Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

умолчание

(no subject)

день рождения братьев. волосы будут пахнуть костром еще несколько дней. Измайловские комары, конная милиция, близкие глаза лошадей: дайте ему мяса, не бойтесь, не укусит. не штрафовали, на прощание улыбались: мы к вам еще заедем! постоянно следить, чтоб кто-то не потерялся в темноте, не упал, выбрался. задираешь голову - и деревья, деревья напополам с небом. Данка, которая хотела остаться ночевать в садах Питера Пэна, врывается в чужой хоровод и танцует в кругу пенсионеров: - Это мои бабушка и дедушка!
все живое и хрупкое, все хочет любви, как бы это не проявлялось. все кричит об этом. люди живые - потому напиваются, ревнуют, падают, танцуют, обнимая деревья, снова встают, медленно тянутся к метро, в очередь за счастьем. я люблю их всех (почти всех), но я хочу, чтоб всем им было хорошо. никто не уйдет обиженным, никто из нас не выйдет отсюда мертвым. - Саша, давай, соберись, девушки не должны тебя тащить, - Вова легонько подталкивает Сашу, и Саша идет на удивление ровно, Сашка не падает, Данка собирается замуж сразу за двух проходящих мимо мужчин, - и мы выходим из сумрачного леса.
неожиданно в метро с виду вполне обычные мужики начинают кричать "хайль" и "бей чурок", топать ногами, запрыгивать на сиденья. Мы переглядываемся с сидящим рядом таджиком, и я наклоняюсь, чтоб хоть немного его загородить
умолчание

(no subject)

как только ясно чувствуешь, что человек видит тебя как-то не так, так сразу как-то остываешь к нему. никаких прям отрицательных эмоций нет, просто как-то неинтересно становится. видимо, нам так важен этот образ себя. вот ты слышишь, как он думает о том, какой ты - и ты там какой-то совсем не такой. может, даже это вовсе неплохие слова, только ты внутри понимаешь, что это почему-то не о тебе. а, может, это как раз и о тебе, просто ты пребываешь в иллюзии? но как же тогда - совсем нельзя полагаться на собственное чувствование и внутреннее ощущение? а что же еще тогда остается, если его не будет? нет, надо все-таки полагаться. и ведь есть иллюзии, их тоже чувствуешь. просто образ Я должен же быть ну хоть как-то похож. тем более, если как-то нет изменений. или их не видишь?
в любом случае, надо быть терпимей к людям. и если они говорят что-то, что тебе не нравится, то ведь вовсе не с целью задеть. просто так говорят. и не виноваты, если это вдруг по какой-то причине задевает тебя.
все равно главный ориентир - ты сам. во всем. может, увы, а, может, это и правильно. но по-другому не выходит, что ж тогда рассуждать.
хочется, конечно, иногда, чтоб поняли, что ты вовсе не такой! а лучше! выше, сильнее по духу. и вообще вот такой, как в душе. но ты все равно такой, какой есть. так что опять-таки нет разницы. и, значит, переживания по этому поводу вполне можно умерить )
люди хорошие. и им, в принципе, нет дела до того, какой ты.
ст

(no subject)

- Наказал его Бог, сволочь такую, -
говорит тетя Света,
телефон прижимая к уху -
шея набок.

Тетя Света - простая тетя.
Обо всем говорит как может.
И живет, получается, тоже
на свою зарплату.
Если хам ты - так тетя Света
так и скажет:
и куда смотрели твои родные,
и чему тебя не учили в школе.

Если вдруг одет ты слегка небрежно, -
ха! - тетя Света не лыком шита! -
тут же в хиппи тебя запишет,
волосатые и смешные.
Хорошо хоть за мир мы, хиппи.

Если пиво ты пьешь на лавке,
если всюду таскаешь книги -
тетя Света тебя осудит
(некультурный и шибко умный).

Тетя Света, простая тетя,
для нее ворота открыты,
и ее небесное царство.

Тетя Света, ты станешь светом.
Хиппи, ты станешь светом тоже.
Станешь светом и ты, "эта сволочь".
Вот теперь, наконец, мы можем
примириться и разобраться,
посидеть на лавочке с пивом,
почитать друг другу на память,
улыбаться тому, кем были
и чем стали
умолчание

(no subject)

что-то так устала от этого текста. Все новые и новые окончания. Пусть уж будет так. Сколько можно-то.

