года спичка уже была поднесена к бочке с порохом.

В этот день рухнул крупный банк «Винер Кредитанштальт». Французы решили «наказать» Австрию за ведение переговоров о таможенном союзе с Германией, введя валютные санкции. «Винер Кредитанштальт» принадлежал семейству Ротшильдов и был тесно связан с французским банковским миром. Вывод французских капиталов из Австрии опрокинул хрупкий «Винер Кредитанштальт», обладавший крупными долями в 70% промышленных предприятий Австрии. Пытаясь остановить изъятие вкладов из «Кредитанштальта», австрийские банки затребовали все средства, вложенные ими в банки Германии. «Винер Кредитанштальт» стал тем слабым звеном, с которого началась волна банковских крахов по всей центральной Европе.

Наступивший банковский кризис, экономическая депрессия и дальнейшее трагическое развитие событий в Австрии и Германии были практически полностью инспирированы Монтегю Норманом из «Английского банка», Джорджем Гаррисоном из «Федерального Резервного банка», а также банкирским домом Моргана и их друзьями с Уолл-Стрит. Было принято решение прекратить кредитование Германии – притом, что даже минимальная пролонгация кредитов на небольшие суммы вполне могла бы предотвратить неконтролируемый кризис еще на раннем этапе.

Вместо этого отток капиталов из Германии продолжал расти. По требованию Монтегю Нормана и Джорджа Гаррисона новый президент «Рейхсбанка» Ханс Лютер покорно воздержался от каких-либо действий для предотвращения коллапса крупных немецких банков. За крахом «Кредитанштальта» в Вене тут же последовало банкротство связанного с ним немецкого «Данат-Банка». «Данат-Банк», сильно зависевший от иностранных кредитов, в течение мая месяца потерял вкладов на сумму почти 100 миллионов рейхсмарок. На следующий месяц потери «Даната» составили 848 миллионов рейхсмарок – 40% всех вкладов в этом банке, в то время как «Дрезднер Банк» потерял 10%. Даже «Дойче Банк» лишился 8% вкладов. К концу июня принадлежавший Моргану банк «Банкерз Траст» прекратил кредитование «Дойче Банка».

Управляющий нью-йоркского «Федерального Резервного банка» Джордж Гаррисон потребовал от главы «Рейхсбанка» Ханса Лютера принятия энергичных мер по ограничению кредитования и ужесточению условий на рынке капиталов Германии, утверждая, что только так можно было остановить бегство иностранного капитала. Однако, на деле это гарантировало падение немецкой банковской системы и промышленности в глубочайшую пропасть.

Монтегю Норман поддержал Гаррисона, а вскоре к обвинениям в адрес Германии в том, что она спровоцировала кризис, присоединился и управляющий «Французского банка». В результате отчаянные попытки правительства Брюнинга убедить Ханса Лютера взять экстренный стабилизационный кредит у других центральных банков для сдерживания общегосударственного банковского кризиса главой «Рейхсбанка» были отвергнуты. Когда он наконец сдался и попросил Монтегю Нормана о помощи, тот захлопнул перед ним дверь. Как следствие, в кризисной ситуации Германии больше не у кого было взять кредит.

В июле 1931 года, примерно через два месяца после того, как с падением «Винер Кредитанштальта» началось бегство капитала из Германии, в базельской газете «Националцайтунг» появилось сообщение, что «Данат-Банк» «испытывает трудности». В наэлектризованной обстановке этого оказалось достаточно, чтобы началось паническое изъятие вкладов из банка. Председатель правления банка Гольдшмит позднее обвинил «Рейхсбанк» в избирательной подготовке краха «Данат-Банка» путем введения ограничений на кредиты. В условиях разразившегося банковского кризиса и краха промышленности Германии зима 1931-32 года стала, по некоторым утверждениям, «самой тяжелой зимой века». Сложившаяся ситуация стала питательной средой для радикальных политических течений.

В марте 1930 года, за несколько месяцев до введения англо-американскими банкирами ограничений на кредитование Германии, президент «Рейхсбанка» Ялмар Шахт неожиданно для правительства подал прошение об отставке. Поводом для отставки стал экстренный стабилизационный кредит на 500 миллионов рейхсмарок, предложенный шведским промышленником и финансистом Иваром Крюгером, знаменитым шведским «спичечным королем». Крюгер и его американские банкиры, «Ли Хиггинсон и Ко.», были крупными кредиторами Германии и других стран, которым отказывали в кредитовании банки Лондона и Нью-Йорка. Однако кредит, предложенный Крюгером в начале 1930-х гг., таил в себе взрывоопасные и неприемлемые политические последствия для долгосрочной стратегии друзей Монтегю Нормана. Немецкий министр финансов Рудольф Гильфердинг уговаривал Шахта, который по условиям репарационного плана Дауэса должен был утверждать каждый иностранный кредит, принять предложение Крюгера. Шахт отказался и 6 марта вручил рейхспрезиденту фон Гинденбургу прошение об отставке. У него были и другие дела.

Спустя несколько месяцев, в начале 1932 года, Крюгера нашли мертвым в гостиничном номере в Париже. Официальный протокол вскрытия гласит, что смерть наступила в результате самоубийства, однако тщательное расследование, проведенное шведскими специалистами несколько десятилетий спустя, убедительно показало, что Крюгер был убит. Лица, извлекшие наибольшую выгоду из смерти Крюгера, находились в Лондоне и Нью-Йорке, однако подробности этого дела, по-видимому, были похоронены вместе с Крюгером. С гибелью Крюгера Германия лишилась надежды на спасение. Она была полностью отрезана от международных кредитов.[14]

В свою очередь, Шахт после отставки с поста президента «Рейхсбанка» отнюдь не сидел сложа руки. Он направил всю свою энергию на организацию финансовой поддержки человека, которого он и его близкий друг Норман считали подходящим человеком для охваченной кризисом Германии.

Шахт тайно поддерживал радикальную партию НСДАП Адольфа Гитлера с 1926 года. Уйдя из «Рейхсбанка», Шахт стал основным связующим звеном между могущественными, но скептически настроенными крупными немецкими промышленниками, промышленными магнатами Рура, и крупнейшими зарубежными финансистами, особенно лордом Монтегю Норманом.

В этот момент времени политика Великобритании была направлена на создание «Проекта Гитлер», прекрасно зная, куда в конечном итоге будут направлены его геополитические и военные устремления. Как заметил спустя почти полвека в частной беседе полковник Дэвид Стирлинг, создатель британской элитной «Специальной авиадесантной службы»: «Самой большой ошибкой, которую совершили мы, британцы, было считать, что мы сможем натравить империю немцев на империю русских, чтобы они заставили друг друга истечь кровью».

Поддержка Гитлера в Великобритании осуществлялась на высшем уровне. В ней участвовал не только премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен, печально известный «мюнхенским сговором» 1938 года, позволившим армиям Гитлера двинуться на восток в Судетскую область. Близким советником Невилла Чемберлена был Филип Керр (ставший впоследствии лордом Лотианом), один из участников «Круглого стола» Сесила Роудса, о которой уже упоминалось выше. Лотиан поддерживал Гитлера, будучи одним из представителей печально известной «кливденской клики», также как и лорд Бивербрук, влиятельнейший газетный магнат Великобритании, контролировавший издание массовых газет «Дейли Экспресс» и «Ивнинг Стандард». Однако, наверное самым влиятельным на тот момент сторонником Гитлера в Великобритании был Эдуард VIII, король Англии.

Определенные влиятельные фигуры американского истеблишмента едва ли могли не понимать, в чем заключается цель партии Гитлера. Высшие круги Уолл-Стрита и Госдепартамента США были неплохо информированы с самого начала. Еще до злополучного мюнхенского «Пивного путча» 1923 года представитель Госдепартамента США Роберт Мерфи, находившийся в Мюнхене в соответствии с версальскими условиями оккупации Германии и ставший в послевоенное время центральной фигурой Бильдербергского клуба, лично встречался с молодым Гитлером при посредничестве генерала Эриха Людендорфа. Мерфи, служивший в годы Первой Мировой в Берне под началом Аллена Даллеса, собирая разведданные о Германском Рейхе, находился в Мюнхене вместе с другим влиятельным американским представителем, Труманэном Смитом, сотрудником американской разведки в Германии.

