?

Log in

No account? Create an account

_devol_


Devol's Zeitschrift

Eile mit Weile


Previous Entry Share Next Entry
Орско-Халиловский металлургический комбинат (1929 - 1955)
_devol_
Photobucket
Орско-Халиловский комбинат, 50-е годы

Орско-Халиловский комбинат мог стать одним из крупнейших металлургических предприятий СССР 30-х годов, притом совершенно уникальным – работавшим на природно-легированных рудах. Проще говоря, способным выпускать широкую номенклатуру специальных сталей. По первоначальному плану комбинат должен был заработать еще в 1936 году, однако первая домна была введена на нем в эксплуатацию только в 1955 году.

Скудные данные о наличии на Южном Урале, в Орско-Халиловском районе богатых залежей магнезитовых, железных, железоникелевых и т.п. руд были еще до революции. Тогда на территории района действовало несколько кустарных добывающих предприятий. В 1922 году в Халиловском районе работает хромитовое рудоуправление со штатом в 200 рабочих. В 1924 году оно добыло 2,56 тыс. тонн магнезитовой руды. Весной 1929 года молодой геолог И.Л. Рудницкий по наводке местных жителей начинает искать крупные месторождения железных руд, и его поиски увенчиваются успехами.

Он находит крупные залежи Блявинских бурых железняков, открываются впоследствии месторождения никеля. Шурфы 1931-1932 годов показали помимо наличия больших запасов природно-легированных железных руд и значительные запасы меди. Несмотря на изначально скептическое отношение геологов к результатам исследования, ими заинтересовались в ВСНХ и Академии наук. Пробные плавки полученной руды на Верхнее-Туринском металлургическом заводе оказались удачными, а к 1931 году стало понятно, что найденные залежи руды представляют собой мощное рудное тело, относительно неглубокого залегания (толщиной до 20-25 метров) и тянущегося несколькими полосами от Башкирии до Казахстана через всю Чкаловскую (она была сформирована, конечно, позднее – в 1934 году) область.

Хотя по содержанию железа (50-54%) халиловские руды выглядели беднее, чем магнитогорские, содержание в них хрома, марганца и никеля было сочтено перспективным для строительства крупного производства. В 1932 году на базе открытых месторождений в поселке Халилово организуется управление «Халилруда», а добытую руду начинают поставлять на металлургические заводы: Верхне-Туринский, Липецкий, Тульский. За открытие Халиловского месторождения природно-легированной железной руды геолог И. Л. Рудницкий был занесен на всесоюзную Доску Почета. В следующие годы его карьера складывается тоже удачно – в 1935 году недалеко от будущего города Гая геолог находит богатые залежи никелевой руды. За такую находку Рудницкому подарили персональную легковую автомашину «Форд».

Странное строительство
Photobucket
ДК «Металлург» в Новотроицке, 50-е годы

В августе 1931 года в Халилово приехала комиссия ВСНХ СССР, которая детально изучила результаты разведывательных работ. По итогам ее работы было признано, что Халиловский железорудный район может стать крупной сырьевой базой для всего проекта Урало-Кузнецкого комбината. Но еще до этого, в июне 1931 года ВСНХ принимает решение о начале строительства на базе халиловских руд и карагандинских углей крупного металлургического комбината. Сроки при этом ставятся достаточно ограниченные – полный запуск комбината запланирован на 1936 год.

О том, как в следующие 5 лет шло строительство, известно мало. Геологи продолжали проводить исследования, однако реального возведения промышленного объекта черной металлургии не происходило. Одной из причин стали проволочки с проектированием. Только в 1933 году «Гипромез» и «Гипроруда» разработали проектное задание на строительство Халиловского металлургического завода. Предлагалось построить рудник, сортировочную фабрику, доменный, мартеновский и прокатный цехи.

По всей видимости, в силу нехватки финансовых средств и рабочей силы, строительство было заморожено. На тот момент это не было случаем уникальным – точно также были заморожены проекты Бакальского (Челябинского) и Нижнетагильского меткомбинатов. Объективно страна не могла одновременно тянуть строительство полудюжины крупных металлургических производств (вместе с КМК, Магниткой, Азовсталью и т.п.).

