May 11th, 2009

port

(no subject)

Одно из преимуществ моего почтенного возраста является возможность наблюдать некоторых людей некоторые вещи в их развитии. Ну, и иногда – если получается – извлекать более или менее ценные уроки из подобных наблюдений. Очередное напоминание об этом я получил, когда в минувшую Великую Субботу нас с vespro занесло на очередной концерт барочной музыки – на этот раз в Третьяковскую галерею. Концерт был вполне себе замечательный, но рассказать – и, между прочим, уже довольно давно – я хотел совсем не о нем.
Поскольку на мероприятиях подобного рода примерно четверть людей - мои хорошие знакомые, а остальных я отчего-то смутно помню в лицо, возникает неизбежная привычка оглядываться между номерами, чтобы поздороваться, а заодно понять, к кому нужно первым делом бежать в антракте:-) Оглянувшись в очередной раз, я заметил необычайно симпатичного молодого человека, лицо которого показалось мне смутно знакомым, после чего, не без помощи Тани, опознал в нем старшего сына своего самого близкого друга. Собственно, решающую роль при этом сыграло именно сходство с отцом, поскольку так получилось, что этого молодого человека мне доводилось видеть только в колыбели и на фотографиях, да, и еще один раз, неожиданно и почти случайно - в позднем отрочестве.
Оставив свою первую жену много лет назад, мой друг со своим старшим сыном больше не общался. Обстоятельства – главным образом, экзистенциального характера, – бывшие тому причиной, и нравственную оценку исходного сюжета я, с вашего позволения, оставлю за скобками. Интересно другое. По обрывочным сведениям, доходившим до меня, я знаю, что, несмотря на «безотцовщину», юноша получился вполне себе умный, творческий и успешный – и в частности, успешно овладевает сейчас вполне престижной творческой специальностью, которой в свое время не удалось овладеть его отцу. В том, что внешне он значительно симпатичнее, чем был в юности его отец, я мог убедиться самым непосредственным образом. А еще меня поразило чувство спокойной уверенности в себе на его лице – вот этого выражения точно не было на лице его отца в соответствующем возрасте, когда все мы смотрели на окружавший нас «враждебный мир» несколько растерянно и одичало.
Итак, прошло больше двадцати лет – и передо мной умный, способный, красивый и уверенный в себе молодой человек. И кажется, что ничто не напоминает о тех безумных страстях, которые предшествовали его появлению на свет и сопровождали его несколько первых лет жизни. Да и сами эти страсти помнятся уже как-то смутно, как заковыристый сюжет читанного в юности романа. Что-то уже отработано участниками, что-то уже забыто – за сроком давности. Тем более, что все мы уже в том возрасте, когда сам вкус страстей потихоньку забывается и остается только одно достаточно сильное желание - обрести напоследок мир с самим собой.
И всему этому можно было бы только порадоваться, если бы не подозрение, что именно сейчас, в данный момент, этот умный, красивый и успешный молодой человек, скорее всего, совершает те самые ошибки, над которыми ему придется работать двадцать лет спустя, когда настанет его очередь искать мира с самим собой...