Позднее в мемуарах Смит вспоминал свой приезд в Мюнхен в конце 1922 года. «Я много беседовал о национал-социализме с нашим консулом в Мюнхене Робертом Мерфи (позднее отличившимся в качестве американского посла), с генералом Эрихом Людендорфом, с крон-принцем Рупрехтом Баварским и с Альфредом Розенбергом. Последний впоследствии стал определять политическую идеологию нацистской партии. Во время этой поездки мне нередко доводилось встречаться с Эрнстом («Путци») Ханфштенглем, отпрыском известного мюнхенского художественного семейства. Путци окончил Гарвард и впоследствии стал заведовать у Гитлера отношениями с иностранной прессой... Моя беседа с Гитлером длилась несколько часов. Из дневника, который я вел в Мюнхене, видно, что я был поражен его личностью и считал, что он сыграет важную роль в политике Германии».

В датированном ноябрем 1922 года отчете вашингтонскому начальству Смит представил следующие рекомендации относительно группки Гитлера. Говоря о Гитлере, Смит утверждал: «Его основная цель – победа над марксизмом … и обеспечение поддержки трудящимися националистических идеалов государства и собственности … Столкновение партийных интересов … показало невозможность избавления Германии от нынешних трудностей посредством демократии. Его движение стремится к установлению национальной диктатуры непарламентскими средствами. После прихода к власти он потребует снизить требования по репарациям до реалистичной цифры, но после этого обязуется выплатить согласованную сумму до последнего пфеннига, объявив это делом национальной чести. Для выполнения этой задачи диктатору необходимо ввести систему всеобщего обслуживания репарационных выплат и обеспечить ее поддержку всеми силами государства. Его власть в период выполнения репарационных обязательств не должна ограничиваться каким бы то ни было законодательным или народным собранием…»

Чтобы донести до коллег из вашингтонского Управления военной разведки смысл своего предложения, Смит добавил личностную оценку Гитлера: «В частной беседе он показал себя сильным и логичным оратором, что в сочетании с откровенностью фанатика производит на нейтрально настроенного слушателя очень глубокое впечатление». (15)

Уже поздней осенью 1931 года на лондонский железнодорожный вокзал на Ливерпуль-Стрит прибыл человек из Германии. Его звали Альфред Розенберг. Розенберг встретился с главным редактором влиятельной лондонской «Таймс» Джеффри Доусоном. В последовавшие несколько месяцев «Таймс» оказала движению Гитлера бесценную помощь в создании положительного облика в глазах мировой общественности. Однако самой важной встречей Розенберга во время первого визита в Англию в 1931 году стала беседа с Монтегю Норманом, управляющим «Английского банка» и едва ли не самым влиятельным лицом мирового финансового мира того времени. По словам его личного секретаря, Норман ненавидел три вещи: французов, католиков и евреев. Норман и Розенберг легко нашли общий язык. Норману Розенберга представил Ялмар Шахт. С первой же встречи в 1924 году Шахта и Нормана связывала дружба, продолжавшаяся до смерти Нормана в 1945 году.

Розенберг завершил свой судьбоносный визит в Лондон встречей с первым лицом лондонского «Банка Шредера», связанного с нью-йоркским «Дж. Г. Шредер Банк» и с кельнским частным банком «И. Г. Штайн Банк», принадлежавшим барону Курту фон Шредеру. На встрече с Розенбергом «Банк Шредера» представлял Ф. С. Тиаркс, член совета управляющих «Английского банка» и близкий друг Монтегю Нормана.

Когда после 1931 года барон фон Шредер и Ялмар Шахт обратились к ведущим промышленным и финансовым магнатам Германии за поддержкой НСДАП, первый вопрос обеспокоенных и скептически настроенных промышленников был такой: «Как международное финансовое сообщество, и особенно Монтегю Норман, отнесется к перспективе немецкого правительства во главе с Гитлером?» Готов ли был Норман в этом случае помочь Германии кредитами? Именно в этот момент, когда гитлеровская НСДАП получила на выборах 1930 года чуть меньше 6 миллионов голосов, международная поддержка Монтегю Нормана, Тиаркса и их лондонских друзей имела решающее значение.

