Category: город

Category was added automatically. Read all entries about "город".

маски

"Поздняя любовь" А.Островского, Молодежный театр на Фонтанке, СПб, реж. Владимир Туманов

Наверное, на стационарной площадке этот спектакль смотрится еще выигрышнее, но даже в выездном варианте производит неплохое впечатление. Премьера сравнительно недавняя, прошлогодняя, на последних гастролях в Москве этого спектакля еще не было. Ничего особенного не придумано, если не считать неплохих пластических мизансцен, особенно момента, где Людмила (Эмилия Спивак) забирает у Николая (Андрей Кузнецов) пистолет и они вместе танцуют, и водевилизации финала, где в паре оказываются не только двое главных и двое второстепенных героев, но даже родители Николая и Людмилы. Эмилия Спивак - не самая плохая, но средняя актриса, и местами вольно или невольно косит под Александру Захарову, хотя как Спивак - не Захаров, так и Эмилия Семеновна - не Александра Марковна. Впрочем, это не Спивака постановка - он смотрел ее из зала, наблюдая, видимо, за дочкой. А накануне они вдвоем были на концерте Ваенги.
маски

одноклассники ру

Я уже подъезжал к Преображенской площади на метро, когда позвонила molly00 и позвала в гости по случаю убытия супруга. Я ходить в гости ужасно не люблю и крайне редко делаю исключения. Но вообще-то на подъем я легок, а после того, как мы с безумной феей за 35 минут долетели из ЦДХ до Театра им. Моссовета, часть пути пробежав по Садовому кольцу, обгоняя попутные троллейбусы, мне ничего не стоило на Преображенке выйти, сесть на почти сразу подошедший 36-й трамвай, доехать до 2-й Владимирской, а там на 7-м автобусе закоулками - до Ольги Николаевны, которая сама в момент звонка находилась в центре, так что у меня были все шансы прийти в гости раньше хозяйки, хотя этого все же не случилось. Удивляться мне пришлось дальше, когда Ольга Николаевна с воодушевлением рассказала, как на Маяковке к ней подошел какой-то мужик и бесплатно предложил билет в театр, а она согласилась. Смутные сомнения сразу посетили меня - и не напрасно: оказалось, что вечер мы провели в одном театре на одном и том же спектакле, тайваньской "Шепоте цветов" (вот только кто бы нам предложил так запросто бесплатный билет!) - но не заметили друг друга, да и не ожидали встретить: Ольга Николаевна в театры попадает нечасто, да и я оказался там случайно, планировал на другой день, но только накануне узнал о переносе премьеры инсценировки "Школы для дураков" в ЦДР, куда собирался изначально. Поразившись этому факту, мы стали было распивать шампанское, досматривая премию Муз-ТВ, восхищаясь Собчачкой и понося Урганта, как вдруг раздался еще звонок - на мобильный Ольге Николаевне. Еще одна наша одноклассница возжелала общения - о моем визите она, по счастью, ничего не знала, а я со своей стороны совсем не был готов к встрече в расширенном формате, кроме molly00 я ни с кем из прошлой жизни не встречаюсь, и та распрощалась по телефону с убеждением, что Ольга Николаевна в отсутствии мужа чересчур весело проводит время. Время действительно пролетело быстро, так что вывалился я обратно в седьмом часу утра. Решил, что на метро ехать не хочу, но прошел одну остановку, чтобы сесть на 141-й и доехать до Семеновской, а оттуда уже на трамвае. Однако вовремя приметил, что все 36-е, которые попадались навстречу, идут с новыми табличками, где вместо Детского санатория конечной остановкой указана 16-я Парковая. С 16-й Парковой у меня связаны воспоминания совершенно отдельные и к этой истории касательства не имеющие, но в любом случае я понимал, что туда мне не надо. Решил не рисковать, и покружив на 141-м по Окружному проезду (вот уж где глушь!), выпрыгнул на проспекте Буденного и дождался 86-го - он пусть и делает крюк через Электрозаводскую, но, по крайней мере, едет в нужную мне сторону. Короче, за полтора часа с одной пересадкой добрался автобусом из Перово до бульвара Рокоссовского. Вывод из наблюдений оказался верным: когда 86-й заворачивал на Преображенке, я обратил внимание, что трамвайные пути на Преображенском валу перекрыты в обе стороны. Почему и надолго ли - неизвестно, но что характерно - накануне, проезжая в противоположном направлении на 36-м трамвае, я не заметил и намека на то, что уже следующим утром все маршруты поменяются, часть пойдет от Семеновской дальше, часть станет заворачивать к Сокольникам. Вот так всегда - засыпаем в одном городе, просыпаемся в другом. А впрочем, мы и не ложились.
маски

