Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Башка

Лирическо-ностальгическое

Во время моего бытия студентом у меня было любимым занятием, когда я стоял около кафедры иностранных языков, читать расписание. Фамилии преподавателей звучали, как стихи. Эти стихи помню до сих пор: "Вихман, Нахмейн. Вайдман, Мельцер и Лиоренцевич". По-моему, очень мелодично. Честное слово, не вру. Документ, подтверждающий мои слова ниже. Слава Богу, двое их них еще работают.
47,09 КБ
Магрибинец

(no subject)

Сегодня я все время повторяю стихотворение Эмили Дикинсон:

Надежда рухнула,
Внутри - развалины и тишь.
О, подлый крах, ты промолчал
И все от всех таишь.
Скрывала рану я и вот
Так глубока она,
Что в ней теперь вся жизнь моя
Навек погребена.
Закрылась крышка, что была
Открыта для светил,
А добрый плотник гвоздь в нее
Навеки вколотил
Магрибинец

Продолжение мемуара

* * *

Как-то время спектакля по пьесе В.И. Белова «Бессмертный Кощей» произошла такая история. По сюжету пьесы погибает леший, он лежит на лужайке примерно посредине сцены, перед ним – большое пространство сцены, а потом еще просцениум. Лешего жалеют все персонажи: русалка, которая его оплакивает, баба-яга и всякие прочие. В это время смерть, потряхивая косой наперевес, стоя на авансцене, перед лежащим лешим, произносит свой монолог. Монолог длинный, целых две страницы. Артистка – представительница старой, декламационной школы, красиво декламирует, четко проговаривая все слова монолога. Во время монолога она постепенно отступает назад вглубь сцены, наконец, она достигла лежащего и умершего по сюжету лешего наступает каблуком (забыл добавить, что смерть была в черном атласном одеянии и на высоких каблуках) прямо в середину живота, ойкает, тихо говорит: «Ой, что это?» и продолжает читать свой монолог, сойдя с живота несчастного актера. Во время этого наступания, т.к. боль была адская, он сел от боли и, не сдержавшись, рявкнул: «Еб твою мать!» и снова лег, как полагалось по роли. Смерть продолжала декламировать, все актеры на сцене, с трудом сдерживая смех, отворачивались от зала, пытаясь изобразить скорбь. Публика, как водится, ничего не заметила. Спектакль прошел на сцене недолго, там были очень реалистические декорации: лес, озеро с лилиями и много всякой бутафории. Жаль…

* * *

Однажды (это было в СПб) перед спектаклем «Гамлет» о актера, игравшего Клавдия, разболелся зуб. Он принял таблетку анальгина, может быть даже не одну, чтобы быстрее прошел. Однако зуб не проходил, и ему посоветовали выпить сто грамм, и все в норме, т.к. это проверенный способ. Он последовал совету. От смеси лекарства и водки его здорово развезло и к началу спектакля он был очень хороший. Он забывал текст, а, поднимая на руки Гертруду (ее играла А. Шуранова), уронил ее на пол. Когда появились Гильденстерн и Розенкранц, то выговорить их имена он был уже не в состоянии и смог сказать только: «Здравствуй, Юра! Здравствуй, Саша! (кстати, Саша – это Александр Хочинский)».
В антракте зрители говорили: «Уберите пьяного артиста». Актеры договорившись между собой, заперли Клавдия в гримерке, разбросали его реплики между собой и пошли на второй акт. К середине акта Клавдий проснулся, сумел выйти из гримерки и вышел на сцену. Первой его репликой была такая: «Гамлет, ты почему говоришь мой текст?». В общем, на следующий день этого актера уволили из театра. Он работал в Ленконцерте, сейчас его уже нет.

* * *
В спектакле «Конек-горбунок» есть сцена, когда Иван-дурак ловит жар-птиц. Их играла целая толпа артисток театра, надо заметить, что сзади у каждой птицы торчал хвост. По ходу действия, птицы выбегали на сцену, выстраивались в круг, и затем начинался их танец. Однажды все артистки выбежали на сцену, выстроились в круг и ждали музыки, чтобы начать танцевать. Обычно начало танца задавала одна очень энергичная актриса-травести, которая всегда требовала от всех блюсти сценическую дисциплину, говоря: «И раз…» и все дружно вступали. Эта актриса по замыслу балетмейстера стояла на авансцене, спиной к зрителям. На этот раз не успела она открыть рот, как в зале раздался жуткий хохот. Она, не понимаю в чем дело, растерялась. Ее коллеги, недолюбливавшие ее за приверженность к дисциплине, оглянулись и увидели в чем дело. Переодеваясь, эта актриса торопилась, и, выбегая из гримерки, зацепила хвостом вешалку-плечики, на которой висел бюстгалтер. Вместе с этим причандалом эта жар-птица и вырулила на глаза зрителей, к их радости. Охнув, девушка убежала за кулисы…

* * *
Пару лет назад в нашем театре шла пьеса Э.Олби «Все в саду». Нормальная пьеса для своего времени (60-е), но проблемы, описанные там, немного остались в прошлом. В общем, с моей легкой руки, спектакль назывался «Все в заду». А после премьеры я назвал его «Все в жопе».

* * *
Розовскую пьесу «Кабанчик» в нашем театре поставили под названием « У моря». Актеры окрестили ее сразу - «Умора».

* * *
В конце 80-х в театре шла «Касатка» А. Н. Толстого. Одну из героинь пьесы звали Раиса Глебовна. А тогда у всех на устах была Раиса Максимовна, поэтому, совершенно закономерно, на одном из спектаклей актер, игравший князя, воскликнул: «А вот и Раиса Максимовна бежит по саду».

* * *
Одним из самых замечательных раритетов нашего театра был спектакль по пьесе местного драматурга, того самого, у которого «как бы космос» «Бумаги Пушкина». Я мерзко назвал его тут же «Туалетные бумаги Пушкина». Спектакль был замечательный, я даже два раза сходил, поскольку такое бывает редко. Такой чистый образец провинциальной помпезности, пошлости и глупости, и естественно, стиля 50-60х годов.
Прежде всего, спектакль начинался с визита Пушкина к И. Полетике. Беседовали они так: « Пушкин!», он отвечает: «Идалия!». Она снова : «Пушкин! И т.д. Она принимала его в сильно декольтированном платье, видимо, только что приехала из ночного клуба, т.к. по сюжету было утро. Во время разговора она несколько раз напоминала Пушкину, помнит ли он, что было в карете. Автор пьесы в интервью объяснял, что в карете И. Полетика предложила Пушкину вступить тут же, в карет, в любовную связь с ней, а тот отказался, за что она его возненавидела и стала мстить, что и привело к трагической развязке.
Затем нам показали свидание Дантеса и Натальи Гончаровой. Дантес ее сильно домогался, а она все кричала: «Пустите меня!».
Много было разного занудства. В финале, когда в течение целого действия все с грустью говорили о гибели поэта, на сцену повалил густой дым, очевидно, это был ночной зефир, который струил эфир, или наоборот, и в этом эфире-зефире появился Пушкин с прощальным монологом, о том, что смерть его застигла в расцвете, было много творческих планов, и т.д., в общем, «но весь я не умру». Много хлопали. На банкете после премьеры счастливый автор говорил, что хотя пьеса и плохая, (я думаю, он лукавил, т.к. все свои произведения считает результатом талантливого пера), но спектакль получился хороший.
Кстати, у этого автора есть совершенно замечательное произведение - «Женщинам читать воспрещается» (История Вологды с точки зрения эротики»). Этакий вологодский «Декамерон», где собраны разнообразные истории с эротическим (по мнению автора) подтекстом. Например, как в одном райцентре зубной техник ставил золотые коронки без очереди, если дамы занимались с ним сексом, а он их в это время снимал. А все дамы были доярки и полеводки из близлежащих совхозов и колхозов, а когда милиция задержала этого афериста, у него нашли эти фото. Все стало достоянием гласности, как водится в провинции, и все мужья женщин с золотыми зубами проучили их, как водится, по-русски. Это наиболее пересказываемый кусок, все остальное не поддается описанию, естественно, не в силу фривольности, а просто потому, что представляет собой бред провинциального графомана. В рецензии на эту книгу под названием «В. Аринин – как зеркало русской эротики» было сказано, что, судя по книге, личный сексуальный опыт автора невелик. На что автор, говорят, обиделся.

* * *
В компании друзей сидел один главный режиссер местного театра. Собутыльники его спросили, на какой спектакль, поставленный им, в его театре стоит сходить, по его мнению. «Да они все говно!» - ответил он. И кстати, как он прав…
  • Current Music
    Карлом Мена. исп. А.Вивальди"Stabat mater"
Магрибинец

(no subject)

Вчера была презентация книги "Вологда в минувшем тысячелетии", в ней мне отвели три страницы, так что соавтором я себя не считаю.
Среди авторов известный историк К-н (автор бессмертных "истоков") и его ББФ . КОгда они по очереди выходили на трибуну и рассказывали, что теперь на Олимпе места перерапределились с выходом этой книги, было забавно.
В общем, я понял главное, что я понял в ту компанию случайно, там просто Пантеон, сонм бессмертных.