Tags: memory

(no subject)

"Потенциальный преступник - это практически каждый человек, который живет в Российской Федерации", - уверен Бохан.

На этом месте был пост про то, какие Наши есть педерасты и что бы я хотел с ним сделать. Совершенно не отменяя всего предыдущего, я решил вместо рассказать две истории. Без всякого скрытого смысла.

Начало 90-х было голодным и нищим временем. И в общественном транспорте было много безбилетников. И саратовские власти, отчаявшись собрать с граждан деньги за проезд, отдали этот промысел на откуп некоему "кооперативу". Выглядело это так - по автобусам и троллейбусам ходили крепкие молодцы, хватали всех подозрительных и за шиворот вытаскивали на улицу. А на улице тусовались такие же их друзья и уже в большем количестве. И валили подозрительных на землю и начинали их пиздить ногами. В итоге, какого-то парнишку так и убили. В результате, начали пиздить их. Т.е. это явление стало действительно массовым. Я при нескольких таких случаях присутствовал лично и еще о многих хоршо знаю. Более того, я хорошо знаю людей, которые специально ездили в общественном транспорте, ловили этих "контроллеров" и заряжали им по полной. И все пассажиры были полностью на их стороне. Это продолжалось очень недолго. Власти быстро испугались и "кооператив" прикрыли.

Как-то пришел с зоны мой очень хороший товарищ. Боевой и борзый, сидевший по весьма экзотической статье. И мы с ним его возвращение весьма бурно отпраздновали. В конце-концов, мы с ним уже просто бродили весьма пьяные по ночным улицам и заправлялись у каждого ларька. В очень хорошем расположении духа. И в какой-то момент за нами увязалась толпа человек в 20 "трудных подростков" разного возраста. Из тех, что ночуют по подвалам, имеют славу полных отморозков и наводят ужас на мирных обывателей. Когда мы поняли, что они идут целенаправленно за нами, мы быстро протрезвели. Шли по довольно людным улицам, но была глубокая ночь, и улицы резко пустели. Мы свернули на улицу потемней, и мой товарищ зашел облегчиться в подворотню. Тут же меня молодежь окружила, а несколько "пацанчиков" прошли вслед за товарищем. Ну а через несколько минут он вышел обратно, держа одного из этих "пацанчиков" за шиворот и прижимая к его горлу нож. Я подобрал с земли обрезок трубы и встал рядом. И сразу же ситуация переменилась. Молодежь заныла в духе "дяденьки не обижайте, простите засранцев". Ну мы им сказали, чтобы они отошли на 50 шагов назад, отпустили их приятеля и пошли дальше. Они нам что-то еще покричали вслед, но преследовать нас уже не стали. Товарищ сказал: "Малолетки совсем оборзели, на зоне такого беспредела нет".

Старый знакомый


Обсуждали общего знакомого и мне вспомнилась пара историй с ним связанных. Зовут его Юрий Ашихмин, ему примерно 47 лет. Насколько я понимаю, он довольно популярен в московско-питерских околокиношных "богемных" кругах. Много снимается в эпизодах, я его точно видел в "Хрусталев, машину!", "Гарпастуме", "Обитаемом острове", "Бумажном солдате" и "Юрьевом дне". Почти всегда играет эдаких юродивых зэков. Собственно, он и в жизни такой же, как на экране. Кроме того, вроде бы как-то промышляет рекламой.

Познакомился я с ним в 87-м году в Питере. Его тогда звали "Юра - Лысый Панк". Он был довольно авторитетным персонажем в панковской сайгоновской тусовке. Он был сильно старше всех нас и рассказывал про себя разные "крутые" истории, многие к нему прислушивались. По легенде, он плавал на ядерной подводной лодке, где облучился, обылысел и получил тяжелое заболевание, от которого вот-вот должен был в муках умереть. Представлял он собой, в общем-то, постоянно кривлявшегося злобного лысого карлика.

Осенью 88-го года я его встретил в одном из хипповских лагерей под Пицундой (в четвертом ущелье, если кто понимает). В один из дней он, вместе с одной девочкой отправился в город, чтобы раздобыть продуктов. Вернулся уже в темноте, без девочки, но жутко довольный и волоча с собой огромную коробку рыбных консервов. В ответ на вопросы рассказал, что девочка сама осталась с какими-то местными армянами, а те, в качестве отступного, выдали ему вот эту коробку. Народ немного удивился, но ничего такого из ряда вон выходящего история из себя не представляла, поэтому довольно быстро все начали разбирать и есть консервы. А еще спустя некоторое время неизвестные люди привели в лагерь эту девочку - всю избитую, в крови и слезах. Выяснилось, что ближе к Пицунде располагалась экспедиция какого-то московского института, людей в ней были крепкие, вот они вечером услышали громкие женские крики, побежали и обнаружили трех армян, избивающих ногами эту девочку. Они ее отбили, промыли раны, дали выпить немного спирта для успокоения, а она рассказала, что Юра ее сразу целенаправленно привел к этим армянам и тупо продал за консервы. Юра уволок ящик, она пыталась убежать, но ее начали пиздить. Стали искать Юру, дабы дать ему в рыло, но он под шумок успел благоразумно собрать свои шмотки и смыться.

Вторая история скорее комичная. Прошло десять лет. Мы сидели с моим хорошим московским товарищем у него дома. Вдруг позвонил Юра и сказал, что хочет приехать в гости. Я был против его компании, но у моего товарища подобных воспоминаний не было, и он Юру, тем не менее пригласил. Только сказал, чтобы Юра купил водки. Юра сказал, что купит, но у него буквально последние деньги, поэтому мы должны ему по приезду вернуть. Мы согласились. Через некоторое время появился Юра, в строгом черном костюме, с тросточкой, на жестких понтах и с бутылкой водки. Отдали Юре деньги и сели за стол. Юра открыл бутылку, сделал маленький глоточек прямо из горла и начал ругаться, что водка паленая и пить ее невозможно. Мы с товарищем понюхали - запах был действительно какой-то подозрительный, и я уже сам сходил в магазин за нормальной водкой. А Юра хозяйственно убрал "паленую" водку на подоконник. Выпили. Юра долго рассказывал про съемки "Хрусталев, машину!" и про Германа, а так же про свой процветающий рекламный бизнес. Уже не помню, из-за чего мы с ними зацепились, но разговор довольно быстро перерос в ссору на повышенных тонах. Я припомнил Юре и ту историю в Пицунде и пригрозил ему переломать ноги. Юра обиженно собрался, прихватил "паленую" водку с подоконника, что-то еще злобно прокаркал из прихожей и убежал.

К чему это я все? Да так просто, вспомнилось...

Три истории об оружии


На самом деле, не знаю, о чем эти истории. Может быть о вреде алкоголя, может быть о пользе везения, может быть о чем-то еще... Просто сидели с товарищем на лавочке во дворике, пили пиво, и вдруг разговор как-то сам собой зашел о том, как, кому и при каких обстоятельствах целились в лицо из огнестрельного оружия. Ну и вот вспомнилось. Думаю, что каждый сам сможет сделать соответствующие выводы. А лучше вообще никаких не делать, так как оно не для того совсем.

1. Мне было 17 лет. Я шел от друзей домой. Стоял поздний вечер, а может быть даже и ранняя ночь. И вдруг, на перекрестке двух дорог, ко мне подошел грустный мужик. И сказал, что у него есть дома бутылка водки и что ему пить ее одному тоскливо и невыносимо и предложил выпить вместе. Я был уже изрядно поддат и, по молодости лет, жаден до приключений. Поэтому с радостью согласился и пошел с мужиком к нему домой. Мы прошли на кухню, сели за стол, он достал бутылку, разлил по стаканам, и мы выпили. Поговорили о том, о сем, потом еще выпили. А потом он достал из стола пистолет, положил его рядом с собой и предложил мне его купить. Ну я сказал примерно в том духе, что как-то он мне не очень нужен и вообще денег нет. Он принялся меня настойчиво уговаривать, а я стал мягко отказываться. В конце-концов, он неожиданно рассвирепел, схватил пистолет и с криком "ах ты, сука такая" выстрелил мне в лоб. Т.е. он нажал на курок, а пистолет не выстрелил. А я метнулся из-за стола куда-то вниз и в сторону. А он отбросил пистолет, выхватил откуда-то из-под стола топор и кинулся на меня. Пару раз он рубанул топором совсем рядом со мной, но мне чудом удалось увернуться. Только кафель полетел в разные стороны мелкой крошкой. Я смог дотянуться до пистолета и два раза выстрелил в мужика. Уж не знаю, может быть пистолет вовсе был не заряжен, а может быть просто не снят с предохранителя, но выстрелов не раздалось и на этот раз. Я так же отбросил пистолет в сторону и метнулся в сторону выходной двери. По-счастью, она оказалась не заперта. Т.е. я прижался к ней спиной, топор вонзился со всего размаху в косяк рядом с моим лицом, а я сам вывалился на лестничную площадку. Развернулся, вскочил и бросился уже окончательно в направлении дома.