"Мэрия" реж. Харольд Беккер, 2004

На нью-йоркской улице в результате случайной перестрелки между полицейским и наркоторговцем гибнет 6-летний ребенок. Оба стрелявших тоже убиты. Наркоторговец оказывается племянником босса мафии, и чтобы отмазать себя, босс через свои связи переводит стрелки на погибшего, полицейского обвиняют во взяточничестве, подбрасывают деньги. Мэр (Аль Пачино) причастен к тому, что убитого наркоторговца выпустили условно-досрочно по поддельному рапорту. Честный помощник мэра (Джон Кьюсак) вместе с девушкой-адвокатом, защищающей полицейских, докапывается до истины.

Для фильма социально-разоблачительного "Мэрия" нарушает многие штампы, наработанные киношниками, ориентированными "влево". Главный правдолюбец тут - не чернокожая женщина и даже не независимый журналист, а крупный чиновник, к тому же потомственный госслужащий, да еще и белый южанин. Хотя правдолюбцам сценаристы явно подыграли, начиная с того, что ребенок-жертва (но он-то уж конечно чернокожий) погиб от пули наркоторговца, а не полицейского, хотя попали в него так или иначе случайно, и у полицейского шансы оказаться убийцей были точно такие же, как у мафиози. Что наиболее принципиально, мэр, которого играет Аль Пачино - не какой-то там отпетый жулик. Он по-своему честный, по-своему человечный и, в общем-то, печется о благе города, не забывая при этом и о себе любимом, пусть и не слишком разбирается в средствах и в связях. Метит в губернаторы, а потом, если повезет, в президенты. Но по существу "Мэрия" держится все-таки на позиции весьма однозначной: с грязными руками чистые дела не делаются. Для художественного произведения (шедеврального или, как "Мэрия", посредственного - неважно) такая позиция пожалуй что и верная. Но очень уж неудобная по жизни.

За Нью-Йорк не скажу, но несомненно, на посту мэра Москвы желательнее и дальше видеть православного бандита, нежели еврея-интеллигента. То есть, конечно, если со стороны смотреть, из Нью-Йорка лучше всего - наверное, благолепный интеллигент, толкающий правильные речи, намного симпатичнее. А если изнутри, то хочется, чтобы метро кое-как работало, чтобы дорожные развязки на деньги, оставшиеся после того, как основную часть разворуют, строились, чтобы несмотря на откровенно фашистскую риторику делалось что-то на практике, а не наоборот, чтобы красивыми словами все ограничивалось. В идеале еще и чтобы слова с делами не расходились - но это уж точно тема для художественного произведения.
маски

"Три сестры" А.Чехова, Молодежный театр на Фонтанке, СПб, реж. Семен Спивак

Самые замечательные ощущения - когда знаешь наизусть пьесу, а спектакль по ней смотришь так, как будто никогда пьесу не читал, в крайнем случае что-то смуто о ней слышал. Примерно так я смотрел мюнхенские "Три сестры" Адреаса Кригенбурга:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1282265.html?nc=7