В 1936 году по приказу наркома тяжелой промышленности С. Орджоникидзе был создан трест «Орскхалилстрой» (с 1939 года – «Южуралтяжстрой»), которому поручалось строительство Халиловского завода. Однако на этот раз предприятие пришлось заново проектировать, поскольку речь уже шла о комбинате мощностью до 1 млн. тонн чугуна в год. Управляющим трестом был назначен С.М. Франкфурт, занимавший тогда должность уполномоченного Наркомтяжпрома по строительству в Орском районе (до этого он руководил «Кузнецкстроем»).

Тем не менее, вплоть до 1938 года не решенным оставался выбор конкретной площадки под будущий комбинат и, соответственно, с контрольными цифрами царила понятная неразбериха.

Вторая попытка
Photobucket
Гостиница «Металлург» в Новотроицке, 50-е годы

Чтобы решить окончательно вопрос с площадкой и подтвердить данные по геологоразведочным работам, весь 1938 год в Халилово работала центральная геологическая экспедиция во главе с академиком А.Е. Ферс¬маном. По его данным, общие запасы руды составили до 300 млн. тонн. Вопрос с площадкой решали дольше, но в итоге победило предложение первооткрывателя месторождения – И.Л. Рудницкого, о строительстве будущего комбината на правом берегу реки Урал, между Орском и Халилово. Как раз там, где находилось небольшое село Новотроицкое.

Весной 1939 года в резолюции XVIII съезда ВКП (б) о плане на III пятилетку было сказано: «Освоить выплавку и максимально внедрить в производство низколегированные стали, в первую очередь из природнолегированных чугунов на рудах Халиловского и других месторождений и начать строительство новых металлургических заводов на Южном Урале на халиловских и бакальских рудах».

Уже в июне 1939 года принимается решение Наркомата черной металлургии об утверждении площадки Рудницкого для строительства Халиловского металлургического завода. Летом 1939 года на нее начинают прибывать первые строители. Первые палатки строителей были поставлены на склоне холма - там вырос барачный поселок Максай. В других местах появились брезентовые поселки Стройгородок и Юрга.

Первоначально строили вспомогательные производства - деревообделочный и кирпичный заводы, бетонно-литейный, песчаный и каменный карьеры. Однако рабочих рук не хватало. Хотя в 1940 году было принято совместное постановление ЦК ВКП (б) и СНК СССР о строительстве Орско-Халиловского комбината, строительство продвигалось крайне медленно (шли т.н. "подготовительные работы"). Достаточно сказать, что на стройке практически не было техники – ни одного крана, трактора. Первоначально механизация была вообще представлена лишь одной полуторкой. Все делали руками и на конской и верблюжьей тяге. Немногочисленные строители (до 1,5 тыс. человек) жили преимущественно в землянках и примитивных бараках.

С началом войны численность строителей еще более уменьшилась. Летом 1942 года началось сооружение первых цехов металлургического комбината. До конца года было освоено около 24 миллионов рублей. Строители заложили фундаменты огнеупорного, фасоннолитейного и механического цехов, начали строительство подсобных объектов. Не хватало людей, строительных материалов, оборудования. В 1942 году были сданы несколько двухэтажных жилых домов. Одновременно строились железные рудники Халилруда и Аккермановский, а также никелевый рудник— Айдарбакский.

В отличие от Бакалстроя, ОХМК возводилось с применением лишь ограниченного количества дополнительной трудовой силы в виде «мобилизованных», заключенных и трудармейцев. Одной из причин было то, что контингент лагерей был занят на других многочисленных объектах Чкаловской области. Свидетельствует Г.А. Фельдгун, бывший в начале 1943 года заключенным Орской ИТК №3:

«Три месяца - февраль, март, апрель 1943 года я просидел в канцелярии санчасти Орской ИТК № 3. Мне пришлось переписывать каллиграфическим почерком (уж я старался, как мог) списки больных и умерших на всех восьми лагпунктах - участках, как их здесь называли.
Первый участок обслуживал Орский никелькомбинат, второй — номерные военные заводы, на третьем участке находился стационар, куда я попал, а также штаб и командование всей колонии, четвертый считался штрафным и располагался сравнительно далеко от города, в поселке Аккермановка. Заключенные работали там на никелевом руднике. С пятого и шестого участков работяги ходили "вкалывать" на Орскую ТЭЦ, две трубы которой густо дымили день и ночь. Седьмой участок обслуживал мясокомбинат.

Там, говорят, текли молочные реки в кисельных берегах. Попасть на седьмой участок было мечтой каждого заключенного. Восьмой участок поставлял рабочую силу для новых строек. Наконец, еще имелся, хотя и не входящий в номенклатуру, но реально вполне существующий, девятый участок. Он находился в двух-трех километрах от так называемого соцгородка, по дороге на Ново-Троицк. Здесь умерших заключенных закапывали в землю. Могил практически не было, после захоронения почву сглаживали и из земли торчали только палки с бирками, на которых обозначались какие-то цифры.

Теперь это печальное место, наверное, давно застроено и прах погребенных смешался с неласковой уральской землей. Но ныне живущие здесь должны знать и помнить, что они ходят по костям десятков тысяч людей, некогда пригнанных в Орск и нашедших здесь мученическую кончину.

Свидетельствую - в феврале, марте, апреле 1943 года в Орской ИТК № 3, в которой находилось примерно семь-восемь тысяч заключенных, ежемесячно умирало от трехсот до четырехсот человек. Каждое утро я вручал начальнице санчасти списки "экзитировавших" с указанием фамилии, имени, отчества, года рождения, статьи, срока и обычного диагноза: "Пеллагра с авитаминозным поносом", или реже - "ТБЦ пульмонум".

Начальница Купрович произносила сокрушенно что-то вроде "Ах, ах, ах" и ставила свою закорючку: "Ку, ку, ку..." После этого санитар и старший статист, тот самый мордастый парень, шли в барак или к телеге, на которой привезли мертвяков, и тащили их к погребу, нашему своеобразному моргу. Вниз вели двенадцать-пятнадцать ступенек, но никто туда и не думал спускаться. Ребята брали труп за руки и ноги, раскачивали его, и он "ласточкой" летел вниз. Примерно раз в неделю появлялись вохровцы и забирали все, что накопилось в погребе, за зону. Но предварительно каждому мертвецу, как говорится, на прощание прокалывали штыком живот или грудную клетку».

http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/auth_pages.xtmpl?Key=13850&page=45

В конечном итоге до конца войны строители ОХМК сумели построить только огнеупорный цех, но население Новотроицка к 1946 году все же достигло почти 17 тыс. человек. Ускорились строительство ТЭЦ, коксовых батарей, завершалось сооружение фасонно-литейного и кузнечного цехов, велось сооружение крупного цементного завода.

Есть металл
Photobucket
Строительные работы в Новотроицке, 50-е годы

Бытовые условия самих строителей все это время были, мягко говоря, спартанскими. Вплоть до начала 50-х годов основная масса населения жила в бараках и даже землянках. Примечательно, что первое родильное отделение в городке размещалось в землянке. Первая школа находилась в саманном бараке, а весь городской вокзал располагался в железнодорожном вагоне. Окончательно город стал отстраиваться только в 50-е годы (первый трехэтажный дом построен в 1953 году).

На строительстве комбината дела шли, однако, ни шатко, ни валко. В 1950 году была сдана первая очередь ТЭЦ, в 1951 году началось строительство первой доменной печи (!), в 1953 году введены в эксплуатацию 4 коксовые батареи, в следующем году начала работу дробильно-сортировочная фабрика Аккермановского рудника. И только 5 марта 1955 года домна №1 выдала первый чугун. В том же году заработал цементный завод. 26 марта 1958 года состоялась первая плавка металла в мартеновском цехе.

Пусть и с опозданием в два десятилетия, но комбинат все же заработал!

Обновление в su_industria

  • 1
Интересно, как сложилась судьба Рудницкого. Он, случайно, не оказался "врагом народа"?

хм. Вроде бы он умер в 1975 году (на 87 году жизни).

Ведутся ли сейчас подобные исследования и разработки с привлечением академиков, комиссий, типа комиссии ВСНХ, и где интересно?

наивный вопрос :)

я был в Новотроицке на химии, иначе - стройки народного хозяйства, по амнистии Олимпийской 1980 года, как раз на строительстве Орско Халиловского металлургического комбината, народа работало тогда много, тысячи людей, сужу по количеству народа в столовых комбината, работал на прокладке узкоколейки на территории комбината, но так как работал плохо, через 9 месяцев меня вернули в лагерь.. интересное место.

  • 1