Category: образование

маски

"Семейка Аддамс" реж. Грег Тирнан, Конрад Вернон

Пусть и в лайт-, поп-варианте, но все же изначально "контркультурная" по сути франшиза (которой, как ни удивительно, почти уж век от роду!) не просто вырождается до семейного мультика, но еще и нагружается самой расхожей социально-политической идеологией. Аддамсы теперь - не "фрики", смешные и отчасти гадкие, но бросающие вызов норме сознательно, а напротив, "тоже люди", мечтающие вписаться в человеческий социум; соответственно, все их традиционные примочки (от самых нехитрых типа "злого тебе дня", "найди местечко понеудобнее", до фишек откровенно чернушных и абсурдных) теперь должны казаться не забавными, но "естественными", потому что "все разные" и "нельзя осуждать других"! Причем в утопическом мультяшном мирке толерантность - не в пример реальной жизни - имеет действие двустороннее, и со стороны Аддамсов также проявляется по отношению к убогим мещанам, которым семейка монстров прежде иронично, а все-таки категорически противопоставлялась.

Сюжетно при этом нынешний мультик бесхитростен до неприличия. Прямо по ходу бракосочетания Мортики и Гомеса, не успели молодожены и гости выпить кокоса с лимоном, односельчане идут на семью в атаку и новобрачные вынуждены бежать. Обнаружив в Нью-Джерси заброшенное заведение для умалишенных преступников, они осваивают этот "готический" особняк на болотах. Спустя тринадцать лет у четы двое детей - девочка школьного возраста, но на "клеточном" обучении, и мальчик помладше, которому предстоит на глазах у всего съехавшегося из разных мест клана Аддамсов стать мужчиной посредством ритуальной мазурки (что-то вроде бар-мицвы для монстров), к чему простодушный до тупости, шпыняемый сестрой и лишенный честолюбия увалень проявляет минимум талантов.

Тем временем сообщество долины, т.н. Ассимиляция, предводительствуемая бизнес-вумен, телеведущей, агрессивной крашено-силиконовой блондинкой Марго, которой наличие странных чужаков мешает рекламировать предназначенные на продажу дома, собирается вновь пойти войной на Аддамсов и их владения. Но суть происходящего в том, что "обычные" горожане обмануты своекорыстной блондинкой-злодейкой - они не дураки и не звери, равно как и Адамсы - не чудики; вид и повадки отличаются, но это не должно помешать совместному сосуществованию разных. Гражданский мир без ассимиляции, но на основе принципов мультикультурализма - "позитивная" утопия, которую теперь продвигают в том числе и под брендом "Семейки Аддамсов", вымывая, изничтожая из них исходный "протестный" пафос вместе с юмором и остальными признаками художественности. При том что в оригинале (я этого, естественно, не услышал) Мортику озвучивает моя любимая Шарлиз Терон, а ее дочку Хлоя Грейс Морец.

Что-то веселое и неординарное сохраняется на рудиментарном уровне. Неплох образ дочери Мортики и Гомеса - девочка с видом монашки-сатанистки вопреки родительскому запрету добровольно идет в городскую школу, заводит там подруг (лучшей из которых, разумеется, оказывается дочка Марго, готовая, в отличие от Адамсов, плюнуть на буржуазную благополучную мать ради новых фриковатых друзей), чтобы в решающий момент штурма отчего дома вернуться; тут и непутевый сынуля без всяких ритуалов проявит себя в лучшем виде (а его пироманские увлечения придутся кстати), и все прочие Адамсы поучаствуют в общей победе. Однако вожделенной "чернухи" не хватит даже чтоб разобраться с главной и, собственно, единственной "отрицательной" героиней в этой благодушной сказочке: Марго сойдется с самым уродливым из Адамсов, толстым и неловким дядюшкой - достойная пара. Если уж на то пошло, "Аддамсы", наверное, морально устарели и не конкуренты более свежей анимационной франшизе "Монстры на каникулах" (второй фильм, по-моему, еще удачнее первого) -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3227541.html

- где даже идеологическая начинка (все та же, откуда бы взяться другой) больше подходит к масскультовой упаковке, да и "упаковка" (раз уж не "начинка") будет куда как позанятнее.
маски

"Простой карандаш" реж. Наталья Назарова ("Окно в Европу")

Героиня "Кроткой" Лозницы, приехав навестить мужа-заключенного, весь абсурд и ужас, с которым сталкивалась, принимала смиренно, сообразно характеристике, вынесенной Лозницей в заглавие:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3654937.html

Совсем иначе ведет себя Анастасия Максимовна Золотарева - начиная с того, что к мужу она не просто на свидание явилась, она приперлась в глухой городок на севере с твердым намерением найти там работу и поселиться поближе к супругу, знаменитому художнику, отбывающему нехилый срок по сфабрикованной митингово-политической статье. Жена и сама художник, может не столь востребованный, но она также преисполнена творческих порывов, да и не только творческих, педагогических едва ли не в большей степени. Едва устроившись в местную школу учителем черчения, Анастасия Максимовна принимается просвещать местное население - в лице не только учеников, но и коллег-учителей, и соседки по съемной комнате в коммуналке: сеет разумное, доброе, вечное, а заодно и прекрасное.

Препятствие на пути прогресса возникает непредвиденное - малолетний бандит Михаил Пономарев, младший брат главного уголовника-рецидивиста округи, вора и Убийцы. Михаил, в отличие от брата, никого пока не убил, но собирает дань с остальных детей, включая девочек, а кого-то и побивает, например, малорослого мальчика Демина, в котором заезжая просветительница вдруг открывает недюжинное художническое дарование.

Во всех фильмах Натальи Назаровой, что я видел (а я, наверное, их все и видел... режиссерские точно... но, к примеру, "Балканский рубеж", где она числится соавтором сценария, счел возможным пропустить) при любых трудностях, с которыми сталкиваются герои, непременно остается некий просвет, надежда на разрешение если не конкретного заданного конфликта, проблемы, ситуации, то как минимум теоретическая перспектива в будущем, в целом, вообще. С этой точки зрения "Простой карандаш" - наиболее зрелая и осмысленная работа сценаристки и режиссера: планку сложности задач Назарова ставит столь высокую, что преодолеть ее, казалось бы, невозможно. Причем по всем векторам сюжета, касается ли то политической жизни и частной судьбы художника (в итоге Сергей Золотарев умрет в тюрьме, якобы от инфаркта... сердце у него и правда было слабое), и семейных взаимоотношений Золотаревых, предшествующих его аресту (у него имелась другая женщина, Анастасия чувствовала себя обиженной им и ею, но пока та открывала свою выставку в Кельне, героическая Анастасия, словно декабристка, добровольно выбрала себе путь следования за любимым...), и нравов педколлектива (местные учителя - конформисты, равнодушные к результатам собственного труда; а наиболее циничен и потому выведен совершенно омерзительным препод-русист, который и пытается волочиться за Анастасией, и предает ее, и возводит свой конформизм в принцип, пока остальные принимают мерзость как данность...), и города, и страны - а северный городок, понятно, заодно выступает "оперативной моделью".

Однако случайно или нет, но героиня Надежды Гореловой очень напоминает Ирину Печерникову в "Доживем до понедельника", и внешне, и подходом к делу. Учительствовать Анастасия Максимовна подалась как бы от нужды, а все же с первого урока ощущает преподавание как призвание и как миссию, хотя при поступлении на работу признавалась, что опыт с детьми у нее минимальный. У меня вот опыт преподавания в школе действительно минимальный, всего несколько недель практики - но тем не менее я дипломированный педагог и едва Золотарева на первом же уроке рот открыла, я открыл рот вслед за ней: оставалось предположить, что художница только-только вернулась с ИПК при Академии педнаук, до того убедительна ее методика. Михаила Пономарева, впрочем, Анастасия Золотарева не убедила.

Предупреждали учительницу - не связывайся, и никто не связывается, боятся учителя (за себя и за детей, предпочитают договариваться с бандитом и братом рецидивиста), боится директор, боится молодая мама в ментовской форме из "детской комнаты" или как это у них сейчас называется; у библиотекарши Пономарев-старший мужа убил..; но залетная питерская интеллигентка не боится ничего. Тем более что нашла достойного подопечного - маленький Демин, похоже, новый Леонардо, а отнюдь не "простой карандаш".

Символика названия, словесно и наглядно разжеванная в фильме под музыку фортепианных сонат Скарлатти, впечатляет доходчивостью: учительница-гуманистка - в ренессансном смысле восприятия человека - использует карандаш и в качестве примера, и для метафоры, и по прямому назначению. Малыши-карандаши проникаются - кроме, что и требовалось доказать, Михаила. Напрасно коллега-русист увещевал Анастасию Максимовну - уезжайте, мол, ничего не измените, вспомните прошлое, чем заканчивались "хождения в народ" раньше (все, что здравомысленного можно возразить авторскому пафосу, предусмотрительно автором вложено в уста самого гнусного, необаятельного персонажа, и это, что показательно, не бандит, а интеллигент-конформист, недостаточно верующий в грядущее торжество мировой гармонии - превосходная роль Александра Доронина из РАМТа, первого Беранже в дебютном богомоловском "Бескорыстном убийце" Ионеско, с некоторых пор и режиссера, хотя его постановок я, увы, не видел...) - ослушалась Максимовна. В итоге, когда Михаил сотоварищи на нее и Демина напал, мальчик, защищая любимую учительницу, слегка тюкнул обидчика гипсовым дидактическим материалом по затылку. Из реанимации Михаил вышел быстро, и почти так же быстро вернулся из тюрьмы его брат Алексей. Не в пример покойному мужу Анастасии Максимовны.

Тут уж как не убеждена была Анастасия Максимовна в необходимости борьбы за справедливость, но смекнув, что пахнет жареным, схватила малыша Демина в охапку и бежать на большую землю - а Пономаревы ее настигли. Подобно своей героине автор загнала себя в тупик: выдать на гора "позитив" - убить достигнутый художественный результат (а фильм на самом деле по воздействию мощный, и по кинематографическим достоинствам редкостный); пойти в отказ и следовать логике развития событий, художественной и банальной житейской - значит, свести на нет исходный пафос, идейный посыл. На такие случаи и припасен "открытый финал": после нескольких ударов по голове - Пономарев-старший жестко бросил учительницу на гору бревен - то ли могла женщина выжить, то ли нет, ясного ответа не дается, но одаренный мальчик Демин, которого Золотарева решила увезти с собой от мстительных бандитов, уплывет на катере, на пароме (один? куда?! в Петербург?!!), за чем следует символическая кода - кадры производства карандашей: из бревен - тонкие палочки, из отдельных карандашиков - стопки, из неровных - правильные, снивелированные (под Скарлатти, опять же).

Булыжник - оружие пролетариата, а карандаш - оружие интеллигенции... Но нетрудно же осознать: пономаревы и золотаревы стоят друг друга, идеально друг друга дополняют и чудесно сосуществуют веками бок о бок, неистребимые - вывод проще карандаша, да боюсь, в этом плане питерские интеллигенты безнадежнее рецидивистов-уголовников. Финал, допустим, иным и не мог быть - по этому поводу стоит отдать должное мастерству, вкусу и, в своем роде, мудрости автора картины. Однако перед тем в честь какого-то праздника Михаил Пономарев, нетерпеливо ждавший, когда же брательник откинется с зоны, мешает нападению Алексея на Демина и Анастасию Максимовну, а наблюдая, как Алексей, избив женщину, вдобавок ее грабит, вытряхивает ценности из сумочки, обзывает брата подонком. Неужели уроки рисования подействовали?! Этак в следующий раз народ Белинского и Гоголя с базара понесет!
маски

"Бык" реж. Борис Акопов ("Окно в Европу")

Антон Быков - реальный, правильный, авторитетный пацан, все делал как полагается: отслужил в армии, отсидел в тюрьме, за очередную драку ему светит большой срок - но еще более авторитетный Моисей, чей сынок Петя с Быком отбывал срок и с зоны живым не вернулся, героя от ментов отмазывает, хотя и не только по сердечной слабости, Бык ему нужен для серьезных дел. Антону удается примирить свою банду с враждующей группировкой, тут у него хватает и такта, и ума, но Бычье сердце оказывается слабым во всех отношениях, и подверженным заболеванию (резко бросил спорт, когда сел - последствия), и по любовной части также. Младший брат Антона мечтает о красотке-парикмахерше Тане, а она собралась замуж за англичанина, и если и не уедет, то не ради Мишки, а вот ради Быка, который в Таню тоже, вы подумайте, со школы влюблен.