Спектакль Спивака в этом смысле, безусловно, не столь революционный - пьеса опознается в каждой секунде. Но поразительно, что в таком знакомом материале многое становится понятным впервые. Например, Ирина - у Спивака она девочка-переросток, изо всех сил старается произвести впечатление взрослой женщины, но и в первом акте, на своих именинах, остается ребенком, и далее, в третьем акте, она связывает спящему Тузенбаху шнурки на ботинках, трепещет в ожидании результата своей шутки и радуется, когда тот распластывается на полу, а когда Тузенбах прощается с ней в четвертом акте, он говорит с ней как с маленькой девочкой, лишь в финале, узнав о его смерти, мы видим Ирину внезапно, резко повзрослевшей. Или Андрей - почему он женился на Наташе, как он, готовившийся стать московским профессором, мог полюбить такое низменное существо? У Спивака Андрей и Наташа стоят друг друга, точнее, в Андрее изначально присутствует то пошляческое начало, которое роднит его с Наташей, а Наташа (Регина Щукина), в свою очередь, совсем не исчадье ада, она просто нормальная курица, этим и страшна, страшнее, чем если бы она была гротескной стервой, в ее сюсюканье можно узнать любую кудахчущую мамашу. Вообще в этих "Трех сестрах" нет противостояния высоких устремлений низким, а ангелов - чудовищам, даже в Соленом (Роман Нечаев) много светлого, трогательного, он по-настоящему влюблен, и более того, в какой-то момент кажется, что Ирина может отдать предпочтение ему, а не слабаку Тузенбаху. Ольга же, как это сегодня общепринято, влюблена в Вершинина и ревнует его к Маше. Однако сестры не принижены, они и такие, нескладные, подчас смехотворные, все же чуть выше остальных, и их несмотря ни на что все-таки жалко.

Спивак селит героев пьесы на вокзале, в прямом смысле - "на чемоданах". Чемоданы в "Трех сестрах" - штамп еще со времен прибалтийских постановок середины 1980-х, и метафора "дом-вокзал" не такая уж свежая, и небесспорная, учитывая, что по тексту железная дорога проходит черт знает в скольки верстах от города - а тут мало того что через сцену проложены рельсы, которые, как водится, никуда не ведут, так еще и суетятся железнодорожники, ножкой торшера переводят стрелку, а в финале можно наблюдать дым паровоза и тени проходящих вагонов отбывающего поезда. Но при кажущейся несвежести такой метафоры она работает на замысел. Раздражает поначалу и увечная нянька Анфиса - но попривыкнув к ней, начинаешь думать: а и в самом деле, кто сказал, что старухи в пьесах чехова - носители "народной правды", какими их обычно представляют, чем они лучше, чище, мудрее прочих действующих лиц?

Спектакль вопреки обыкновению с каждым следующим актом только набирает силу. Первые два чеховских действия до первого антракта полны комедийными решениями драматических эпизодов - при том что если жанр "Чайки" и "Вишневого сада" Чехов сам определял как комедии, то "Три сестры" - драма, и ход Спивака смотрится по отношению к пьесе довольно неожиданным. Чего стоит один только пародийный "рыцарский турнир" в честь именин Ирины - однако и в нем уже заложен намек на дуэль в последнем действии. В третьем чеховском акте вместо пожарной суеты - сонное царство, все устали, все засыпают на ходу, но этот сон обманчив. Вершинин и Маша уходят вместе, эта страшная ночь - их ночь, главная и лучшая в их жизни. Великолепная сцена прощания Маши и Вершинина в четвертом акте - все герои на сцене, Вершинин прощается с Кулыгиным, обходит вниманием Машу, дает руку Ирине, но когда они остаются наедине, Маша, ничего не говоря, залезает в сундук, как бы намекая - возьми меня с собой, хотя бы как багаж, как вещь, и закрывает за собой крышку изнутри. Но кульминация всеобщего отчаяния - финал третьего акта, когда самая рациональная из сестер, Ольга, в помешательстве готова поджечь дом - она разливает по полу керосин из лампы, зажигает спичку и лишь появление Ирины останавливает ее, хотя на обращения сестры Ольга уже не реагирует - она невменяема. После этого в четвертом действии лишь доигрывается это отчаяние - уже по инерции. Когда Наташа строит планы по переустройству дома и вырубке сада, Ольга хочет что-то возразить - но не говорит ни слова, она махнула на все рукой, не только доктору Чебутыкину - ей тоже "все равно, все равно". Их поезд ушел - и в буквальном смысле тоже.
маски