Collapse )
умолчание

(no subject)

слышала неоднократно, что есть люди, которые "спят" (их большинство) и те, которые "проснулись". каков же критерий пробуждения? только ли осознанность?
мне кажется, я вообще не видела таких спящих людей. у всех так или иначе есть рефлексия. все так или иначе перерабатывают собственный и чужой опыт. если и не все любят, то все так или иначе "хотят" любить (просто способы разные). как будто бы это разделение отдает чем-то неприятным, как все разделение вообще (какими бы ни были его признаки)
умолчание

(no subject)

иногда мне кажется, что вообще никакой внешней жизни нет. ну, то есть, она есть, конечно. происходят какие-то события. выбирают папу, что-то бомбят, умирают люди, новый президент и повышение цен на бензин. но все основное происходит в наших головах и наших душах. а потом это, то, что происходит, влияет на реальность. мы своей внутренней жизнью вызываем все эти события. вот этот снег, например.
ст

мозамбик

видимо, он будет еще дорабатываться. что-то в нем слегка тревожит меня. но пока пусть будет в таком варианте, да. он мне важен.



мы все-таки не едем в мозамбик.

африканские дети,
простите, пожалуйста, нас.

вот качнулся диван,
и все дальше он стал,
мозамбик
мозамбик
мозамбик

мы пытались менять этот мир,
начиная с себя.
постарались вот тут
и вот тут.
но ведь насморк,
и трудно вставать,
когда снег и темно.
и как будто закончилась жизнь.

мы не едем.
мы снова не едем.

это ж сколько утопий.
все - мимо.
и умные люди поймут:
в мозамбике все будет,
как тут:
и вставать,
и лекарства нести,
и кого-нибудь не спасти.

мозамбикские дети,
простите, пожалуйста, нас.
Эфиопия, тоже прости.

хорошо, мы поднялись с дивана
и смотрим вокруг:
мозамбик - прямо тут.
его столько, что не унести.
волонтеры, каширка. скороходовы ольги
боятся спускаться в метро.
и ты можешь стать их профессором соколянским,
если чуть-чуть постараться.
это совсем легко.

и что-то там делаем,
жертвуем,
успокаиваемся.
и, кажется, будто уходит какая-то тяжесть.

и тут она возвращается.

мозамбик не становится ближе.
мир по-прежнему неизменим.
ты согласен отдать кусок изо рта
какой-нибудь девочке из Анголы.
но ты не едешь туда.
не едешь туда,
и пустота,
возвращаясь в тебя,
чувствует, что  попала домой.

снова коришь себя за бездействие.
снова вздыхаешь: эх, интеллигенция.
и посверкивает диванной звездой -
то есть бездной.

ольги скороходовы плачут:
а как же мы?
но ты помнишь только одно:
мозамбик,
мозамбик.
Эльдорадо мое.
Иерусалим.
Атлантида.

африканские дети,
простите, пожалуйста, нас.
но они не простят.
они ж просто не знали,
что мы собирались.

быть добру, - говорит твой отец.
и он, разумеется, прав.

мозамбик прорывается в нас
и течет, ускоряясь,
куда-нибудь к морю.
мы не едем. -
да просто давно уже там.
утром снова проснемся в насморк,
но пустота,
дозвонившись привычно,
поймет, что ошиблась номером.

африканские дети,
мы спасаем себя,
мы спасаемся с вами,
мы верим в наш скорый приход.
мы прощаем себя.
мы прощаем.
это совсем  легко.

быть добру, - говорит твой отец.
это значит, что скоро - добро.

скороходовы ольги
спокойно заходят в метро,
не боясь турникетов.
мы все вместе сходим на станции "мозамбик"
и каждый день делаем эту жизнь
такой, какая она есть.

быть добру, - говорит твой отец.
это значит, добро уже здесь.
вот идет его медленный поезд

ст

(no subject)

у нас есть все,
в том числе надежда

на
теорему Пифагора
шариковую руку
полторы тысячи
километров неба

возможность называть придумавшего все это
разными именами
в том числе и своим

у нас есть все
для роста и развития

землетрясения
вулканы
цунами
голод, холод
массовая агрессия
смертельные болезни
несмертельные болезни
одиночество и
соседи

мы почти готовы
к обратному переходу
из суши
в небесное море

на новую ступень эволюции

без слов
без осени
без багажа