2. Примерно в то же самое время. В нашей компании была кратковременная мода ходить с игрушечными пистолетиками в кармане. Ну такая детская забава, или модный хэппенинг. Мы, вдруг, в каких-то людных местах или даже общественном транспорте доставали свои пистолетики и начинали перестреливаться, отпрыгивать в разные стороны и всячески имитировать киношную мафиозную разборку. В общем, было весело. Как-то я возвращался домой так же ночью. И вот, не доходя метров 20 до перекрестка, обращаю внимание, что перпендикулярно мне, на такой же скорости и на таком же расстоянии движется группа лиц кавказской национальности. Косятся в мою сторону и что-то между собой активно обсуждают на незнакомом мне языке. И вдруг один из них достает из кармана пистолет, передергивает затвор и продолжает идти к перекрестку, т.е. навстречу мне. У меня даже никаких мыслей не успело оформиться в голове. Я совершенно на автомате достаю из кармана свой маленький черный пистолетик, передергиваю затвор и, не сбавляя шага, продолжаю идти к перекрестку с этим пистолетиком в опущенной вниз руке. Кавказцы резко затормозили, а человек с пистолетом спрятал его в карман. А я так и прошагал через перекресток. Только костяшки пальцев руки с пистолетиком неприятно заныли и побелели.

3. 93й год. Я уже работал в Гринписе. К концу года мы затевали крупную акцию против ввоза в Россию отработанного ядерного топлива. Крупную, скандальную и очень радикальную. Акция предполагалась совместная с финскими коллегами и стояла среди приоритетных для всего Гринписа. Мы выезжали на местность, приобретали разное хитроумное оборудование и проводили тренировки. 4го октября должна была приехать моя финская коллега Ида, и мы с ней должны были обсудить последние детали предстоящей акции, после чего акция должна была перейти в активную фазу. А 3го октября начался всем известный путч. Ну т.е. вечером уже в разных районах Москвы можно было услышать выстрелы, по СМИ шли очень противоречивые сообщения и вообще было совершенно непонятно, что будет дальше. То, что акция откладывается на неопределенное время, было понятно совершенно точно. Но Ида тем не менее приезжала.

Всю ночь мы просидели у телевизоров, а рано утром я отправился на вокзал встречать Иду. В метро и в районе вокзала все было совершенно спокойно. Ида о происходящем не знала ничего вообще, к моим рассказам отнеслась весьма скептически и почему акция откладывается не могла понять никак. Я привез ее в офис, директор отделения сказал, чтобы те сотрудники, которые уже приехали, никуда не выходили, а остальным нужно позвонить и сказать, чтобы на работу они не ехали. Как раз позвонил один из сотрудников, живший в районе Баррикадной и сказал, что на работу придти не может. Мол, он начал спускаться по лестнице подъезда, а внизу на пороге лежат какие-то люди и стреляют из автоматов наружу. Ну он посмотрел на них немного из лестничного пролета и пошел обратно домой. Мы его заверили, что никуда идти не надо.

Потом по ТВ-6 началась прямая трансляция событий у Белого Дома. Вроде Сникерс закупили эксклюзивные права на рекламу в этой трансляции - не знаю, правда или нет, но другой рекламы, кроме Сникерса, действительно не было. В офисе сидел еще один американец. Он все время порывался срочно нестись к Белому Дому, дабы заснять на фотоаппарат самые животрепещущие кадры - ведь по телевизору было видно, что вокруг Белого Дома стоит большая толпа возбужденных зевак и вообще все выглядело весьма интересно и безобидно. Его долго отговаривали, но, в конце концов, одна из сотрудниц вызвалась его сопроводить, и они уехали. Вернулись довольно быстро - в разгар фотографирования американцу пуля попала в фотоаппарат и разорвала его нахрен, вместе с фалангой мизинца.

Вечером мы с Идой пошли в один из арбатских баров выпить пива. Естественно, по телевизору в баре продолжалась трансляция. Ида настаивала на том, чтобы пойти непосредственно к Белому Дому и посмотреть. Я ее пытался отговорить, но, в конце-концов, сдался. По Арбату прогуливались празднично одетые и возбужденные толпы отдыхающих. Все громко обсуждали происходящее и смотрели в небо. А в небе периодически красиво и со свистом пролетали ракеты - в это время как раз шел обстрел из двух высоток на Калининском в сторону МИДа на Смоленской. В районе МИДа ракеты красиво взрывались. Мы прошли переулками до Белого Дома. Он красиво горел, вокруг суетились люди в белых халатах, а вокруг стояла разгоряченная толпа. Сам Белый Дом от повстанцев был к этому времени уже очищен и боевые действия переместились на Калининский проспект. Периодически кто-то кричал: "Смотрите, стреляют там," - и вся толпа радостно бежала туда. Над Калининским красиво сверкали трассирующие очереди. Естественно, Ида смотрела на все это большими восторженными глазами.

Внезапно стрелять начали гораздо ближе и буквально со всех сторон. Народ с криками брызнул в разные стороны. Я схватил Иду и поволок ее по Смоленской набережной. Набережную перекрывал ряд плотно друг к другу стоящих бензовозов. Ида с ходу врезалась в один из них и попыталась вскарабкаться на цистерну. Я стащил ее сзади за штаны и проволок под машиной. Мы пробежали еще немного и я затащил Иду в одну из подворотен. Следом за нами бежали еще какие-то люди. Когда мы добежали до середины двора, сзади что-то очень сильно жахнуло. Бежать можно было прямо или направо, в соседний двор, я на автомате потащил Иду направо. Мы свернули и оглянулись - со стороны, противоположной нашему прежнему движению, выбежали несколько людей в форме, бронежилетах и с автоматами. Напротив нашей арки они разом упали на колени и начали беспорядочно стрелять в ту сторону, откуда мы только что прибежали. А мы мы побежали дальше. Выбежали куда-то в район Панфиловской и сразу напоролись на милицейский патруль. Но у нас просто проверили документы и отпустили, посоветовав идти по домам. Мы добрели до Арбата - там все так же прогуливалась праздная толпа и любовалась красивыми всполохами в небе. Ида отдышалась и потребовала немедленно ехать домой.

После этого мы еще несколько раз встречались с Идой на разных международных тусовках. Каждый раз, представляя меня, она говорила: "Это мой брат, мы с ним вместе были на войне и он мне спас жизнь".

Ну и у меня, на самом деле есть еще одна история, про то, как я действительно чуть не допрыгался. Ну т.е., отчасти, даже все-таки допрыгался. Но она какая-то более серьезная, да и более длинная, чем все эти три вместе взятые. Так что она наверное заслуживает отдельного поста, который я как-нибудь впоследствии так же сооружу.

День рождения Гитлера


День рождения Гитлера всегда являлся (да и до сих пор, по-моему, является) важным элементом советской мифологии. Не знаю уж как там было у взрослых, но подростковой мифологии точно. Вот примерно то место, которое у младших подростков занимали истории про разные черные руки и черные простыни, у подростков постарше занимали истории про фашистов и день рождение Гитлера. Помню, что когда мне было еще лет 12-13, старшие пацаны из окрестных домов с восторгом рассказывали, как 20 апреля на еврейское кладбище стекается огромное количество панков-фашистов и как они там маршируют и кричат "Зиг, хайль!" и громят могилы. И как правильные пацаны со всех районов на один день в году объединяются и идут фашистов "мочить". "Ну вот мы их там в этом году положили человек 200, не меньше". А мы, мелкота, с восторгом эти рассказы слушали, причем у многих симпатии были скорее даже на стороне фашистов. Из правильных панковско-фашистских атрибутов запомнились особенно разноцветные ирокезы и почему-то джинсы со штанинами, сцепленными специальным ремешком в районе колен. Подобных западных персонажей можно было изредка увидеть в теле-программах типа "Камера смотрит в мир", но, по легенде, и в Саратове их где-то таилось с избытком. Где они прятались весь год никто не задумывался, но раз в год они все обязательно выползали и шли маршировать на еврейское кладбище и громить могилы. Причем несколько знакомых панков среди пацанов постарше обитало и в окрестных домах. Одевались они поскромнее, прически тоже носили не очень выдающиеся, хотя иногда что-то такое и выдавали. Но отношения с ними у всех были дружеские, мы их немного побаивались, но точно было известно, что на еврейское кладбище они не ходят, и "мочить" их ни у кого мысли не возникало.

