February 7th, 2006

donna

(no subject)

В воскресенье я впервые в жизни увидела снегирей. Птицы раза в потора-два крупнее воробьев, поэтому их можно было разглядеть с тех 2-3 метров, на которые они меня подпустили. Они обклевывали семена с кустарника, растущего около соседней школы. Мы с мужем шли в лес и снегирей встретили сразу по выходу из дома. Такое яркое розово-красное пузо, как у самцов снегиря, я больше не видела ни у одной московской птички. У малиновок, ни смотря на название, пузико коричневато-ораньжевое.
Черная шапочка и другие характерные пятна повторялись в скромном наряде самок снегирей, у которых вместо ягодного окраса - темно серый.
Птицы через минуты три улетели, испугавшись прохожих, и мы продолжили наш путь в лес, следуя за узкой колоной берез, сохранившихся при застройке района.

Рассыпчатый чистый снег волнами покрывал темные ветви деревьев. Мороз испугал многих, и мы гуляли в почти безлюдном лесу.Было тихо, снег безжалостно скрипел под ногами, выдавая наше присутвие. Кроме пары синиц на кормушке, не было даже птиц. Казалось, что все они покинули лес и улетели к домам за кормом.Но дятел объявил о себе мерным стуком и довольным посвистыванием.Нам удалось увидеть, как он обдирал кору на сучке огромного дуба. Дятел был большой, и удачное освещение позволяло не только заметить красное подхвостье, но и разлядеть черный на белом рисунок на спине, не смотря на высоту, на которой он действовал. Время от времени к земле слетали куски коры не меньше самого дятла по размеру. Дятел закончил трапезу и улетел. Мы пошли домой мимо брошенных колхозных яблоневых садов,где снег был испещрен заичьими следами.