Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

port

Сказ о змее лютом и о коте певчем

Хочу чтобы здесь это тоже было!
Не все же меня на фейсбуке читают?

СКАЗ О ЗМЕЕ ЛЮТОМ И О КОТЕ ПЕВЧЕМ

Предисловие издателей

Любителям и знатокам старообрядческой духовной литературы, вероятно, с давних пор знаком тот оригинальный текст, пересказ которого приводит Леонид Пономарев в своей знаменитой книге «Путешествие по достопамятным местам Олонецкой губернии», опубликованной в 1837 году. Как известно, ценность этого труда выходит далеко за пределы собственно путевых заметок и содержит ценнейшие сведения о быте и культуре старообрядческих поонежских и заоонежских общежительств, собранные в ту пору, когда последние ещё не были окончательно разорены николаевскими властями. Надо также отметить, что Леонид Варсонофиевич пользовался отменным доверием своих собеседников и не раз получал возможность знакомиться с уникальными предметами и документами. К числу таких документов и относится фрагмент сказания, которое исследователям не удавалось обнаружить до самого последнего времени ни в одном аутентичном источнике. Поиски исходного текста затруднялись ещё и тем обстоятельством, что Пономарев, вероятно, не имея достаточно времени, чтобы скопировать документ, бегло пересказывает его современным языком. И хотя этот пересказ давно и хорошо известен всем исследователям, мы позволим себе привести его еще раз:
«И стояла в месте том с давних времён церковь высоты и красоты необычайной, но случилось так, что место то обезлюдело. Люди его оставили, дома их разрушились и поросли тернием, так что вскоре даже сами места, где они прежде стояли, невозможно было различить.
И случилась однажды в месте том буря и от бури оба креста с церкви той пали - один на землю, другой же - на кровлю её.
И тогда сошли с небес два ангела, чтобы воздвигнуть кресты обратно, но не желали они смущать людей и вводить их в искушение и потому стали как два мужа простых и приступили к работе как обычные мастера. И никому из людей, приходивших к церкви той, не было открыто, кто они есть на самом деле, а только птицам небесным и зверям полевым.
А среди зверей тех был один кот малый певчий, пришедший обитать с ними и утешать их до той поры, пока они не закончат работу свою... (Л.В. Пономарев. Путешествие по достопамятным местам Олонецкой губернии. СПб., 1837. С. 282).

Исследователи уже практически смирились с тем, что виденный Пономаревым оригинал был безвозвратно утрачен, однако не далее как в этом году сотрудникам нашего института удалось, наконец, его обнаружить в рукописном сборнике конца XVI века, происходящем из Выго-Лексинского общежительства и переданном впоследствии в Петрозаводский кафедральный собор вместе с остатками общежительной библиотеки (ИРЛИ, Карельск. собр. № 20. Л. 120–124 об.). Судя по владельческой надписи, он принадлежал наставнику Владимиру (беглому попу Володьке) – известному выговскому деятелю первых десятилетий XVIII века. Даже беглое сравнение этого текста с записями Пономарева не оставляет сомнений, что перед нами тот самый документ, который в свое время был пересказан путешественником и исследователем.
Краткость обнаруженного текста наводила на мысль, что перед нами не законченный рассказ, а только его фрагмент (сборник несколько раз переплетался заново, и часть и листов могла быть при этом утрачена). Поиски полной версии грозили растянуться ещё на несколько десятилетий, но удача улыбнулась исследователям снова – полный текст «Сказания о змее лютом и коте певчем» оказался включен в другой, более поздний рукописный сборник конца XVIII столетия, принадлежавшей известной лексинской наставнице Татиане (Красновой), которая на протяжении более сорока лет (с 1759 года) управляла общежительной богадельней. При этом не оставляет сомнений, что этот текст был тщательно скопирован из сборника беглого попа Володьки, поскольку разночтения между его первой частью и сохранившимся древним фрагментом практически отсутствуют. Именно по этой причине в настоящей публикации первая часть Сказания приводится только по древнему фрагменту, а вторая – уже по позднему сборнику наставницы Татианы (ИРЛИ, Карельск. собр. № 732. Л. 440–471 об.).
Особую благодарность издатели выражают старшему научному сотруднику Государственной Третьяковской галереи Е.В. Буренковой, подготовившей оба фрагмента к публикации.

В приложении к настоящей публикации приводится также материал, подтверждающий, что данный сюжет не носит уникального характера и имел хождение в древнерусском фольклоре – это рассказ крестьянки села Артюшкино Ульяновской области Татьяны Обориной, 1878 г.р., записанный студентами ПГУ в 1955 году (публикуется по изд.: Материалы фольклорно-этнографической экспедиции филологического факультета Псковского государственного университета по Ульяновской области летом 1955 года // Учёные записки Псковского государственного университета. Вып. 26 (Отд. русской филологии). Псков, 1956. С. 8, 9). Нет сомнений, что эта народная версия возникла не ранее второй половины XIX века, уже после появления пушкинских «Руслана и Людмилы». Однако в основе ее лежит тот же сюжет, который донесли до нас старообрядческие сборники.

Collapse )

 photo Liaga.jpg
port

Хорошая проповедь

Проповедь и правда - совершенно замечательная, а дополнение - очень трогательное и точное:-)
Очень способствует тому, чтобы не озвереть (в плохом смысле слова) и сохранить праздничное настроение на подольше - несмотря на всё, что происходит за бортом...