Когда я немного подрос и сам стал панком, панков можно было встретить уже и в кафешках на центральном пешеходном проспекте города. Причем панки к этому времени появились уже вполне, по внешнему своему виду, настоящие. А потом началось уже и настоящее "мочилово". С переменным успехом.

С Днем рождения Гитлера у меня связано несколько своих историй, больше всего запомнилась одна. Общественные стандарты тогда не допускали серьезных отклонений в одежде и в прическах. Нормальным считался спортивный костюм, куртка-аляска, сапоги-дутики на ногах, стрижка бобриком. В принципе, я ходил не в особо вызывающей одежде - джинсы, армейские ботинки, светлое стиляжное пальто, доставшееся по наследству от отца, коричневые перчатки, виски немного подбриты, спереди свисает челка. По современным меркам, голимый мэйнстрим. Панковскую принадлежность мою это все откровенно выдавало, но у меня были друзья, которые выглядели гораздо более радикально. Мне было 16 лет и я работал на заводе электротехнических изделий. В 87-м году 20-е апреля выпало на субботу, а 22-е (т.е. День рождения Ленина), соответственно, на понедельник. И традиционный Ленинский субботник перенесли на 20-е. Я сходил на субботник, слегка выпил там с бригадой и получил праздничный красный бант на булавке, который и дополнил мой костюм. А после субботника отправился на Проспект в кафе "Встреча", существующее и до сих пор, в котором тогда проходили обычные наши тусовки.

В кафе, к своему большому удивлению, я никого не обнаружил. Я как-то совсем забыл, о том, КАКОЙ сегодня день. Большая же часть тусовки не забыла и на всякий случай решила провести праздничный вечер дома в кругу семьи. Я прошелся по Проспекту, к еще большему удивлению никого не встретил и в других обычных местах, вернулся во "Встречу" и сел с чашкой кофе, надеясь, что кто-то еще подойдет. В результате, подошла большая толпа тогдашних антифа, которых мы называли просто "гопниками" - они в этом день тоже по своему праздновали и съехались в большом количестве на Проспект, дабы "мочить фашистов". Нашли меня. В качестве претензий были озвучены наличие бритых висков, коричневые перчатки и булавка, на которой крепился бант. Я был отведен в подворотню и крупно отпизжен. Ну т.е. это вообще стало самыми крупными пиздюлями, полученными мной в жизни. Их было человек 15, они стояли кругом и пиздили меня по-очереди ногами и кастетами. Я сначала стоял, потом упал, они так технично разбегались и прыгали... Насчет взрослых, кстати. Ну они тоже знали, КАКОЙ сегодня день и, в основном, смущенно отводили глаза. Спасла меня знакомая девушка, проходившая мимо. Она с криком кинулась на них и начала растаскивать. Они, видимо, решили, что уже достаточно, позволили ей поднять меня и увести. Самое забавное, что после этого нас остановил еще мент. Причем привлекло его внимание не мое залитое кровью лицо, а все те же коричневые перчатки и красный бант. Помню, как он дергал меня за бант и кричал: "Ты вообще знаешь, какой сегодня день?" А я покачивался и недоуменно на него смотрел. По счастью, девушка увела меня и от него...

