Tags: ё

маски

"Королевство Неаполь" реж. Вернер Шрётер, 1978 (ММКФ)

Если в концепцию программы "Вокруг Фассбиндера" вникнуть трудно, то выдержать вступительные речи к сеансам просто невозможно - по счастью, кажется, тетенька, работавшая с Фассбиндером и тем же Шретером монтажером на совершенно других, не тех, что вошли в программу, картинах, отвыступала и уехала, но перед "Королевством Неаполь" напоследок высказалась на неделю вперед, и добро бы по делу. Между тем картина небезынтересная, а главное, показ абсолютно эксклюзивный, коль скоро собрал в основном кинопрофессионалов, которые при другом раскладе давно бы могли ее посмотреть.

Действие начинается в середине 1940-х годов, когда Неаполитанское королевство уже век как прекратило свое существование в статусе самостоятельного государства, оставшись лишь в исторической мифологии и в фильме присутствующее только как метафора безвозвратно уходящего прошлого. А далее весь фильм продолжительностью почти два с половиной часа разбит на главки, композиционно построенные по идентичному принципу: указание на год (как правило четный - нечетные пропускаются), краткий обзор политических событий в мире и в Италии, проиллюстрированный плакатами и песнями, и затем собственно эпизод из жизни сквозных героев. В центре внимания - семья: отец - неаполитанец и коммунист, мать - венецианка и католичка, у них двое детей, сын Массимо и дочь Виттория, названная при рождении в честь победы, ведь неаполитанцы, подняв восстание, первыми в Италии освободились от режима Муссолини. Но папе-коммунисту приходится скрепя сердце спекулировать американскими сигаретами, чтоб прокормить семью, и все равно живут они на зарплату матери, которая вскоре умирает родами. Виттория хотела постричься в монахини, но отец не позволил, потом пошла работать и чуть не стала шлюхой, избежав этого, устроилась кельнершей в отель, потом стюардессой - но история Виттории еще не столь показательна в сравнении с судьбой ее брата. Массимо еще подростком записался в местную коммунистическую ячейку, забесплатно раздавал партийную "Униту" (аналог "Правды"), драил полы в комитете за три гроша, запрещал сестре вешать на стене портрет Джона Кеннеди, когда он стал популярен в Италии, а в 1968-м, участвуя в беспорядках, на пару лет угодил в тюрьму, откуда товарищи и не подумали его вытаскивать. Выйдя, оказался не при делах, обратился за помощью к партийцам, и те "трудоустроили" его разнорабочим. А местного партбосса застрелила жена, помешавшаяся после смерти дочери от первого брака, поскольку активность коммунистов препятствовала импорту в Италию американского тетрациклина.

Помимо всего прочего, я поймал себя на мысли, что, пожалуй, впервые в жизни смотрю фильм, где в таком неприглядном свете представлены коммунисты: даже не отвратительно-смехотворными монстрами из второсортных боевиков, а какими-то жалкими, никчемными, лживыми - это крайне необычно для западного "серьезного" кино, где всегда доминировали "леваки" (ну про советское я не говорю), и хотя я не думаю, что режиссер "Королевства Неаполь" считает себя христианином, но удивительно, насколько даже ненавистные европейским левым монашки в сравнении с коммунистами выглядят у него по-человечески. Помимо главных героев с крушением их семейной жизни и несбывшимися мечтами в фильме есть и другие сквозные персонажи - например, напыщенный адвокат, сначала левый, потом правый, по молодости любитель мальчиков-подростков, к старости пожелавший жениться на девице и обзавестись семьей (ну просто депутат Макаров). И постепенно, эпизод за эпизодом, несмотря на рациональную, искусственно сконструированную композицию, из цепочки событий вырастает достаточно связное и с какого-то момента даже увлекательное повествование. От 1940-х, когда за неаполитанскими девушками ухаживали, невзирая на трудности перевода, чернокожие американские матросы, до полного развала и быта, и семейного порядка, и экономического уклада. Что не мешает вниманию к сугубо человеческим, универсальным проблемам - хотя и они жестко вписаны в социально-исторический контекст: пока Виттория чуть не попала на панель, юный Массимо подрабатывает сутенерством, но влюбляется в проститутку, которой поставляет клиентов, теряет с ней девственность и, оскорбленный, швыряет деньги, ею возвращенные - целая драма потери идеалов в одном эпизоде, прорастающая и в следующие. У Виттории с идеалами проще - она, в мать, верующая христианка и девушка здравомыслящая, а Массимо - в бестолкового отца, со своей компартией так ни к чему и не пришедшего. Попутно происходят и другие драмы - владелица производства, задолжавшая рабочим зарплату, невзначай застрелила одного из активистов, после чего сбежала, и именно эта женщина когда-то пыталась сделать из Виттории проститутку.

Фильм полностью снят в Италии, на итальянском языке, вернее, на неаполитанском диалекте, еще вернее, на его разновидностях, и тем не менее "Королевство Неаполь" - не настоящий "итальянский эпос", если под таковым понимать попсовый "Двадцатый век" Бертолуччи или куда более неординарную, но менее известную картину одно из немногих по-настоящему мной любимых итальянских кинорежиссеров старшего поколения Эрмано Ольми "Дерево для башмаков", снятую, кстати, в том же, что и "Королевство Неаполь" (но на северном, ломбардском материале) 1978 году:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1117468.html

Эпическое начало в "Королевстве Неаполь" - лишь элемент жанровой стилизации, взгляд немецкого режиссера на южноитальянские проблемы остается неизменно холодным и рациональным - со всеми плюсами и минусами такого подхода. Во всяком случае, несмотря на немалые усилия, требующиеся в силу особенностей художественной формы при просмотре "Королевства Неаполь", кино заслуживает внимания. Для меня лично еще и потому, что в прошлом году мне довелось побывать в Неаполе, и не просто заехать на денек и побегать по музеям (как я делал в Милане, Флоренции или Триесте), но дня три пожить, и, помимо действительно стоящих музеев, ощутить на своей шкуре всю специфику неаполитанских порядков и характеров:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/2765923.html#cutid1

Поэтому в фильме Шрётера город показался мне таким узнаваемым: как тогда, так и сейчас Неаполь - помойка со следами былой роскоши, только раньше, что в 1940-е, что в 1970-е улицы Неаполя еще оставались свободны от безумных мотоциклистов, заполонивших их сейчас в огромных количествах.