Положительная сторона фильма - свежие актерские типажи, и не затасканные, не заштампованные, и вместе с тем не выламывающиеся из сложившихся представлений о "бригадах" и "бригадирах" 90-х, начиная с Юрия Борисова в роли Быка; при этом из сколько-то узнаваемых лиц здесь разве что Мария Звонарева, играющая мать Антона и Мишки (у них еще сестра есть, но ее линия прописана слабо), а также Алексей Филимонов, которому достался второплановый Моисеев подручный. Но кроме как с помощью симпатичных и талантливых актеров рассказать тривиальную историю из вроде бы недавних, но уже почти мифических 90-х, других целей я не усмотрел. Рассказать без оценок, без моральных уроков - что хорошо - но и без попыток нового взгляда на тему и на эпоху, как будто после Балабанова, Лунгина, Мизгирева, Учителя, а до того Пичула, ничего не изменилось во взгляде, в понимании проблемы; плюс к тому песенки, звучащие за кадром практически целиком - из "Ласкового мая", из "Миража" - характеризуют скорее 80-е.

А в отсутствие интересного концептуального подхода история кажется совсем плоской: парикмахерша готова остаться - ради Быка, не ради Миши - и сжечь загранпаспорт с британской визой, но один из отморозков при Быке, наркоман и дегенерат, сдает Антона кавказцам, и уже понимая, что выхода нет, Антон себя "лимонкой" подрывает вместе с ними. На том бы и закончить, но в эпилоге героиня Звонаревой с уцелевшими в 90-е детьми наблюдают, как Ельцин из телевизора под Новый год просит у народа прощения и объявляет об отставке... Не хватает только титра в духе Элема Климова: "и началась в России совсем другая жизнь" - но так или иначе непонятно, Ельцина ли обвиняют во всех бедах 90-х, и в смерти Быка тоже, или наоборот, намекают, что "ничего не изменилось и не изменится".
маски

"Печень" реж. Иван Снежкин ("Окно в Европу")

Приятнее, когда амбициозный дебютант удивляет оригинальностью замысла, а не мастерством исполнения: ремесло - дело научаемое и в конечном счете наживное, тогда как мысль или есть, или нет. Иван Снежкин лихо, достаточно умело воплотил на экране чужой сценарий, хотя и созданный при его участии (за псевдонимом скрывающийся драматург - отец режиссера и сам известный режиссер Сергей Снежкин) - вроде бы есть за что картину похвалить, "Печень" смотрится без скуки, местами весело, даже захватывающе, но в целом радости почему-то от него немного.

Подзаголовок "Печени" - "история одного стартапа", при том что понятие "стартап", кажется, вошло в обиход позднее того периода, к которому номинально привязано действие картины. Леха, Вова и Мамед - питерские (Мамед, понятно - из семьи приезжих азербайджанцев) школьники конца 90-х, со всем приличествующими возрасту и эпохе замашками, точнее, с наросшими на людей того времени впоследствии расхожими штампами. "Мальчики пойдут в бандиты, девочки в проститутки" - как говорит классный руководитель друзей Борис Иванович, который, кстати, в одном из эпизодов, следуя плану Вовчика, сдает на ночь школьные помещения в аренду "хачикам"-(так в фильме)-наркоторговцам, бандитам, изготавливающим стволы, и порнографам, но в финале тем не менее вручает персонажам аттестаты - или этот бизнес-план, подобно многим другим идеям, остался у Вовчика в голове, а на экран попал из его воображения (я не понял)?

Так или иначе, сперва ребят до экзаменов не допустили и аттестаты им не светят, к ужасу родителей героев. Сами они не парятся и ксивы готовы купить липовые у подпольного изготовителя фальшивок, работающего под прикрытием книжного магазина. Но есть проблема пострашнее - у родственников Мамеда из гаража герои одолжили кадиллак, чтобы покатать школьную красотку с замашками шлюхи, а мажор из класса по кличке Гангрена нарочно врезался в них на своем авто и пообещал с помощью отца поставить друзей "на счетчик". Кроме того, Леха, Вова и Мамед, прежде всего опять-таки Вова, не расстающийся с мотивационной брошюрой Диллинджера, открыть собственный бизнес, а на это также требуется капитал. На все про все денег предлагается добыть, продав... предназначенную для трансплантации Ярику, брату Вовы, инвалиду с детства, печень нуждающемуся в пересадке уголовнику Костику, хозяину полуподпольной пивнушки, на зоне подцепившему гепатит.

От Евгении Добровольской (мамы Вовы и Ярика) до Сергея Маковецкого (Костик) и Константина Мурзенко (изготовитель фальшивых документов) узнаваемые актеры-мэтры играют ярко, но повторяясь и воспроизводя типажи из предыдущих своих картин (Мурзенко и Маковецкий - конкретно из фильмов Балабанова, не тютелька-в-тютельку, конечно, а все-таки не вспомнить сразу нельзя). Лица главных героев посвежее - зато их характеры достаточно бледные, стертые, опять же "типовые". Исключение составляет Ярик, сыгранный Георгием Кудренко из "Гоголь-центра" - актер не впервые снимается, но пока ему удается обходиться без тиражирования собственных клише или копирования чужих.

Фабула задает такую степень условности, однако, что придираться к логике развития событий или точности психологической легко: даже в заведомо фантастической конструкции развязка с отсутствием необходимости для операции Ярика (мол, разрезали - а печень здоровая, ошиблись врачи, зашили обратно), при том что чего не бывает в реальной жизни, чересчур уж надуманной кажется. Впрочем, от криминальной комедии и черного юмора под конец история уходит почти в драму - взрывы и перестрелки бандитского Петербурга, проходящие через фильм чуть ли не опереточным фоном, к финалу касается непосредственно героев, до того отрекавшихся даже от статуса свидетелей: Мамеда убивают и семья увозит хоронить его в Азербайджан, откуда не возвращается. Вова и Леха делают карьеру - рассказ ведется от лица Лехи и он, уже объявив в начале, снова повторяет: занимаюсь пластиковыми окнами, не то чтоб с большой любовью к делу, но ничего, привык. И вывод, стало быть, таков: 90-е были страшные, но и веселые, а современность спокойная и унылая.
маски

"Дорогой папа" реж. Михаил Расходников ("Окно в Европу")

Так получилось, что предыдущий фильм Михаила Расходникова, "Временные трудности", я с опозданием посмотрел только что, и на "Дорогого папу" пришел, так сказать, определенным образом подготовленный:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4056734.html

Тем более что и тут идет речь про детей и их родителей. Но в том и другом случае режиссер, очевидно, выступает не автором проекта, а наемным работником, и в этом смысле Расходников задачу решает честно. Просто сценарий "Дорогого папы" Тихон Корнева и Павла Руминова - последний начинал проект и как режиссер, да соскочил в процессе и Расходникова позвали уже на ходу - при всей вторичности фабулы (чисто "голливудская" схема) и бэушности приколов (но некоторые шутки эффектны) вполне адекватен продюсерским устремлениям и жанровому формату, равно и кастинг.

