Ярило (_che) wrote,
Ярило
_che

Categories:

Тяжелый смысл "арабской весны"-2

Оригинал взят у sapojnik в Тяжелый смысл "арабской весны"-2
Помню, в далеком уже советском детстве напротив моего дома был один-единственный магазин «Продукты». Неподалеку была еще «Булочная» - но до нее надо было добираться уже 2 остановки на автобусе.

Сейчас напротив моего дома на той же самой окраинной московской улице… дайте посчитаю… так, три, четыре… шесть! … шесть продуктовых магазинов, один из них – сетевой универсам. Плюс еще отдельно мясная лавка, отдельно магазин фирменных колбас, отдельно еще довольно большой овощной зал, где торгуют только и исключительно многообразными фруктами и овощами.

Одно из очевидных следствий такого изобилия предложения – отсутствие очередей. Если в «Продуктах» в 80-х даже за какими-нибудь яйцами приходилось выстаивать в очереди по 2 ч, то теперь очередей практически нет; а если и скапливается где у прилавка 3-4 человека – всегда можно развернуться и пройти 15 м до соседнего магазина, где тебя обслужат сразу…

Однако, вернемся к советскому времени. Был один-единственный магазин товаров повседневного спроса на всю округу. Да, были очереди – но, очевидно, советские планировщики (ведь в СССР экономика была плановой, верно?) посчитали, что этих «Продуктов» будет вполне достаточно. Да, малость постоят люди в очереди – так что ж? От очередей никто не умирал.

И верно! Мы так жили десятилетиями – отоваривались в «Продуктах», если приспичит – ездили за несколько остановок в другие магазины, стояли в очередях там… Жили же, никто не умирал. Зато какая была радость, если удавалось «поймать» с минимальной очередью нужный продукт, например, те же яйца! Нынешние покупатели таких мини-радостей лишены, они даже не знают, что это такое… Эх, было время!

Если взглянуть с этой точки зрения на нынешнее буйство торговой продуктовой розницы напротив моего дома – на контрасте с советским аскетизмом – то что мы увидим? Правильно – мы увидим ИЗБЫТОК. Даже – ИЗЛИШЕК. Ну в самом деле – если хватало одного магазина, то зачем же вместо них аж шесть?? Да еще плюс отдельно колбасная лавка, отдельно мясная лавка?! Что, разве в продуктовых магазинчиках колбаса не продается? Продается. А этот открывшийся сетевой – он же по площади один как три советских продуктовых!!

Советскому человеку все это изобилие непонятно. А еще более оно было непонятно советской плановой экономике. Потому что суть плана – посчитать, сколько нужно, и произвести РОВНО СТОЛЬКО. Ресурсы надо беречь.

Именно поэтому советская экономика – по определению – экономика дефицита: потому что посчитать точно «сколько нужно» - задача крайне тяжелая, почти неисполнимая на практике.

А рыночная экономика – экономика избытка. Собственно, поэтому для нее характерны описанные еще классиками марксизма-ленинизма кризисы перепроизводства. В советской экономике какой-нибудь один небольшой заводик мог снабжать необходимыми мелкими деталями или материалами всю огромную промышленность. А на прогнившем Западе таких заводиков несколько… Хотя хватило бы и одного.

Зато, когда советский заводик по каким-то причинам вдруг вставал – вслед за ним вставала целая индустрия. Это называется «рвалась производственная цепочка».

Мы видим, что советская схема более бережно – по крайней мере с виду – подходила к использованию ресурсов. Однако западная «избыточная» рыночная схема оказывается на поверку куда более надежной. Кажущийся «избыток» на деле обеспечивает надежность работы системы в целом.

Впрочем, я ведь не об этом – не об экономике. Я о политике, точнее – об «арабской весне». Сейчас мы к ней перейдем.

Дело в том, что при рынке и демократии та же самая «избыточность», что мы наблюдаем в экономике – имеет место и в политике! Разные команды госуправленцев, от разных партий или финансово-промышленных групп, всегда готовы предложить свои услуги – и избиратели периодически делают выбор между ними…

Казалось бы – зачем это, если есть государственный магазин «Продукты»?

Разве это не баловство? Зачем так много управленческих команд? Все они ведь предлагают, в сущности, одно и то же (как и любые продуктовые торгуют одним и тем же, в конечном итоге – чувством сытости, и не все ли равно, как это чувство было достигнуто?) Народное счастье, справедливость, благосостояние, забота о малоимущих – все это ведь есть уже в госмагазине, не так ли? Зачем искать то же самое у других?

На Западе всегда есть госуправленцы, которые не управляют, но находятся как бы в готовности к этому – например, республиканцы в период правления демократов (в США). Правда, редко где правление одной партии носит тотальный характер – всегда есть штаты или округа, или графства, или префектуры, или отдельные города, где у власти партии, альтернативные правящей.