Как выяснилось позже, в лапы антифашистских патрулей на Проспекте в тот вечер попал только еще один из знакомых панков. Ему досталось даже более капитально, чем мне. А вот кафе мы потеряли полностью. Когда на следующий день народ начал подтягиваться на старое место, оказалось, что во "Встрече" уже плотно сидит какая-то гопническая бригада. Но сами, в общем-то, виноваты - были в тусовке люди весьма боевитые, вполне могли все вместе и отпор дать. Причем, что самое смешное, тогдашние панки были в весьма хороших отношениях с так называемыми "индустриками" - учащимися Индустриального училища и, по совместительству, одними из самых беспредельных городских гопников. Уже когда тусовка переместилась в "Роднички" (или наоборот еще до "Встречи"), панки неоднократно и весьма эффективно выступали одним фронтом с "индустриками" против разного пришлого люда.

Опять ни о чем


Какое-то время назад хороший товарищ музыкант спросил у меня, как часто со мной случалось такое, что после концерта девушки кидались мне на шею, очарованные моим выступлением, и предлагали секс. Товарищ работает в более популярном жанре, чем я, и достаточно известен. И на сцене выглядит эдаким рок-героем. Т.е. девушки на него должны кидаться по умолчанию. И вот они так на него кидались, кидались, он им отвечал и отвечал взаимностью (ну, т.е., я так предполагаю), и его начали терзать разные вопросы морального характера. И он начал опрашивать всех своих знакомых музыкантов, дабы эти вопросы как-то разрешить. Я ему тогда сказал, что ни разу у меня такого не было. Ну у меня жанр гораздо менее популярный. Причем такой, который вот этого рок-героизма не предполагает вообще. Девушки на концерты ходят, иногда даже в очень немалом количестве, но как-то они потом легко отвлекаются на другие свои проблемы и на меня не кидаются. Т.е. я, в общем-то, даже совсем и не против, но мысли о том, что вот я сейчас выйду, сыграю и все девки мои, оставил очень давно. И даже не то, чтобы оставил – я уже даже и не помню, были ли они у меня когда-то вообще. Как-то так считается, что в рок-н-ролле, в пубертатном периоде у большинства музыкантов побудительным стимулом взяться за инструмент является как раз вот это вот подсознательное чувство овладеть всеми девками в зале. У меня никогда такого побуждения не было, иллюзий на этот счет я никогда никаких не питал, наверное поэтому и взялся совершенно не за рок-н-ролл. Но сейчас тот наш разговор от чего-то опять вспомнил. И вспомнил все-таки два случая, которые наверное все-таки можно отнести на счет овладевания путем музыки.

Первый случай был году в 96-м. Тогда на нашем концерте девочка порезала себе вены. И не просто порезала, а начертила в зале на полу своей кровью пентаграмму в круге и легла в центр умирать. А мы совершенно охуевшие продолжали играть. И как раз приехала скорая, ее увезла, и мы закончили. Можно предположить, что если бы я заранее предложил ей секс, она бы с радостью согласилась, и крови бы не было, но она не предупредила. Второй случай более приятный, но и к моим музыкальным достоинствам относится в гораздо меньшей степени. Я работал продавцом в музыкальном магазине. Делал я это очень хорошо, и многие в городе меня в этом качестве знали. На этот счет у меня не возникает никакой ложной скромности. И некая девочка, покупавшая у меня диски, меня опознала в маршрутке и практически сама изнасиловала. Ну не изнасиловала конечно, но выступила инициатором в весьма прямолинейной форме. Мне оставалось только с удовольствием подыгрывать. (Я ей за этом потом, кстати, нашел редкий диск, который она нигде найти не могла.) Но о моих собственных музыкальных экспериментах она даже и не подозревала. А! Перечитал написанное и еще вспомнил. Еще одна девушка мне долго слала письма. Ну не помню уже, сколько, м.б. пять. Бумажные. По нескольку страниц от руки и самого романтического содержания. С именем-фамилией и домашним адресом. Но я ей так и не ответил, а она лично так и не появилась.

А что же касается вопросов морального характера… Ну какая вообще может быть мораль в сексе?