Оригинал взят у alan_christian в Хорошая проповедь
на Рождество - от отца Иакинфа Дестивеля. Вдруг кто не видел, со мной вот сегодня поделились.
Тут как-то Дестивель, по-моему, немножко похож на брата Эли-Паскаля... Ну так Эли-Паскаль же был у него магистром новициата, кстати. Жанр contes... который он так любил) Вот сравните хоть - рождественская проповедь тоже - http://alan-christian.livejournal.com/434395.html

Когда все ангелы и пастухи уйдут, Младенец, Мария и Иосиф будут спать, и лишь осел, вол и овца хранят их покой в вертепе. Три животных, не самых благородных. Они очень похожи на нас с какой-то точки зрения. Они не самые выдающиеся представители фауны, но тем не менее они присутствуют в самый торжественный момент истории мироздания, они пришли. Они, как и мы, пришли тогда, когда другие уснули, они уступили свою кормушку под колыбель рождающемуся Богу. Когда мы представляем себя в Вифлееме, то можем вообразить себя пастухами. Но можем представить себя и этими животными. Я бы хотел их описать такими, немного в духе басни, какими они мне видятся.

Только мне тут не хватило меня, потому что как-то все три зверя совсем уж не мои. И тогда я придумал туда собаку. Ну вот такую, которая в углу вертепа лежит. Или сидит, почти в любом вертепе есть же, с пастухами пришла или с Иосифом...
Получилось как-то так:

"А это собака. Конечно же, она тоже пришла, потому что твердо уверена, что без ее участия ни одно важное событие не может обойтись. У собаки шило в заднице, она никогда не бывает в покое и все время чего-то рыщет, по ее мнению - блага хозяина, но не без вывертов: например, поваляться в помойке, невзирая на то, что хозяин это объективно не одобряет, ей порою ничто не мешает. При этом она нередко считает себя важнее выпасаемых в глазах хозяина, лицом, приближенным к нему, хотя, обратим внимание, достаток хозяина исчисляется именно в выпасаемых, а она - существо вспомогательное... При виде Младенца она пытается первым делом его присвоить, то есть отогнать подальше всех остальных и носиться кругами; потом, когда ей укажут на ее место, она вытягивается под яслями и прется от мысли, что если кто придет Младенца обижать, уж тут она его цапнет за ноги. Еще она может разлаяться не ко времени, когда Младенец спит, и св. Иосифу придется бросить в нее башмаком, чтобы замолчала. Но в целом она ведь тоже очень уместна тут, в вертепе, а еще она больше всех остальных представленных тут животных умеет радоваться!"
port

Воскресное

Думаю, этой ночью даже самые терпеливые отчаялись дождаться воскресной картинки, поскольку большая ее часть (как, собственно и почти весь день накануне) были посвящены сборам в дорогу.
Сейчас они практически закончены и можно вспомнить, что прошедшее воскресенье было первым воскресеньем Адвента, что делает сегодняшнюю картинку, мягко скажем, несколько нетрадиционной.
Хотя вполне согласующейся с Апостолом и Евангелием этого дня:-)

Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа. Непрестанно благодарю Бога моего за вас, ради благодати Божией, дарованной вам во Христе Иисусе, потому что в Нем вы обогатились всем, всяким словом и всяким познанием, — ибо свидетельство Христово утвердилось в вас, — так что вы не имеете недостатка ни в каком даровании, ожидая явления Господа нашего Иисуса Христа, Который и утвердит вас до конца, чтобы вам быть неповинными в день Господа нашего Иисуса Христа. Верен Бог, Которым вы призваны в общение Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего (I Кор 3:9).

Photobucket

Для тех, кто не помнит этих львов, слонов и леопардов (не говоря уже об ангелах) в лицо, сообщаю, что перед вами - "Воскресение мертвых" из мозаики Страшного Суда в церкви Санта Мария Ассунта в Торчелло.
Надеюсь, мы с ним в скором времени увидимся:-)

А в нагрузку к веселым львам, слонам и леопардам - как и положено в начале поста - грустная покаянная лауда Ciù per la mia via на стихи флорентийского драматурга Фео Белкари (1475 год).
Исполняет ансамбль Дедалус
port

Немного Дорсодуро...

...или о прелестях зума:-)

Меня тут спросили в предыдущем посте - неужели мне действительно удалось подобраться к островным котам так близко? Или я воспользовался фотоувеличением?
Разумеется, коты были увеличены:-)
Но с помощью увеличения можно снимать не только котов.
Вот, например, чудесный домик с садиком в Дорсодуро, напротив набережной Ардзере

Photobucket


Collapse )
Это - тоже Дорсодуро, церковь Санта Мария Мадджоре
Photobucket


Collapse )
Кстати, пока мы гуляли по Дорсодуро, vespro угощала меня венецианскими рассказами-страшилками, вычитанными в свежекупленной книжке "Venezia enigma".
Один из них, между прочим, был как раз про кошку:-)
Collapse )
port

(no subject)

Вчера, пытаясь объяснить Лизе, где именно мы с Таней подцепили В.Ф. (я был настолько изумлен этим фактом, что немедленно поделился с ней, а заодно и с ее молодым человеком), я запнулся и пробормотал что-то невнятное...
Более или менее законченная формулировка появилась немного позже. Темная сторона Интернета - вот что сначала пришло мне в голову. Но теперь я понимаю, что и это неправильно. В темноте невозможно никого узнать - темнота, так же, как и свет стирает индивидуальные черты. Так что это была, скорее, некая сумеречная зона...
А вообще я люблю гулять в сумерках. Особенно летом по римским холмам. Там ходят такие изумительные стаи разноцветных кошек...