Владимир Вдовиченков играет жуликоватого бизнесмена Вадима, который водит за нос партнеров, но оказывается на грани краха, когда его мать, а все имущество было записано на нее, умирает и оставляет завещание в пользу внучки - дочь Вадим, оставив бывшую жену в Новороссийске (частично снятом отчего-то в Новомосковске...), не видел много лет. Тем временем девочка созрела и бузит в школе - вступается за одноклассниц, выложивших в сесть видео с тверком и возмутившим завуча, за что всем грозит отчисление. Тут и появляется "всемогущий" папаша из Москвы, нуждающийся, однако, не в любящей семье, а в акциях своей магазинной сети.

Сценаристы разрабатывают сюжет без затей и отклонений от правил - но складно (чего не скажешь, например, об авторских фильмах Павла Руминова). Актеры штампованные характеры отыгрывают плоско, но ярко - и Вдовиченков (которому, хотя он тоже, как и режиссер, пришел на роль, писанную под другого исполнителя, добавлено самоиронии, рефлексии над собственным "бандитским" имиджем), и Пегова (его бывшая жена), и девочка в роли дочки (она же дочь продюсера, насколько я понимаю...) симпатичная, и второстепенные персонажи колоритные - особенно бывший однокашник и враг Вадима по школе, тоже Вадим, спустя годы оказавшийся лучшим другом, и случайный ухажер прежней Вадимовой жены, местного розлива бандюк, опять-таки совсем неплохой на свой лад вроде бы.

То есть семейные ценности утверждаются прям со всей мочи, только держись - конечно, в итоге пройдоха и циник предпочтет плясать с дочкой тверк перед школой (привет от папы и девочки "Хорошему мальчику"!) заключению спасительного контракта с китайцами, а традиционалисты-китайцы, в свою очередь, оценят его правильный выбор. Но, как в лучших образчиках подобного рода кино (заведомо понятно, что халтурного - а все же и халтура халтуре рознь), туповатый в целом "Дорогой папа" по мелочи много чем способен порадовать, взять тот же тверк, что в сегодняшнем русскоязычном контексте выглядит почти бунтом (завуч же против - а создатели фильма как бы за...).

Другое дело, что оглядываясь неизбежно на "Временные трудности", сравнивая поведение героев Вдовиченкова и Охлобыстина, понимаешь, насколько последний точнее и ближе к жизни: запоздалые танцы на школьном дворе - это что, это ерунда; чтоб правильно детей воспитывать, надо с детства им мусор на постели разбрасывать, лишать сладкого и кино, а подрастут - выкинуть в лесу и чтоб ползком за сто килОметров, а иначе ничего из них путного не выйдет.
маски

как вам это понравится: "Половое воспитание", 1 сезон, 2019

Получив временный доступ к сериальной медиатеке и начитавшись в интернете благожелательных, а то и восторженных отзывов о "Половом воспитании", представлял себе что-то вроде продолжения на новом этапе (все же десять с лишком лет прошло, а жизнь не стоит на месте) "Молокососов", первые два сезона которых меня если и не привели в ожидаемую эйфорию, то зацепили до известной степени, правда, дальше, со сменой основных персонажей, я их смотреть не стал, как раз потому, что "привязался" (можно сказать) к "молокососам" начального призыва:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3957569.html

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3968114.html

"Половое воспитание" досмотрел до конца (то есть целиком первый сезон, второго пока и нет, запланирован на будущий год), но совсем не с теми чувствами, что "Молокососов", и дело даже не в том, что этот сериал хуже или его персонажи-старшеклассники менее привлекательны, хотя оба фактора, на мой взгляд, тоже действуют. В "Половом воспитании" намечены очень сходные с "Молокососами" характерологические расклады и сюжетные схемы, но то, что десятью годами ранее выглядело передовым (и даже сейчас задним числом выглядит), в хорошем смысле провокативным, но не выходящим за грани разумного и к тому же было приправлено изрядной дозой иронией (чего стоит одна только серия про экскурсию английских школьников в мордовскую глухомань!), сегодня превратилось в безвкусный набор тупых клише, и разве что отдельными моментами благодаря способностям некоторых артистов и рудиментам фантазии сценаристов, пробивающимся сквозь идеологический "саркофаг", что-то живое в "Половом воспитании" все-таки обнаруживается - к сожалению, таких моментов на восемь серий не очень-то много.

В "Половом воспитании", как и в "Молокососах", через все серии контрастной парой сквозных персонажей проходят два друга детства, противоположные по характеру, но связанные многолетними приятельскими отношениями, которые постоянно подвергаются испытанию на прочность. Но что примечательно - если в "Молокососах" это были два белых и гетеросексуальных мальчика (хотя и с оговорками, что касается второго пункта - в цивилизованном мире подростковая любознательность не нуждается в ограничениях со стороны, тем более сверху), то в "Половом воспитании" второй из персонажей центрального дуэта - чернокожий гей; правда (ну вот казалось бы - идти в этом направлении, так до конца... а фигушки!) первый все равно и белый, и гетеросексуальный, но... к своим 16-ти годам не просто девственник, а патологически неспособный даже до собственного пениса рукой дотронуться юноша, и его нереализованное либидо находит выход в лучшем случае посредством поллюций, парня тоже пугающих. Постепенно и довольно быстро разъясняется, чем Отис (Эйса Баттерфилд) так безнадежно фрустрирован: его мать - сексолог, но, что и требовалось доказать, с несложившейся собственной личной жизнью, после ухода мужа пробавляющаяся случайными связями, а каждый новый мужчина путает дверь спальни Отиса с уборной, конечно тут уж не до интима, хотя бы и с самим собой. Зато Отис благодаря маме подкован теоретически, и с новой подружкой Мэйв, имеющей репутацию оторвы, хулиганки, шлюхи, по ее, разумеется, инициативе открывает своего рода подпольный бизнес, консультируя однокашников за умеренную мзду насчет их сексуальных проблем.

У Мэйв своя сюжетная линия, хороший чернокожий парень Джексон, спортсмен-пловец с задатками чемпиона, здоровый, воспитанный, староста школы, сын лесбийской пары (и не приемыш, а кровный, родной как минимум для одной из мам), за Мэйв ухаживает, но та не считает себя достойной такого счастья, со своими заморочками насчет отсутствующего отца, матери-наркоманки и брата с криминальными наклонностями; а когда Отис, чувствуя, что привязывается к Мэйв все больше, еще и советы Джексону дает, как расположить Мэйв, та воспринимает поступок компаньона как предательство... Впрочем, из всех линий сериала эта, связывающая Отиса с Мэйв и Джексоном, наиболее тривиальная.

Вот с черно-голубым Эриком, лучшим другом Отиса, посложнее, хотя его образ выкроен по тем же лекалам, что юный гей Макси в "Молокососах" (но там опять же мальчик белый был...); семья набожных христиан-мигрантов не угнетает Эрика, не давит на него, а дородный отец отчасти даже сыну сочувствует, да и не считая отдельных рудиментов ксенофобии (в своей день рождения Эрик становится жертвой агрессии случайно встреченных на дороге отморозков) никто Эрику проявлять свою сущность не мешает - от чего Эрик, однако, счастливее не становится. Хотя его сложности с родителями - ничто по сравнению с тем комплексом эмоций, что испытывает к матери Отис, а еще один сквозной персонаж, хулиган Адам, сын директора школы - в отношении своего отца.

По колоритности Джин Милберн, мама Отиса, героиня Джиллиан Андерсон (и это одна из лучших работ в фильмографии актрисы, без преувеличения) превосходит всех школьников вместе взятых, по сексуальной озабоченности также, но она хотя бы ищет удовлетворения в потасканном слесаре-сантехнике, чья дочь, смазливая негритяночка, помогает Отису отвлечься от Мэйв, занятой Джексоном. Вот папа Адама, директор школы, мечтающий отправить сына в военное училище - одноцветный, почти фюрерского пошиба, злодей - словно в наказание ему Адам, с проблем которого начинается первая серия сезона (публично гордясь размерами пениса, он вынужден имитировать оргазм наедине со своей подружкой), к концу открывает свою подавленную (надо понимать, жестоким отцом-директором) гомосексуальность и дает ей выход... с Эриком, которого на протяжении предыдущих серий обижал (не за цвет кожи и не за ориентацию, а просто как слабого, это не ксенофобия, это в некоторых пределах все еще считается идеологически допустимым...). Финальная серия обрывает их наметившееся сближение - ну да, вероятно, с заделом на следующий сезон.

Итого, если разложить весь пасьянс, от расового и сексуального разнообразия зарябит в глазах: помимо открытого гомосексуала Эрика и тайного Адама в школе есть еще один гей-подросток, модник-индус, но именно от него Эрик терпим самые презрительные, снобские замечания и шуточки - вместо ожидаемой солидарности; плюс к ним среди школьниц (мамы Джексона не в счет) хватает и лесбиянок - девичьей паре Отис старается помочь, вскрывая их проблему - осознав себя лесбиянками, подружки (одна из них, стоит ли уточнять, азиатского происхождения) образовали пару, но чаемой сексуальной гармонии не достигли. Допускаю, что выборка репрезентативная и дела в современных английских школах примерно так и обстоят - я бы со своим скромным педагогическим опытом на окраине провинциального города в 1990-е не взялся судить, да мне и без разницы. По-настоящему в "Половом воспитании" меня неприятно удивило иное обстоятельство.

Очевидно, что и в названии, и в тематике проекта заложен здоровый, эстетически продуктивный элемент провокации, и коль скоро в шапку вынесен "секс", речь, надо полагать, на самом деле идет не только о сексе и не о сексе в первую очередь. Что подтверждается каждой серией - прологом задается конкретная сексуальная проблема (то парень кончить не может, то лесбиянки не поймут, как друг дружке половчее пристроиться...), а дальше все про отношения, про поиски себя и своего места в обществе, про "унутрянный", простигосподи, мир. Про социальные проблемы опять же - Мэйв, например, беременна, и не от Джексона, она идет на аборт, сопровождать ее вызывается Отис на правах компаньона по "консалтинговому" бизнесу и тайного обожателя; к тому же она малоимущая, живет в фургоне посреди таких же отщепенцев, еще и брата, исчезающего и возникающего ниоткуда бродягу-наркоторговца, кое-как терпит. Но вместо того, чтоб показать сексуальность одной из естественных сторон жизни наряду с прочими, сериал как будто сознательно ее от всех других проблем отделяет и тем, я бы стал утверждать, принижает.

В "классических" подростковых фильмах и сериалах - если речь не о кастрированных советских пионерах, очевидно - тинейджеры охвачены сексуальной лихорадкой, с одной стороны, влюбляются и ревнуют, с другой, думают как бы поскорее расстаться с девственностью. Персонажей "Полового воспитания", возникает подозрение, собственно ебля интересует очень мало - они о ней говорят, зачастую с увлечением, но доходит до дела - и все что угодно вместо вместо интима у них на первом плане внимания ("а теперь будут слайды", ага!), чем "Половое воспитание" парадоксально заставляет вспомнить вышедшую на излете перестройки в СССР убогую кинокомедию "Болотная стрит, или Средство против секса". Может проект Нетфликса и отражает реальное положение вещей точнее, чем в свое (то есть как раз когда я был ровесником персонажей сериала) кооперативная поделка Марка Айзенберга, причем универсальное - мои сверстники 40+ с детьми-подростками удивленно наблюдают: последних секс волнует отнюдь не в той степени, как нас в их возрасте, что нетрудно объяснить как бОльшим разнообразием возможностей у теперешних школьников, так и бОльшей доступностью сексуальной информации (а что доступно - то уже и не слишком притягательно...). По-моему радоваться тут особо нечему - но "Sex education" заморочки на интимной почве - нормальные, обычные для взрослеющего человеческого организма - роняет до сортирного анекдота (буквально - консультации Отис и Мэйв проводят в заброшенном отстойнике), одновременно "поднимая", вписывая их в социо-идеологический "мультикультурный" контекст. Максимально симптоматична в этом смысле побочная линия с участием девочки, повернутой на стремлении потерять девственность - она всем предлагает потрахаться, не будучи при том совсем уж уродиной, но не может найти желающих, а некоторые потенциальные дефлораторы и вовсе оказываются гомосексуалами, как, в первую очередь, Эрик, предложивший несчастной взамен практики коитуса гей-порно с риммингом - еле-еле бедняжка смогла реализовать мечту к финалу. На первый взгляд смотрится это дико (ну не более дико, чем православная "Молодая гвардия", требующая от молодых радостно подохнуть "зародину-засталина", конечно, ну да и не о ней же речь), а может изнутри и ничего, если притерпеться.

