Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

"Чайка" Джона Ноймайера в Музыкальном театре им.К.Станиславского и В.Немировича-Данченко

С первого до последнего эпизода - симпатично, ничто не раздражает, но предсказуемая хореография в сочетании с историческими костюмами и бытовыми, насколько это вообще возможно, декорациями и бутафорией, не позволяют этой "Чайке" претендовать на большее, чем музыкально-пластические иллюстрации к пьесе Чехова. Тем более, что даже композиционно Ноймайер строго следует Чехову: структура спектакля - четырехчастная, два действия четко делятся на две половины каждое, и три из них - 1,2 и 4 - даже сюжетно за отдельными исключениями (достойными особого внимания) достаточно точно пересказывают содержание "комедии", с той разницей, что Аркадина (Татьяна Чернобровкина) - прима-балерина, Тригорин (Виктор Дик) - самодовольный балетный рутинер, а Треплев (Дмитрий Хамзин) - хореограф-новатор. Из общего ряда выпадает только первая часть второго акта - действие переносится в Москву, и таким образом Ноймайер домысливает и пересочиняет то, что у Чехова происходило между 3 и 4 действием (что само по себе тоже не очень ново - по тому же принципу выстроена ленкомовская "Чайка" Марка Захарова, правда, там интерлюдия компактно завершает первое, соединяющее три чеховских акта действие и стилизована в какой-то степени под трюковок немое кино). Нина (Анастасия Першенкова) танцует в ревю, где сталкивается случайно с Тригориным в окружении молоденьких балеринок. Нина страдает. Тем временем балет Кости Треплева "Душа чайки" поставлен в императорском театре, главные партии исполняют Аркадина и Тригорин, и зрелище, видимо в силу этого, больше смахивает на пародийное "Лебединое озеро".

В этом смысле "Чайка" Ноймайера мало чем принципиально отличается по концепции (если не брать в расчет собственно хореографию - хотя она тоже по сегодняшним меркам достаточно традиционна) от советских балетов, основанных на сюжетах Чехова. За "Даму с собачкой" Щедрина не скажу, а неувядающая "Анюта" Гаврилина пожалуй что и поинтересней будет, по крайней мере, она положена на оригинальную и совершенно изумительную музыку, идеально адекватную либретто, тогда как по какому принципу подбирал музыку к своему спектаклю Ноймайер, можно только гадать: ничего менее подходящего случаю, чем 9-я и 15-я симфонии Шостаковича и особенно его же камерная симфония "Памяти жертв фашизма", придумать трудно, разве что кода 15-й симфонии достаточно точно попадает в настроение финала балета, где Костя Треплев, разочарованный в своих мечтах, исчезает, подобно раненой черной птице, под деревянными подмостками садового театрика.

Костины "мечты" (именно так они обозначены в програмке) - единственное, не считая московских сцен второго действия, отступление от чеховской линии. Оступление не в сторону, а вглубь сюжета и персонажа. Эпизодами "мечты", с разным настроением, завершаются и первое, и второе действия спектакля, а их наиболее полным и развернутым воплощением оказывается, что вполне естественно, любительское представление на помосте дачного театра, озаглавленное "Душа чайки". Вот это представление и вызывает больше всего вопросов. Разыгрывается оно на фоне задника в форме квадрата, разделенного по диагонали на черный и белый треугольники. В том же супрематистстком духе решены и костюмы танцовщиков костиной труппы (набранные, надо полагать, из числа работников поместья? практически запоздалый "крепостной балет" получается). Впрочем, "костюмы" минимальны - всего лишь трапецевидные остроугольные шаровары ("пифагоровы штаны"?!) разных цветов: у Кости - черные, у "работников" - красные, на танцовщицах - геометрических форм синие топики, на Заречной - белый. Под этническую музыку разыгрывается некое действо в восточном духе, венчает которое многорукая пирамида из тел, напоминающая статую индуистского божества. Сочетание индуизма с супрематизмом, видимо, показалось Ноймайеру настолько удачным (кстати, московское ревю, в которое позже попадет Нина, тоже разыгрывается в супрематистском, красно-черном антураже, под музыку Шостаковича - нэпманских танцев из "Золотого века", если не ошибаюсь), что спектакль Кости занимает почти всю первую часть первого действия, в результате чего завязки других сюжетных линий (а они постановщиком сохранены практически все и массовые сцены спектакля просто наводят оторопь) скомканы, а консервативная костина публика внимает его экзерсисам хоть и не без иронии, но достаточно терпеливо - до тех пор, пока Треплев не задействует пиротехнические эффекты. Тут уж все бросаются рассыпную, а Треплев в бешенстве стреляет из пистолета в воздух - но это, если честно, объяснимо и вне каких-либо психологических, тем более художественных конфликтов между персонажами.

Вторая часть второго действие снова возвращает героев к "колдовскому озеру", где Маша выходит замуж за Медведенко. Маша, как обычно, в черном, только фата - белая. Далее - по тексту, появление Нины, затем Тригорина, Дорн, который у Чехова тоже пользуется повышенным спросом у женщин, но у Ноймайера просто секс-символ спектакля... Снова появляется бумажная чайка - в самом начале спектакля, еще до первых звуков оркестра, Костя складывает ее из белого листка, и Маша - единственная, кто обращает на нее внимание; позже на нее наткнется Тригорин и равнодушно откинет. И снова, как и в финале первого действия - Мечты Кости. Только теперь своим обнаженным танцовщикам в обтягивающих трусиках Треплев символически сворачивает голову и забивается под дощатый помост.

На самом деле "Чайка" - балет смотрибельный, даже занимательный. Просто неровно выстроенный - одни эпизоды кажутся проходными, искусственно сжатыми во времени, другие (вторая часть второго действия) - наоборот, неоправданно затянутыми; и в целом какой-то плоский. Несмотря на сюжетные изменение и углубление в подсознание персонажа, в нем нет никакой загадки, и нет даже той достаточно механистичной многоплановости, которая была в "Сне в летнюю ночь", где три плана действия - два основных - бытовой (городской) и волшебный (лесной), и один побочный (вставные номера комической пантомимы "любительской труппы" ремесленников) решались в разной художественной эстетике и танцевальной технике:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/556399.html?mode=reply

На выходе из зала столкнулся с уважаемым Юрием Фридштейном. Мы с Юрием Германовичем виделись последний раз недавно, на питерском "Горе от ума", так что разговор про "Чайку" начался без предисловий.
- Замечательный спектакль - заявил Юрий Германович.
Спорить особо повода не было, но мне все-таки хотелось уточнить:
- А чем он такой уж замечательный? Это ведь, не считая первой части второго действия, просто иллюстрация к драме Чехова, пусть даже и вполне удачная.
- Ну а вы чего хотите?
- Хотелось бы все-таки фантазии, вариаций, размышлений на тему...
- Так а мечты Треплева вам для чего?
- Но о чем эти мечты? О соединении индуизма с супрематизмом?
- О мальчиках!
Если так - тогда да, это многое объясняет.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments