July 3rd, 2009

port

Рыбка Поньо

Ну, вот - это, наконец, случилось. Миядзаки сделался, наконец, настолько стар и мудр, что может снова обращаться непосредственно к детям.
Надеюсь, что он еще успеет сказать им самое главное - так, что они смогут это понять и услышать.
То "главное", что уже отчасти звучало в его других, отнюдь не детских фильмах. Что-то более важное, чем пацифизм, или даже экология...

"Бабушка Юбаба - здесь нет моих родителей!"

"А тебе оно, правда, нужно? Только смотри - береги его!"

После всех сюжетных "наворотов", которые, при всей своей увлекательности, могут показаться слишком вычурными, а иногда и вовсе излишними - прозрачно-простой финал, в котором внезапно оказывается, что всё зависело совсем не от наворотов. Не от того, насколько успешно ты прошел все "испытания" и какие "подвиги" успел за это время совершить. А только от самого тебя - от подлинности и чистоты твоих помыслов. И, наверное, в новом фильме не было бы ничего принципиально нового, если бы не одно обстоятельство. Подлинность и чистоту помыслов обрести очень трудно. И враг рода человеческого измыслил множество различных способов, чтобы отравлять их - чем раньше, тем лучше. Причем так, чтобы мы не замечали отравы, полагая, что наши чувства остаются самыми что ни на есть благородными и возвышенными.

Сразу оговорюсь - те несколько абзацев, которые мне, наверное, удастся из себя выдавить дальше, относятся к тому напрочь дискредитировавшему себя жанру, который называется "индивидуальный мистический опыт". И человек, который ни с того, ни с сего начинает им "делиться" практически неизбежно воспринимается окружающими, как сумасшедший - что в большинстве случаев, к сожалению, оказывается совершенно справедливым.
Я безусловно допускаю, что мне всё "привиделось". Что я предубежден, пристрастен и, в конечном счете, абсолютно неадекватен. И что вторые сутки я думаю о воображаемой победе над воображаемым врагом, которого никто ни разу не имел в виду.
Но есть шанс, что мне это не привиделось. Потому что исходно это всё-таки была "Русалочка" - едва ли не самая страшная сказка насквозь больного человека, наделенного всеми возможными психическими отклонениями, игралищем которых он был всю свою жизнь. Человека, всю жизнь боявшегося других людей, но всю жизнь от них зависевшего и потому - не оставлявшего их своими бесконечными домогательствами. Человека, патологически бездарного во всем, кроме одного-единственного жанра - своих так называемых "сказок", странную и болезненную жестокость которых отмечали очень многие, и которые, несмотря на это, по прежнему входят едва ли не в обязательный круг детского чтения во всем мире. А еще - я прошу обратить на это особое внимание - человека, страстно и, казалось бы, абсолютно безосновательно мечтавшего о славе всю первую половину своей жизни, и получившего эту самую славу в ее второй половине - да еще в таких количествах, которые оставили далеко позади все самые смелые его мечтания. Только славу - ни дома, ни семьи, ни достатка, ни здоровья ему так и не обломилось. Впрочем, ничего это он по-настоящему и не хотел, поскольку именно тщеславие было главной, непрерывно пожиравшей его страстью. Вас не настораживает такое неожиданное, ничем не мотивированное исполнение желаний, причем далеко не самых невинных? Меня настораживает и даже очень.
Впрочем, главное здесь не обстоятельства жизни - хотя и они весьма и весьма примечательны - а сами сказки. И дело даже не в бесконечной череде разнообразных "изуверств", вроде замерзших насмерть девочек, убитых походя бабушек, отрубленных ножек или отрубленных голов, которые погребают в кадках с цветами. Настоящий ужас состоит здесь в том, что психически больной человек, ничего не знавший о нормальных человеческих отношениях и никогда не пробовавший в них вступать, из раза в раз объяснял - и достаточно убедительно и доходчиво! - что эти отношения есть ни что иное, как бессмысленная и бесконечная садо-мазохистская игра, в которой сам "приз" по большому счету не имеет никакого значения. Кто-то его получает - как Герда или Элиза, кто-то нет, но не это главное. Главное, что человек, на них осмелившийся, обречен на невероятные и несоразмерные жертвы, которые он должен будет приносить с молчаливой кротостью. И что доказать свою любовь можно, только плетя рубашки из крапивы ночью на кладбище, или разгуливая босиком по тундре.
Разумеется, я не хочу сказать, что теми играми в "палача" и "жертву", которыми многие из нас заменили нормальные человеческие отношения, мы обязаны только Андерсену, но... Все мы читали эти сказки в детстве и многие из нас восхищались "героической самоотверженностью" их героев. И многие - если честно! - вспоминали о ней в далеко уже не детском возрасте, когда казалось, что стоит сплести двенадцать рубашек из крапивы - и чудо произойдет. А другие - нет, конечно, это были не мы! или, всё-таки, тоже - мы? - ждали, когда эти двенадцать рубашек сплетут ради них, а если их оказывалось всего-навсего десять или даже одиннадцать - уходили, разочарованно пожимая плечами...
Но вернемся к Миядзаки. "Мальчика ждет страшное испытание! Сумеет ли он его выдержать?" - об этом спорят родители новой Русалочки. И именно здесь мы подходим ближе всего к исходному сюжету. Да-да, вот оно - "страшное испытание"! Сейчас начнутся отрубленные ноги и рубашки из крапивы. Любовь ведь надо доказывать и заслуживать! И пусть перед нами - по непонятной прихоти режиссёра - всего лишь пятилетний мальчик, от этих испытаний ему никуда не деться. Мы так привыкли. Нас так научили. Мы этого ждем.
Собственно, этого ждал даже я - с некоторой отчаянной обреченностью, потому что перспектива лицезреть "страшные испытания" трогательного пятилетнего мальчика никакого восторга у меня не вызывала - но ведь против архетипа не попрешь?
Оказалось, что очень даже попрешь и что никакой это не архетип, а вовсе злобный морок. Что и для залатывания "отнологических дыр" в мироздании и для, того чтобы помочь другому стать человеком, потребна всего лишь всё та же чистота помыслов, которую нужно, на сей раз, продемонстрировать перед всевидящим взглядом Владычицы морей. "Поньо - хорошая!" - вот те волшебные слова, которые должен был произнести пятилетний мальчик, и он их, разумеется, произнес. Не знаю, как у остальных зрителей, но у меня в этот момент в голове точно лопнул какой-то особо гнойный нарыв, и зловещий призрак безумца с черным зонтиком развеялся вместе со всеми своими ночными кошмарами...

P.S. Конечно, я понимаю, что перестать, наконец, давать детям читать Андерсена - задача практически неисполнимая. Образ "доброго сказочника", который будет учить детей "любви" и "самопожертвованию", слишком прочно засел в коллективном бессознательном. Но всё-таки - если вы решите, что вашим детям для чего-то нужно выпить эту отраву, - не забудьте - пожалуйста! - дать им то противоядие, которое придумал для них мудрый дедушка Миядзаки, давно заслуживший свою нирвану, но, как некий боддхисатва, всё ещё не покидающий нас из сострадания...