Ни о чем

Где-то на рубеже 90-х, когда стало можно выезжать свободно заграницу, все знакомые девушки вдруг подались в Европу на заработки. Говорили, что официантками и стриптизершами, но как уж у них там все было и чем они там на самом деле занимались не знаю - подробности не выспрашивал. Вроде бы со всеми все нормально, ну и хорошо. К середине 90-х они стали возвращаться обратно, в разном материальном, физическом и душевном состоянии. Но многие там все-таки остались. Например, одна уехала в Австрию, нашла там себе какого-то местного герцога и родила от него ребенка. Герцог ребенка признавать не хотел, но его родители узнали и заставили его. В результате, она вышла за него замуж, а потом развелась. И у нее сейчас куча денег, а сын настоящий герцог и официальный наследник. Другая нашла себе мужа в Швейцарии, у них все хорошо до сих пор, собственное маленькое турагентство, они почему-то возят туристов из Швейцарии в Казахстан, каждое лето приезжают в Саратов. Только вот сын, сразу по достижении 18-ти, сбежал от них в Саратов совсем - во-первых, он здесь герой среди сверстников, во-вторых, полностью независим и со своей квартирой, в третьих, родители постоянно присылают кучу бабла. Третья уехала в ФРГ еще в конце 80-х, работала официанткой в баре. А у нее здесь уже был муж. И ее муж тоже за ней поехал, нелегально перелез через Берлинскую стену, тоже работал в баре, потом его поймали, он сидел в лагере для перемещенных, потом поступил во французский Иностранный легион, повоевал где-то в Африке, потом оттуда тоже сбежал, вроде бы посидел еще и во французской тюрьме, а сейчас они вместе замечательно живут в Австралии. Как-то приезжали, все у них хорошо. А еще одна (я в нее был даже немного влюблен в школе) уехала в Грецию. А потом вернулась обратно и привезла с собой грека. Я их встретил где-то в середине 90-х в паспортном столе. Получал паспорт взамен утерянного, а они как раз этого грека прописывали. Грек выглядел как совершенно типичный кавказец, я даже не сразу и понял. Подумал, что вот, откуда она себе этого кавказца выкопала. Она потом она работала официанткой в кафе недалеко от моего дома, а грек окончательно окавказился, летом сторожит арбузы по ночам у местного овощного магазина, сидит такой на корточках в трениках с вытянутыми коленками, в тапочках, грязной майке и большой кепке. И с другими кавказцами о чем-то на их языке обсуждает. А может они вообще все греки...

P.S. К тем, кто лично знает всех или отдельных описанных персонажей - просьба сильно не придираться по поводу деталей. Я некоторые места намеренно округлил и обобщил для гладкости изложения.

"День русской нации"


lektr сделал ролик, a_bivaliy его вывесил, а [info]badray23 напомнил. 5 апреля 2003 года, Саратов, ДК "Восток". "День русской нации".



Тогда, как кто-то возможно, помнит, в Саратове проходил суд над Лимоновым. И, соответственно, НБП в Саратове весьма активизировалась. И много приезжих нацболов постоянно в городе тусовалось, и местное отделение постоянно росло. Со скинами были странные отношения - то были довольно жесткие столкновения, то дело доходило до братания. Хотя скины, конечно, не были каким-то однородным движением. Да и вообще не были так сильно политизированы, как сейчас. С кем-то из них удалось наладить весьма хорошие отношения, с кем-то в принципе не могло быть никаких отношений. Но нацболы теоретически воспринимали скинов как потенциальных союзников. На "День русской нации" была предпринята очередная попытка объединения. Почти удачная, причем. Должны были выступать какая-то саратовская скиновская группа, которой уже не помню названия, DMT (мы с Юрой Фантомом из Солиптика и Гонналона), Brutal Abbeizer, Банда Четырех, День Донора и еще какие-то московские панки левого толка, названия которых я тоже уже не помню. Еще должен был приехать Джефф со своей группой, но не доехал. Зал был полон скинов, которые вели себя бурно, но вполне мирно и дружелюбно. Но еще до начала концерта к клубу приперлась толпа ментов, которые все оцепили и начали проверять документы. А в какой-то момент и вовсе перестали пускать народ внутрь. Первыми выступали саратовские скины и сразу выдали какие-то тексты, от которых менты сильно напряглись. После их выступления менты нагрянули в гримерку, но нам удалось сначала спрятать музыкантов, а потом выпустить их через черный ход. Мы выступали, по-моему, третьими. Зал выступление сначала воспринял в штыки, но быстро реакция изменилась до бурной поддержки. Правда выступление продолжалось всего минуты две - в жопу пьяный и совершенно невменяемый звукооператор что-то накрутил на пульте так, что в зал пошло просто какое-то бульканье и гул. Я пытался с ним еще ругаться, но он просто тупо гоготал. Кончилось все тем, что я кинул в него бутылкой из-под пива и ушел (в ролике слышна моя последняя фраза: "Какого хуя ты там, блядь, делаешь?"). Одновременно менты начали забирать людей и пытаться остановить концерт. День Донора еще выступили вполне нормально, но на Банде Четырех был вырублен рубильник. После некоторых переговоров рубильник был включен обратно. Банда Четырех сыграли еще песни полторы, после чего все было вырублено окончательно. Народ немного покричал и начал расходиться. Менты при этом не уезжали, к клубу подогнали автозак и прошел слух, что сейчас будут забирать музыкантов. Мы выходили из клуба в окружении большой толпы скинов. Менты начали стягиваться вокруг, кто-то из скинов просто подошел и дал менту в рожу. Началась свалка, кучу народа позабирали, а все музыканты с инструментами успели благополучно уйти. Забавно, что меньше, чем через месяц практически все тоже самое повторилось в Москве на концерте, посвященном IV съезду НБП, хотя там нам удалось нормально отыграть почти всю программу..