4 января 1932 года на кельнской вилле барона Курта фон Шредера Адольф Гитлер, фон Папен и фон Шредер заключили тайное соглашение о финансировании НСДАП, к тому времени практически разоренной и обремененной огромными долгами, вплоть до захвата Гитлером власти. Еще одна встреча Гитлера с Францем фон Папеном произошла на кельнской вилле Шредера 4 января 1933 года. На этот раз был окончательно согласован план свержения правительства Шлейхера и создания правой коалиции. 30 января 1933 года Адольф Гитлер стал рейхсканцлером.

Последний визит Альфреда Розенберга в Лондон состоялся в мае 1933 года, на этот раз уже в качестве одной из представителей нового правительства Гитлера. Розенберг отправился прямиком в поместье Бакхерст-Парк неподалеку от Эскота, принадлежавшее сэру Генри Детердингу, главе «Ройал Датч Шелл» и едва ли не самому влиятельному бизнесмену мира. По информации английской прессы, между ними состоялась теплая и оживленная беседа. Впервые Розенберг встречался с Детердингом еще во время лондонской поездки 1931 года. «Ройал Датч Шелл» поддерживала теснейший контакт и обеспечивала поддержку немецкой НСДАП. Хотя подробности и были сохранены в тайне, надежные британские источники того времени утверждают, что Детердинг оказал значительную финансовую поддержку «Проекту Гитлер» на важнейшем начальном этапе его осуществления.

Если «Английский банк» проявил упорство, не дав Германии кредитов ни на пфенниг в критический период 1931 года, спровоцировав тем самым банковский кризис и рост безработицы, без которых и помыслить было нельзя о таких отчаянных альтернативах, как приход Гитлера к руководству Германией, то, как только в начале 1933 года Гитлер прибрал власть к рукам, тот же Монтегю Норман с бесстыдной поспешностью вознаградил правительство Гитлера, предоставив ему жизненно необходимый кредит «Английского банка». Норман специально посетил Берлин в мае 1934 года, чтобы договориться о тайной финансовой поддержке нового режима. Гитлер ответил Норману любезностью, назначив его близкого друга Шахта министром экономики и президентом «Рейхсбанка». Последний пост Шахт занимал вплоть до 1939 года.(16)

Примечания:

(12) Stiefel, Dieter, ‘Finanzdiplomatie und Weltwirtschaftskrise: Die Krise der Creditanstalt für Handel und Gewerbe, 1931.’ Fritz Knapp Verlag, Frankfurt a.M., 1989.

(13) Meyer, Richard H. ‘Bankers' Diplomacy: Monetary Stabilization in the 1920's.’ Columbia University Press, New York. 1970.

(14) Aangstroem, Lars-Jonas, ‘Ivar Kreuger blev moerdad!,’ Den Svenska Marknaden. August 1987. Stockholm.

(15) Smith, Truman. ‘Berlin Alert: The Memoirs and Reports of Truman Smith.’ Hoover Institution Press, Stanford California. 1984.

(16) Другая полезная литература по этой мало обсуждаемой теме: Pool, J. & S., ‘Hitlers Wegbereiter zur Macht: Die geheimen deutschen und internationalen Geldquellen, die Hitlers Aufsteig zuers Wegbereiter zur Macht: Die geheimen deutschen und internationalen Geldquellen, die Hitlers Aufsteig zur Macht erm”glichten.’ Scherz Verlag, Muenchen. 1979; Pentzlin, Heinz, ‘Hjalmar Schacht.’ Verlag Ullstein GmbH, Berlin. 1980. Также полезна книга Гарольда Джеймса (James, Harold, ‘The German Slump: Politics and Economics 1924-1936.’ Clarendon Press. Oxford, 1986).

© "Война и Мир". При полном или частичном использовании материалов ссылка на warandpeace.ru обязательна.
СССР

Пол Ньюман

Грущу я, ребята, умер хладнокровный Люк, умер Пол Ньюман. Мне будет его нехватать. Поскорее бы закончился этот черный сентябрь.

За свою карьеру Ньюман, которого называют обладателем самых знаменитых голубых глаз в истории кино, снялся в 60 голливудских фильмах. Десять раз он выдвигался на премию «Оскар», из них восемь — в номинации «За лучшую мужскую роль».



Пол Ньюман, обладатель самых знаменитых голубых глаз в истории кинематографа, родился в семье владельца магазина спортивных товаров. Служил в Военно-Морском флоте. После увольнения с военной службы решил посвятить себя спорту, однако травма колена вынудила его искать иные пути. Пол выбрал актерское поприще. Учился в Йельской драматической школе и в нью-йоркской Актерской студии у режиссера театра и кино Элии Казана. В 1949 году женился на Джеки Витти. Дебютировал на Бродвее в 1953 году в "Пикнике" Уильяма Инге.
Ньюману удалось заключить контракт с киностудией "Warner Brothers". Правда, пробы на фильм "К востоку от рая" оказались неудачными, и главная роль в картине ушла к восходящей звезде американского кино Джеймсу Дину... 30 сентября 1955 года Джеймс Дин погиб в автокатастрофе в возрасте 24-х лет. Следующей его картиной должна была стать лента Роберта Уайза "Кто-то там наверху любит меня". Роль супербоксера Рокки Грациано, написанную для Джеймса Дина, отдали Ньюману. Именно этот фильм сделал Пола знаменитым.
Уже в 1958 году Ньюман был впервые выдвинут на "Оскар" за главную мужскую роль в экранизации пьесы Теннесси Уильямса "Кошка на раскаленной крыше". Тогда же он получил приз на Каннском МКФ за роль в "Долгом жарком лете", экранизации рассказа Уильяма Фолкнера "Поселок". В том же году Пол развелся с первой женой и вступил в повторный брак с актрисой Джоанной Вудворт.
В 1968-м Ньюман дебютировал как режиссер и продюсер фильма "Рейчел, Рейчел", где в главной роли снял жену. Эта картина была удостоена номинации на "Оскар" как лучший фильм года, а также получила "Золотой глобус" в категории "Лучшая режиссерская работа".
Ньюман не стеснялся высказывать в публичных выступлениях свои либеральные политические и гражданские взгляды. Президент США Ричард Никсон включил Пола, единственного из всех кинематографистов, в свой знаменитый список "20 личных врагов".
Ньюман овладел профессией автомобильного гонщика. На своем любимом "Порше-935" Пол завоевал Президентский Кубок в ноябре 1976 года на турнире в Атланте, в июне 1979-го входил в состав команды, занявшей второе место в знаменитой гонке "24 часа Ле Манна". Является совладельцем гоночной команды "Ньюман-Хаас" в классе Инди-кар.
В 1985 г. к своему 60-летию получил почетный "Оскар", а уже в 1986 г., удостоился "Оскара" за главную роль в драме Мартина Скорсезе "Цвет денег".
Ньюман основал в 1982 году производство разнообразных продуктов с маркой "Newman's Own" (приправы для салатов, соус для макарон, безалкогольные напитки, воздушная кукуруза). Большую часть прибыли от их реализации (свыше 6 млн. долларов в 1994 году, к примеру) Пол отдает в благотворительные фонды и на содержание лагеря для детей и подростков, больных раком, открытого летом 1988 года на северо-востоке Коннектикута. Центр по лечению наркоманов он назвал в честь своего сына Скотта (от первого брака), умершего в 1978 году от передозировки спиртным и снотворными.
В 1990 г. актер был признан журналом People одним из 50-ти самых красивых людей в мире. В 1995 г. под № 12 был включен журналом Empire в число 100 самых сексапильных звезд в истории кино.
Имеет двух дочерей от первого брака, двух от Джоанны Вудворт: Мелисса Ньюман и Нэлл Поттс — актрисы.
Скончался в США на 84-м году жизни от тяжелого онкологического заболевания.



Такие дела, ребята....
  • Current Music
    Полковник: "За то как погуляли..."
  • Tags
СССР

Алексей "Полковник" Хрынов

...дурак ты, голуба моя. Я же не о с мерти его скорблю, что в этом, все там будем. Я скорблю о том что больше не увижусь с ним, не поговорю, не выпью по рюмашке, не смогу ощутить обаяние этого человека, радость от общения с ним.


Алексей "Полковник" Хрынов - родился 6 апреля 1965 года, умер 12 сентября 2008 года.



Слева с гитарой - Полковник. Справо - "Чиж" Чиграков, один из старейших Однополчан "Полковника" Хрынова.


Что написать? Как заглушить боль? Как сказать всё о человеке которому ты уже никогда не сможешь ничего этого сказать. Я не знаю....
Есть вещи которые я не в силах изменить, и от этого тоска становится ещё больше, а пустота в душе ещё глубже. Остается только выть да водку пить.