Что еще я для себя отметил в живописании страстей юного черного гей посреди британской глубинки (действие происходит в вымышленном местечке Мурдейл) - это зацикленность Эрика на фильме "Хедвиг и злосчастный дюйм". В день рождения у Эрика есть традиция отправляться в город вместе с лучшим другом Отисом, нарядившись как для транс-вечеринки, чтоб посмотреть любимый фильм на большом экране в кинотеатре. Одна из серий посвящена казусу, когда Отис и Мэйв выясняют, кто из однокашников разослал через соцсети фотографии волосатой вагины главной красавицы школы (ответ был найден, но не стоил усилий), а именинник Эрик в несколько излишне ярком даже, видимо, по продвинутым западным стандартам имидже, вынужденный отправиться до города в одиночку, без Отиса, на автобусной остановке был ограблен, и на обратном пути пешком избит гопниками. Обиженный Эрик перестал разговаривать с Отисом до следующей серии - но сколь ни печально, это дело житейское (на святой руси чтоб быть избитым гопниками даже черным геем необязательно быть... к слову), меня же заинтересовала упомянутая картина, о которой я к стыду своему, в отличие от шекспировской пьесы "Как вам это понравится", изучаемой героями на уроках отечественной словесности (тоже в тему, с аллюзиями - переодевания, недоразумения... вот ее я знаю!) никогда раньше не слыхал. И век живи, век учись - похоже, это что-то любопытное. Сконцентрировав все свои скудные технические навыки, я в интернете нашел ссылку на "Злосчастный дюйм" - но в очень плохом качестве и без перевода, а хотелось бы посмотреть и понять, чем он - подозреваю, сильнее всех серий первого сезона "Полового воспитания" - так вдохновляюще действует, если сегодняшние британские подростки в праздник якобы готовы куда-то специально ехать ради фильма, снятого до их рождения.

маски

"Жесткая краска" реж. Марсио Реолон, Филипе Мацембахер (ММКФ)

Завязка экзотичная и многообещающая: главный герой, симпатичный черно-, длинно- и кудрявоволосый юноша Педру пробавляется интернет-шоу, обмазывая свое тело светящимися красками - но дела идут неважно и желающих платить за приват-чаты все меньше, особенно после того, как у Неонового мальчика появляется конкурент, намного лучше танцующий. Педру его находит, изначально чтоб разобраться с ворующим идеи самозванцем - крашеный блондин Лео не столь смазлив и постарше, зато плясун профессиональный, и на пару мальчиши начинают зарабатывать неплохо. Однако Педру влюбляется в Лео, а тот получает стипендию на обучение и собирается уехать в Берлин.

Крен в непошлую, но простоватую гей-мелодраму слегка обескураживает, хотя кино все-же по-своему трогательное, да и сюжет не столь прост. Педру выгнали с химического факультета за то, что на вечеринке он ткнул в глаз ключом студенту, который над ним измывался, надо понимать, из-за его гомосексуальности. Теперь герою предстоит суд и, если повезет, условный срок. Судью могло было бы разжалобить, да и самого Педру поддержать, присутствие на заседании родственника - но сестра-журналистка уехала работать в Сальвадор, бабушка не может надолго оставить дом и погостив день-другой, возвращается к себе, родителей нет, и когда Педру узнает, что Лео тоже его оставляет (а ведь надо платить за съемную квартиру, и зарабатывать в одиночку сложнее, чем вдвоем с партнером), его угнетает одиночество.

При всей недвусмысленности и некоторой наивности картины события развиваются не слишком предсказуемо - набивавшийся в спонсоры анонимный, под псевдонимом Женатый подглядыватель, поклонник из интернета тихо сливается, а случайный знакомый по бару после секса требует денег за свидание и настроен серьезно, Педру приходится от него сбежать. Вернувшись в жуткий ливень домой, он обнаруживает ноутбук - единственное, так сказать, "средство производства" - возле распахнувшегося окна, залитый водой и красками, восстановлению не подлежащий. Последние, уже ненужные баночки с краской Педру несет в подарок Лео на его прощальную вечеринку, и на финальных кадрах принимается танцевать, обмазываясь остатками.

Незамысловато, конечно, но и не убого; хуев в кадре ровно столько, сколько нужно (то есть по чуть-чуть - но показывают); герои не приторные, но и не уроды; по правде сказать, ну чересчур уж просчитано, однако по ходу ощущения спекулятивности не возникает, скорее уж в чрезмерной искренности, в простодушии можно было бы авторов упрекнуть... а упрекать их не хочется. Так или иначе Педру жалко - а ведь, казалось бы, мало ли в Бразилии (и не только в Бразилии) Педру... Ничего ему авторы не стали специально придумывать - ни трагической развязки, ни фальшивого хэппи-энда, оставили с чем был, и о дальнейшей его судьбе можно догадываться, неизвестно даже, вернется ли Педру на хату с сорванным и протекающим на протяжении всего фильма краном в ванной - вот эта мелкая бытовая, но тоже в чем-то знаковая деталь хлеще всего остального меня добила, я сам в съемной квартире, где на протяжении четырех с половиной месяцев не переставая сутками лилась из порченого крана горячая (!) вода, в свое время прожил.
маски

фетишизация хронологии: "Множественное время клиники" Ш.Каждан в "Практике", реж. Андрей Буров

Шифра (Яков) Каждан - театральный художник, работающий на стыке драмы и перформативно-инсталляционных форматов; только что я видел ее, совместно с коллегами Лешей Лобановым, Сашей Мун и Ксенией Перетрухиной, свежее произведение, "Правдивую и полную историю Джека Потрошителя":

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3994691.html

В основе спектакля лежит текст номинально пьесы, но написанной в форме лекции, посвященной, опять же номинально, трансгендерным социальным, культурным и художественным практикам. Сводить суть спектакля к содержанию текста лекции - значит, потратить время с еще меньшей для себя пользой, чем прийти с расчетом наделать из-под полы фоток на мобильник, чтобы потом выложить их кучей в интернет и собрать сотню-другую лайков - за этим точно не сюда. Однако "Множественное время клиник" - и не просветительская акция.

Алиса Кретова, которая уже и как режиссер выпустила в "Практике" замечательных "Девушек в любви" по пьесе Ирины Васьковской -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3765365.html

- не "читает лекцию", хотя в образе "лектора" существует настолько органично, что если б не "переключения" в другой способ существования, не фразы, сказанные с совершенно иными интонациями в микрофон (когда исполнительница "выходит" из лекторской ипостаси и как бы "входит" внутрь фрагментов тех произведений, которые "лектор" приводит примером, иллюстрацией своих положений), невозможно было бы однозначно сказать, где и что она "играет". С другой стороны, хотя пьеса как стилизованная лекция жанр тоже не исключительно новый (почти двадцать лет, скажем, идет в РАМТе моноспектакль Нелли Уваровой "Правила поведения в современном обществе" по тексту Лагарса, написанному несколько десятилетий назад), здесь совсем уж иронично, дистанционно воспринимать то, что говорит "альтер эго" автора, не стоит, я бы не поручился, что построения типа "фетишизация хронологии" или "гравитационное поле каждой личности волной проходится по истории..." несут в себе элемент пародии на научный "дискурс", подозреваю, что автор относится к себе и своим мыслям довольно-таки серьезно.

Возможно, драматургом скопчество крестьян-сектантов и устремленность авангардистов к абстракции как борьба с "плотью" ради "очищения" сопоставляется действительно всерьез, как всерьез за исторический образец "трансгендерной практики" подаются - фото для иллюстрации приложено! - квир-балы (проще сказать - костюмированные вечеринки!) времен гражданской войны с участниками рабоче-крестьянского происхождения. В комплекте с подобного рода занимательными сведениями идут Ги Дебор и Джон Кейдж, супрематизм и венский акционизм, Марина Абрамович и Дерек Джармен, а также Давид Тухманов, в 1972 году для диска "По волнам моей памяти" написавший песню на стихи Сафо. Не только пластинка Тухманова - остальные явления, начиная с 19го века, тоже описаны в привязке датам, к указанию года, время течет то быстрее, то медленнее, на один год приходится по два, по три события, важные автору для общей концепции.

Стоит признать - "Синева" Джармена штучка посильнее "Черного квадрата" Малевича! Но мне, честно говоря, интереснее было наблюдать, как в этом условном, отчасти виртуальном, отчасти предметном, физическом пространстве, на пересечении идей автора пьесы-лекции и документальных, иллюстративных материалов существует актриса, за героиней вне времени, присутствующей "здесь и сейчас", которую она создает совсем не равной тому, что исполнительнице предложено произнести, озвучить (а также продемонстрировать, сменив по ходу мероприятия вечернее платье на брючный костюм), и которая выстраивает в этом контексте собственный, параллельный сюжет, с вопросами пола вообще не связанный.
маски

"Цацики идет в школу" М.Нильсон-Брэнстрем, Хабаровский ТЮЗ, реж. Юлия Каландаришвили

Непритязательный, но довольно симпатичный (в основном за счет исполнителей...) и стилистически даже не совсем детский спектакль, так что гиперактивные детсадовцы в зале, от школьной тематики далекие, впечатление малость подпортили. Юлия Каландаришвили в рамках фестивальной программы одного сезона представила в Москве аж две свои версии одной и той же инсценировки - питерскую (я не видел) и хабаровскую, кто может сравнивать, говорят, что не идентичные, но схожие по решению. Я видел только одну, привезенную из Хабаровского ТЮЗа (питерская, слыхал, более камерная...), в ней остроумно обыгран пластически главный элемент оформления (художник Павел Оглуздин), гигантский стул, задающий масштаб, внутри которого взрослые артисты впрямь сойдут за малышей. Главный герой - стокгольмский второклассник Цацики, названный так мамашей в честь ее любимого греческого блюда, школьные приключения его не сказать чтоб захватывающие или эксцентрические, скорее обыкновенные, и если микро-сюжет, построенный на обсуждении волосатых ног учительницы, меня сперва утомил (может это малышам забавно, по мне что-то не очень...), а история примирения с хулиганистым пятиклассником-второгодником, который сперва героя достает, но потом приходит к нему вечеринку, показалась фальшивой, ну или как минимуму покоробила избыточным, приторным благодушием, то другие эпизоды, связанные с отношением Цацики и Мамаши, Цацики и девочки Марии, ради которой он, собственно, затевает домашнюю вечеринку, благодаря основной паре актеров, Власу Булатову (Цацики) и Евгении Колтуновой (все остальные персонажи), музыканта, отвечающего также за отчасти комичные шумовые эффектны, и еще двум артистам "на подтанцовках" с коробками на головах, раскрашенными под персонажей детских компьютерных игр или конструкторов (эти в основном мелькают за зрительскими трибунами, к авансцене выходят только на финальную песню) в целом приемлемы; меня не особенно вдохновили, так это я, видимо, неправильно настроился. Откровенно говоря, по отзывам ожидал чего-то иного от литературного материала - не знаю первоисточника, а в инсценировке он оставил ощущение дидактики, урока, пусть и в игровой форме, как надо налаживать отношения в семье, в школе, с девочками, с хулиганами - вероятно, пригодного для шведских, для европейских цивилизационных реалий, а насчет хабаровских, питерских или московских - позволю себе усомниться.
маски