Пластинки на ребрах


Вот здесь человек описывает распространившиеся в 50-х годах "пластинки на ребрах" и технологию их изготовления. Правда о самой технологии там совсем поверхностно. Я застал все это уже позже, после того, как производство было легализованно. Уже в 70-х (а может быть и раньше) годах работали совершенно легальные студии звукозаписи, в которых за очень небольшие (если не ошибаюсь, то по 10 копеек за песню) деньги тебе прямо в твоем присутствии нарезали любую песню из обширного каталога. Подозреваю, что эти студии проверяли крайне редко, т.к. в их каталогах открыто фигурировали и т.н. "запрещенные группы", типа Ottawan, Kiss, Dschingis Khan и т.д. Не знаю, как именно записывались "пластинки на ребрах" в 50-х, но те, что я застал писались уже с магнитофона на установку, внешне похожую на швейную машинку. В качестве основы для записи использовались тоже рентгеновские пластины, только еще чистые и без "ребер". Подставка с этой пластиной вращалась, игла "швейной машинки" раскалялась и вырезала на пластине дорожки. Уже в начале 90-х в одной из студий Саратова такую машинку, все еще в хорошем состоянии за неактуальностью выкидывали на свалку. У нас с товарищем была возможность уволочь ее домой, но она была тяжелая и нам стало лень. К тому же я тогда жил уже не в Саратове и там оказался случайно. До сих пор кусаю локти.

Так вот. А вдруг кто знает такую уцелевшую машинку? Или где-то встречал чертежи? Мне кажется, что там все должно быть очень просто. Т.е. я знаю, что есть современные крутые машинки для домашней штучной записи пластинок, но уж больно они дорогие, чтобы с ними заморачиваться.

Как анархисты музей захватили

В 88-90 годах недавно возродившееся анархисткое движение СССР переживало свой расцвет. Оно было одной из главных оппозиционных сил в стране, анархистские организации могли вывести на улицы по несколько сотен человек, на различных демонстрациях анархисты шли собственной колонной под целыми гирляндами гордо реющих черных флагов. В некоторых регионах анархисты и вообще и вообще возглавляли и организовывали местную демократическую оппозицию. И движение стремительно продолжало расти. Казалось, что еще немного и мы победим. Но период этот оказался очень непродолжительным. В 91-м году анархисткое движение начало стремительно разлогаться и превращаться в одну из маргинальных молодежных субкультур. Еще в марте 91-го нам удалось провести несколько весьма эффектных и эффективных акций против Генпрокуратуры (в связи с судом над несколькими нашими товарищами), а уже в мае того же года лагерь протеста против нижегородской атомной станции собрал всего пару десятков человек и получился провальным. Начиная с 92-го года анархисткое движение в России на несколько лет практически полностью исчезло, деятельность небольших оставшихся анархистских групп, в основном, ограничилась кухонными посиделками. Последними массовыми анархистскими акциями стали блокада запорожского коксохимического комбината в июле-августе 91-го года, анархистская баррикада у Белого Дома во время "августовского путча" и акция протеста против строительства Липецкого комбината по переработке рапса в сентябре 91-го года.
Collapse )