"Жаворонок" Ж.Ануя, Молодежный театр на Фонтанке, реж. Семен Спивак

Ну вот, организовался, пришел к началу. И в первом из двух антрактов ушел - поскакал на "ГЭП" в ЦИМ. Но ушел не поэтому. И даже не потому, что на первом действии "Жаворонка" мне было ужасно скучно, хотя происходящее на сцене как-то с самого начала не очень вдохновляло: среди развешанных вертикально трубок, "украшенных" крылышками, и на фоне катящихся на заднем плане мельничных колес судьбы - персонажи в условно-исторических костюмах. При всей условности и символизме - слишком бытовых для Ануя, которого хоть и ставят в промышленных количествах (сейчас чуть меньше, а лет десять-пятнадцать назад наблюдался просто бум Ануя), но воспринимают слишком плоско, однопланово, и это проблема не персонально Спивака - недавний "Оркестр" в РАМТе в этом смысле настоящий провал, а "Жаворонок" питерский - так, ничего еще. И я бы досмотрел до конца, если бы не исполнительница роли Жанны. Может, это совсем уж субъективное восприятие - но я просто не мог видеть эту актрису в этой роли. Наверное, дело не только в актрисе, а в режиссерском решении образа Жанны. Которое, в общем-то, может быть самым разным - от наивно-романтического до жесткого, представляющего героиню неумной фанатичкой. Но в спектакле Спивака Жанна выглядит нескладной дурехой, а то, как она увлекает за собой на борьбу людей - нелепым анекдотом. Не знаю, как эта линия развивается во втором и третьем акте, не исключаю, что с любопытными поворотами. Но я посчитал, что с меня достаточно и первого.
маски

"Город Эмбер. Побег" реж. Джил Кенан

Главная претензия - к художнику-постановщику: я не могу придумать объяснений тому, что подземный город, выстроенный в гипотетическом будущем, когда жизни на земле придет каюк, так похож на Нью-Орлеан 1930-х годов (на версию "так красивее" у меня есть возражение: "Шарик, ты балбес"). А в остальном - ничего себе сказочка, простенькая, совсем детская, но со вкусом. Сюжет, почерпнутый из неведомого мне бестселлера, правда, сильно напоминает печатавшиеся когда-то с продолжениями в "Пионерской правде" и "Юном технике" повести Кира Булычова ("Подземная лодка", "Гибель Атландиты" и т.п.), но автор сценария очень даже внушает доверие: Каролина Томпсон, если я ничего не путаю - та, что написала "Эдвард руки-ножницы", "Кошмар перед рождеством" и "Труп невесты". Режиссер тоже постарался, особенно удался оголодавший крот-мутант, который щупальцами может конкурировать с персонажем "Пиратов Карибского моря".

Главный злодей - именно такой, каким он должен быть в правильном кино для самых маленьких - неприятный, но жалкий и нестрашный. Таков персонаж Билла Мюррея, мэр города Эмбера, который вместо того, чтобы пытаться спасти детей подземелья от надвигающейся катастрофы (за 200 лет Эмбер обветшал, электрогенератор постоянно отрубается, запасы продовольствия тают), выступает с демагогическими заявлениями, создает никчемные комиссии, проводит песенные фестивали и вообще создает видимость бурной деятельности на пустом месте, одновременно стараясь потихоньку притырить для личного пользования остатки продуктов (без сатиры сегодня и в детском кино не обойтись). Но при этом мэр - не маньяк и не убийца, он довольно безобидный тип, не лелеющий планов об установлении тоталитарного режима и культа собственной личности, его устремления дальше тайной комнаты с консервами не простираются. Для приличия он и его подручные, конечно, немного побегают за парочкой юных правдоискателей, но тем даже не придется с ним сражаться, за них все сделает крот-людоед. Ребятки в главных ролях, кстати, тоже ничего - мальчик так себе, а девочка просто отличная.

Картину портит только облезлый Тим Роббинс в роли отца главного героя (в семье не без урода) и откровенно искусственный финал, когда выбравшись из полуразрушенного подземного города герои встречают первый взрослой жизни свой рассвет. Символически это означает надежду, что, хотя земля и опустела за двести лет, выбравшиеся на поверхность жители Эмбера смогут начать все заново, но это даже для детской сказки слишком уж наивно. Если уж говорить, что всем каюк - то незачем напоследок утешать понапрасну. Нехорошо малолетних обманывать.
маски

распалась связь

В своей бесконечной войне с техникой я терплю одно поражение за другим, но очередной удар оказался просто ниже пояса. С вечера воскресенья я остался без мобильной связи. Аппарат пишет, что надо вставить сим-карту, хотя карта вставлена. Пытался вынимать ее и вставлять обратно - результат прежний. Удивительно, но то же самое началось одновременно и с мобильником моей мамы, как раз после того, как мы вместе сходили в "Ленком" на "Визит дамы". Только у нее на следующий вечер телефон заработал. Я уж подумал, может, с "билайном" какие-то недоразумения, переставил ее карту (у нас, естественно, один оператор) на свой аппарат - все работает, то есть проблема именно в карте. Возможно, механические повреждения, все-таки карта старая, ей шесть с половиной лет. Хотя я и не понимаю, как так может быть, что аппарат в порядке, а карта, которая находилось внутри, безнадежно повреждена. Самое же ужасное, что карта зарегистрирована не на меня, а на организацию, и я самостоятельно не могу ни заменить ее (хотя номер в полном порядке - я уточнил в справочной "билайна"), ни даже поставить переадресацию, все нужно делать через контактных лиц. А это не только утомительно для меня и для этих лиц, но еще и жутко долго - летом мне около трех недель подключали роуминг, потому что только с третьей попытки до билайновского офиса дошли нужные документы из нашего. Сколько времени может уйти на замену сим-карты, я и думать боюсь, кроме того, даже для того, чтобы запустить процедуру, мне нужно получить в офисе доверенность от бухгалтерии, собрать подписи и печати. Проще завести новую и самому ее оплатить - но тогда я окончательно останусь без прежнего номера. Мало мне было того, что я месяц сидел без интернета в ожиданиии СТРИМа, который в итоге не получил и вынужден был вернуться на дайлап. Теперь я без мобильника (пока взял карточку у мамы - но ведь ее номера никто не знает, а переадресацию самостоятельно я тоже сделать не могу), а заодно и без часов - других часов, кроме как на мобильном телефоне, у меня никогда не было, а без сим-карты мой аппарат часы не показывает тоже. Еще у меня в течение целого дня не открывался ящик на мэйл-ру. А за банки, которые я собрал вечером по дороге из театра к метро, автомат выдал мне по 30 копеек вместо положенных 40. Что техника меня, мягко говоря, не любит, я открыл не впервые, однако без мобильника и часов одновременно как-то особенно не по себе. С людьми у меня, правда, тоже не очень складывается, но это отдельная история.
маски

искусство андеграунда

Пару дней назад ехал домой и через окно вагона метро видел, как в соседнем вагоне несколько парней устроили настоящее представление: катались по вагону на роликах, кувыркались на поручнях, как на трапеции - один даже "ходил" по потолку. Еще они что-то пели, но этого я уже не слышал. Двадцать минут я наблюдал шоу, похожее на австралийский "Стомп", только лучше. Не говоря уже о том, что эти "артисты" на свое представление не продавали билеты и вообще не работали на публику - дело было во втором часу ночи и пассажиров было настолько мало, насколько их может быть в московском метро (совсем мало их не бывает никогда). Потом они вышли (на "Преображенской площади"), а я поехал дальше. Редко когда я смотрю что-нибудь в театре или в кино с таким интересом, как это представление ни для кого.
маски

идем дорогой трудной, дорогой непрямой

Маршруты мои часто не совпадают с общепринятыми, но на этот раз даже по моим меркам вышло экстремально. Забежал перед театром в Булгаковский дом на презентацию, думал, побуду с четверть часа и пойду в Театр Сатиры, благо рядом. Но там долго не начиналось мероприятие, я успел выпить пару бокалов шампанского и вернулся уже после спектакля три часа спустя. Удивительно, но после старичков, танцевавших под шлягеры сталинской поры, осталось много еды. Еще более удивительно, что фонд Сергея Столярова презентовал книгу в Булгаковском доме - это все равно что, скажем, презеновать Солженицына в ДК ФСБ. Я поел салатиков, посмотрел на подвыпивших фриков, один из которых рассказывал в пространство всю свою жизнь начиная с того, что родился в 1955-м, и поехал в "Бумеранг" на фильм "Мы из будущего". Фильм сильно задерживался, и даже с учетом, что я, дабы не тратить времени понапрасну, посмотрел конец, а потом уже зашел сначала, чтобы уйти пораньше, все равно оказалось слишком поздно.

Пока ждал поезда на "Варшавской", пока пересел, еле еле не успев на предыдущеий, на "Каширской" - в результате, пока добрался до "Охотного ряда", опоздал на последний поезд из центра. Если бы вышел на "Павелецкой", наверное, еще смог бы добраться по кольцу хотя бы до "Комсомольской", все-таки ближе к дому. Тем не менее решил идти пешком - из центра так из центра. Вышел на Театральную площадь и потопал вверх. Поначалу удачно срезая углы и не ориентируясь на линии метро - вместо Мясницкой от "Чистых прудов" дошел до "Комсомольской" по проспекту Сахарова, что намного ближе. С направления и дальше не сбился ни разу, хотя на такие расстояния по Москве не ходил раньше никогда. Но слишком рано свернул со Стомынки и потом, вместо того чтобы по Короленко выйти к набережной Яузы, а там как раз мост на мой берег, пошел прямо и оказался на печально знаменитых трамвайных путях, врезанных в Сокольники - по ним ходит (но не в четыре часа ночи, конечно) 4-й трамвай. Рельсы в любом случае вели меня домой - но кружным путем, еще более долгим, чем если бы я двигался строго по линии метро через Преображенскую площадь. Однако возвращаться было поздно - если идти, то вперед.

По Москве даже среди ночи ста метров нельзя пройти, чтобы на кого-нибудь не натолкнуться, но маршрут 4-ки между Сокольнической заставой и Ростокинским проездом - совершенно особое место, там нет даже проезжей части, единственная дорога - трамвайные рельсы. Так вот даже там, в четвертом часу утра навстречу мне попался совершенно пьяный парень, шатаясь из стороны в сторону, он говорил кому-то по мобильнику, что находится где-то в лесу, где именно - не понимает, и куда идти - не знает, но видит человека (то есть меня) и сейчас спросит. Оказалось, ему надо на Краснобогатырскую - то есть по дороге со мной - но двигался он при этом в противоположную сторону. Следующие километра четыре мы с ним прошли вдвоем - оказалось, их с женой только полгода назад переселили в новый дом из снесенного. Какой бы он ни был пьяный, а когда ему сказал, куда и откуда иду, он несколько раз переспросил и каждый раз комментировал "охуеть". Но на самом деле даже со всеми этими кругами (как оказалось, не совсем напрасными - если бы я не встретил этого парня, еще неизвестно, куда бы он зашел - на моих глазах на "Варшавке" двое побили какого-то пьяницу и отобрали у него кошелек, а ключи он сам после этого потерял, оставил на платформе - правда, как я понял, пьяница поначалу сам до этих парней докапывался, так что неизвестно, кто там был прав, а кто виноват) - а до дома практически от Кремля я дошел за два с половиной часа, при том, что никуда не спешил и ковылял потихоничку, а после того, как встретил пьяного - еще медленнее, потому что он даже так, как я, идти был не в состоянии. То есть в хорошую погоду (а на этот раз не очень повезло - слякоть и грязь, хорошо еще что сверху ничего не капало и не падало) можно меньше чем за два часа доходить до дома даже из самого центра, а от Садового кольца - тем более. Будет случай - учту.

Конечно, слегка натер ногу, а хуже всего отреагировала спина - тут и долгое время "прямохождения" сказалось, и сырая погода. Но все равно - опыт интересный, не для частого повторения, но все-таки. Я еще успел застать по телевизору "Последний киносеанс" Богдановича с юным и черно-белым Джефом Бриджесом и прелестной Сибил Шеппард.