кто не сбегает - тот погибает: "Проигранное место" реж. Надежда Михалкова, 2018

Кто-то ради красного словца не щадит и родного отца, но на отца Надежда Михалкова пока что не покушается, а для начала (зря что ли с режиссером жила...) взяла в оборот старшую сестру Анну. Не в пример младшенькой сестренке, на которой природа отдохнула, кажется, за весь клан сразу, Анна Михалкова - действительно очень талантливая актриса, однако Надежда сделала все, чтоб в ее фильме Анну никто, и в качестве талантливой актрисы, и вообще, не опознал: белесый парик, макияж "краше в гроб кладут", плюс беременность героини на позднейшем сроке - и готова... женщина-следователь, на пару с коллегой твердо намеренная выяснить, кто стоит за гибелью двух подростков-одноклассников. В дуэте с Анной Михалковой работает Алексей Дякин, не менее замечательный актер из театра им. Маяковского, у которого здесь на экране вид такой, будто согласие участвовать в проекте он дал после долгих изощренных пыток. Впрочем, Михалкова-ст. и Дякин появляются ближе к середине картины. А в прологе компания старшеклассников, зависая на берегу реки возле опоры моста, дурачится, сочиняя и рассказывая страшные истории, попутно загадывая "желания".

Собственно, про существование этого удивительного фильма (среди множества других не менее чудесных русскоязычных киноужасов, бессмысленных и беспощадных, но сделанных, как водится, на деньги минкульта РФ) я узнал благодаря тому, что пролог якобы снимали в Ульяновске, возле Императорского моста, откуда с Нижней Террасы открывается вид на правобережье. Признаться, я и про Императорский мост впервые услышал, и на Нижней Террасе сроду (за двадцать три года) не бывал, и огоньки небоскребов на противоположном берегу Волги не опознал. Я уже не говорю, что по городу персонажи ездят в метро - а хотя в Ульяновске много что происходило (его провозгласили родиной Колобка, воздвигли там памятник букве Ё, ежегодно проводят акцию "роди патриота!" и т.д.), до метро дело не дошло, но мост, который начинали строить, когда я был октябренком, и не закончили к моменту, когда я решил бросить аспирантуру, видать, все же открыли. Так что было бы опрометчиво привязывать место действие к конкретным топографическим реалиям. Тем более по фильму складывается ощущение, что его авторы не то кто конкретных, но и самых общий представлений о жизни за пределами Николиной горы, она же Беверли Хиллс, не имеют. Школьники в их фильме проживают поголовно в особняках, в коттеджах - правда, не живописных "гатишных", как на улице, скажем, Вязов, а в уродливых кирпичных. Зато после уроков добираются домой из города на велосипедах, ну или одноклассник на мотоцикле подбросит. Вот так один парень отвез девушку до дома, она его к себе не пустила, поехал он обратно и ему натянутой через дорогу леской отрезало голову, прям в шлеме, как была. Другую подружку из той же компании после селфи с покойником в гробу обнаружили с размозженной головой где-то на отшибе. Тут на первый план и выступает дуэт Михалкова-Дякин: следователи заявляются в школу и полуофициально, припугнув директрису, вызывают учеников на "беседы", а директриса при сем присутствует и со своей стороны запоздало продолжает воспитательную работу: "Нельзя сбегать с уроков! Кто сбегает - тот погибает!"

Обидно за ребят, которые в этом поучаствовали: Ирина Мартыненко, Алексей Мартынов, Анастасия Акатова, Сергей Городничий, Валентина Ляпина, Арам Вардеванян... - взрослым-то уже нечего терять, а эти все, как на грех, симпатичные в своей неопытности. И если б я Никиту Еленева не видел в театральных спектаклях, то по "Проигранному месту" решил бы, что правильно его из "Табакерки" выгнали (еще при живом отце-основателе, между прочим, не при новом руководстве). Никита Еленев играет Рому, который от забав под Императорском мосту больше всех пострадал: с него сняли штаны, сфотографировали голую задницу и выложили в интернет! А произошло это после того, как парень поделился историей о "проигранном месте" в кинотеатре "Победа": кому оно достанется - тот смертью умрет! Ну поглумились ребята над страшилкой и рассказчиком, сбежали с физкультуры в кино - и вонь чо вонь чо! Сценарий "Проигранного места" - этим я особо поинтересовался - написали братья Пресняковы, лет десять назад драматурги востребованные еще активнее, чем сейчас, скажем, Дмитрий Данилов, но мода на драматургов, видать, проходит быстро, и теперь "братья" пробавляются заказной халтуркой (как и раньше, только пока они были модные, это так не называлось). Нескладуху, которую им удалось впарить последней Надежде Михалковой, на свой лад даже забавно смотреть, до того она нелепая, но за это я, в общем-то, и люблю "новые русские ужасы". Однако в отличие от произведений Святослава Подгаевского, Олега Асадулина и других живых классиков жанра, "Проигранное место", к моему удивлению, раскрывает свои загадки совсем не так, как ожидаешь.

В фильме, против всяких правил, нет мистики... То есть мистический настрой как бы нагнетается, нагнетается (ну на самом деле не очень-то он и нагнетается - но люди старались) - а под конец дело разъясняется вполне рациональным, от того уже совершенно идиотическим образом: оказывается, школьников убивал... следователь-напарник, потому что в детстве он пошел с мамой в тот самый кинотеатр "Победа", а после сеанса маму сбил автобус, и с тех пор мама являлась ему только в кинозале. Или не являлась - если "ее" место занимал кто-то другой - тогда огорченный следователь мстил за сорванную встречу! Школьники в последний момент как-то собрались и маньяка проткнули насмерть прутом, выбросили из окна, а тут напарница подоспела - и почти сразу, прям на дороге, рожать принялась. Дальнейшее - молчанье, вернее - просто песня (буквально). Вот честно сказать, если считать непредсказуемость развязки достоинством, то "Проигранное место" многим классическим шедеврам даст сто очков вперед, потому что мало кто до такой глупости додумается (лично я предположил, что убийца - продавец поп-корна! ну от безысходности, чтоб чем-то себя занять, пока кино шло...). Опять же - мент родился взамен погибшему, какой простор для сиквела... А назидательность какая: кто сбегает - тот погибает! С этой точки зрения если посмотреть, то перспективы у режиссерской карьеры Михалковой-мл. неплохие, надежда есть, что и дальше денег из бюджета станут отсыпать, а уж кто там дальше, когда средства освоены, станет считать победы и проигрыши?