Официальный сайт Полковника: http://polkovnik.nnov.ru
СССР

(no subject)

Хотелось бы обсудить со всеми моими друзьями, и просто, хорошими и добрыми людьми, которые читают-изучают мой дневничек один вопрос. Это даже не вопрос, а сбор статистических данных. Вот задумал я понять, какие 25 альбомов русской музыки, записанными и изданными за последнии 30 лет, мы можем гордиться. Подойдут любые, кретерий один - это должно быть музыкой на все времена, лучшая музыка на вкус писавшего, определившая его мировоззрения, жизненные ценности.
Перечислять их можно в любом порядке, порядковый номер не должен являться преоритетом.
Вот мой список:
1.Центр "Сделано в Париже"
2.АукцЫон "Бодун"
3.АукцЫон "Птица"
4.БГ-Бэнд "Русский альбом"
5.Алиса "Энергия"
6.ДДТ "Переферия"
7.Сергей Курехин "Два капитана II"
8.Вопли Видоплясова "Музыка"
9.Владимир Высоцкий "Натянутый канат"
10.Комитет Охраны Тепла "Раны тепла"
11.БРАВО "Браво 87"
12.БригадаС "Реки"
13.НАУ "Титаник"
14.Звуки МУ "Простые вещи"
15.Звуки МУ "Грубый закат"
16.Арсенал "75-91. Опаленные временем"
17.Квартал "Резиновые джунгли"
18.ГрОб "Всё идёт по плану"
19.ГрОб "Русское поле экспериментов"
20.Егор и Опизденевшие "Прыг-Скок"
21.ГрОб "Солнцеворот"
22.Требунал Натальи Медведевой "Russian TRIP"
23.НОЛЬ "Полундра"
24.Выход "Выхода нет"
25.Александр Вертинский "VERTINSKI - Cabaret Russe"

Отдельно я напишу перечень исполнителей и записанных ими дисков, которые так же наменя оказали сильное влияние, однако по той или иной причине о таких исполнителях писать и говорить положительно не принято, если только с сарказмом или иронией.
26.Иосиф Кабзон 1989 - "Сыпь, тальянка" романсы на стихи Есенина и Блока, музыка Пономарева
27.ДЮНА "Привет с большого бодуна"
28.Клавдия Львовна Шульженко 1976 - "Немножко о себе" романс "Руки, Вы словно две большие птици..." для меня навсегда будет гимном женской страсти.
29.Таня Буланова 1994 - "Странная встреча" этот альбом в период 94-95 годов так заездил мозги что не упомянуть его я не мог.
30.Мираж "Мираж 1"
31.Алексей Глызин 1991 - "Пепел любви" шикарные песенки, шикарные аранжировочки
32.Александр Розенбаум "Былое и диски" записи 86-90 годов.
33.Дина Верни 1975 - "Chants du Goulag" лучшего исполнения лагерных песен я не слышал. Это просто шедевр.
34.Александр Малинин 1991 - "Поручик Галицин" может кому то не нравится, но я лублю, когда романсы исполняются вот так, с душой.
35.Хуй Забей "Не зассал"
36.Монгол Шуудан 1993 - "Собачья чушь" "...Ой! - вскричал разрубленый враг..." Классика.
37.Volkovtrio 1995 - "Fragmenf" Наверное самый откровенный и самый джазовый из всех альбомов Волкова и Шилклопера.
38.Владимир Чекасин 1989 - "Taxi Blues" музыка к ТОМУ САМОМУ фильму, в котором блестательный Мамонов делает вид что дует в сакс. Но играет та, всё равно Чекасин!!!
39.Альянс "Сделано в белом" это ещё не Желанная, но уже и не рок.
40.Анатолий Герасимов 1997 - "Yes" Толя Герасимов один из немногих людей, которые сохранили и несут в себе детство. Я люблю и очень уважаю этого выдающегося человека.

Вот. Прошу всех присоединиться и откровенно высказаться. Очень хочу что бы каждый оставил свой список как ещё один кусочек большой истории. Заранее спасибо)))))))))))))))))


UPD: Может быть и так, что не все могут указать такое количество любимой русскоязычной музыки. Укажите только то что действительно цените.))))))))))))))))
  • Current Music
    в ушах звенит тишина