Но даже там, где власть целиком и полностью принадлежит оппонентам – управленцы проигравших на выборах партий не «переквалифицируются в управдомы», а уходят, как правило, в депутаты, в оппозицию – и там «держат руку на пульсе»: с лупой читают каждую строчку бюджета, вносят тысячи поправок – словом, по-прежнему участвуют в управлении.

И эти «избыточные партии» никого не тяготят – как не тяготят никого на Западе «избыточные магазины». Все понятен смысл оппозиции – это люди, готовые В СЛУЧАЕ ЧЕГО перехватить управление, встать у руля.

НИЧЕГО ПОДОБНОГО нет в авторитарных государствах – таких, скажем, какими были арабские тирании и на какие все больше похожа наша РФ. В этих странах в госуправлении господствует не западный рыночный, а советский принцип – принцип дефицита. Там у власти десятилетиями находились одни и те же клики – а всем прочим, «чужим», доступ к рычагам госуправления оставался наглухо закрыт.

Важно, что в таких авторитарных странах нет и оппозиции в западном смысле слова. Оппозиция там именно что «внесистемна» - то есть не сидит в парламенте, пусть и в меньшинстве, а перманентно находится то под угрозой ареста, то в тюрьме, то в эмиграции.

Соответственно и никаких «запасных команд управленцев» в авторитарных государствах НЕТУ. Им просто неоткуда взяться – все ходы перекрыты. К борьбе против власти зовут поэты, философы, уличные бродяги, бандиты, романтики и прочие пассионарные личности, но никакого представления о том, как работает КОНКРЕТНЫЙ государственный механизм, они не имеют вовсе – негде было получить. И чем дольше у власти авторитарный лидер – тем глубже эта пропасть между ЧЛЕНАМИ КЛИКИ, приближенной к власти, и всеми прочими гражданами.

И при всем при этом в авторитарных государствах неминуемо идет процесс разложения госаппарата. Потому что, не мной сказано, «власть разлагает, а абсолютная власть разлагает абсолютно». Если правящая клика годами и десятилетиями «варится в собственном соку» - она просто не может НЕ разложиться. Это как закон природы. Попросту говоря, сам госаппарат в авторитарной стране с годами все хуже и хуже управляет страной. Нет вливания свежей крови, нет механизмов обратной связи от общества – по-другому быть не может.

Таким образом, что мы получаем на каком-нибудь 20-м или 25-м году авторитарной диктатуры? (в некоторых странах она кое-как закамуфлирована под «демократию», но это сути не меняет). Мы получаем страну, в которой госчиновники на всех уровнях откровенно плюют на всех и вся, берут взятки и ничего не делают – и забитую массу, которая лишь чувствует, что ее жизнь с каждым годом ухудшается, но никаких легальных способов повлиять на ситуацию не имеет.

Это и есть ситуация «арабской весны». Когда режим реально прогнил, и реально ЖДАТЬ народу нечего – очевидно, что процессы гниения и разложения будут только усиливаться, никакого просвета от напрочь коррумпированной верхушки ждать не приходится (20 лет ждали – все никак). Да и собственно ждать невесть чего уже становиться затруднительно – голод-то ведь не тетка. Еще Наполеон говорил, что «самые страшные революции – это революции пустого желудка».

И вот тут, действительно, происходит СТРАШНОЕ. Потому что режим более или менее кроваво сметают – а прийти ему на смену НЕКОМУ. Нет людей, никто НЕ УМЕЕТ. Пассионарием быть хорошо, но реально управлять повседневной работой госмашины – работа не очень пассионарная, это «сродни вышиванию». И естественно, что в таких ситуациях к власти приходят кто-то вроде исламистов – то есть некая МАКСИМАЛЬНО ПРИМИТИВНАЯ сила, с простыми реакциями типа «свой – молись, чужой – убить!»

Люди, не умеющие управлять сложной системой, выстраивают хотя бы простую, примитивную – потому что в хаосе жить вообще невозможно.

Я все это прекрасно понимаю про арабов. И спрашивается, могу ли я, понимая все это, считать их «дураками», как наши филистеры?? Я всем этим арабским странам глубоко, от всей души сочувствую.

Потому что они выбрали очень плохой выход из ОЧЕНЬ ПЛОХОЙ ситуации. Фактически – и надо это понимать – их государства были мертвы на момент их восстаний. Оболочка была, а сами государства, увы, уже сгнили.

Ведь что такое «очень плохая ситуация»? Это не та, из которой есть блестящий, веселый и праздничный выход в светлое будущее. Очень плохая ситуация – та, из которой вообще нет ХОРОШИХ выходов.

И нам, собственно, уже поздно сочувствовать арабам – мы сами находимся в похожей ситуации. С годами она будет только усугубляться.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments