Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

"Добрый человек из Сезуана" Б.Брехта в Театре на Таганке, реж. Ю.Любимов

Когда на четвертом курсе мы дошли до Брехта, моя преподавательница, по возрасту заставшая спектакли Таганки 60-70-х годов (и не только "Доброго человека...", но и "Жизнь Галилея", и другие), объясняла принципы "эпического театра" именно на примере спектаклей Юрия Любимова как наиболее точно соответствующих художественнойй природе текстов Брехта. "Доброго человека из Сезуана" к тому моменту уже не было и еще не было - Любимов восстановил его позже, но и восстановленной версии уже не один год. Реанимация легенды - очень сомнительное мероприятие, хотя теоретически и полезное, все-таки есть возможность увидеть "живую историю" театра. Насколько "живую" - вопрос. Потому что спектакль, который показывают на Таганке сейчас, живым не кажется. Хотя природе брехтовских пьес он вполне соответствует: зрелище, отчасти напоминающее концерт бардовской песни, вульгарный марксизм, приправленный совковым шестидесятническим либерализмом 40-летней выдержки (это когда что-нибудь говорят об олигархах, а доллары путают с рублями), не спасает ни игровой подход к материалу, ни ироническая по отношению к нему дистанция. Клоунская троица "великих богов", обнаружившая в Сезуане единственного "доброго человека" в лице местной проститутки, дарит ей тысячу долларов, но "трудно быть добрым, когда все так дорого", и чтобы не вылететь в трубу, но и не поступиться своей добротой, героиня совершает поступки не слишком "добрые" от лица своего вымышленного двоюродного брата. Пафос Брехта состоял в том, что никакое индивидуальное добро не работает в мире социального зла (в "Трехгрошовой опере" об этом у него еще более конкретно сказано: "Сначала дайте нам пожрать немнного, а уж потом учите честно жить"). Пафос прежней Таганки тоже сводился к призыву социального переустройства, хотя и не совсем того, которое имел в виду драматург. Сегодня этот пафос - мимо кассы. Столько самых разных перемен - и никакого толку. А добрые люди между тем, вопреки марксистским догмам и диссидентскому нигилизму, не переводятся. Сегодня призывы "менять богов" (сколько ж можно?) и неверие в индивидуальное совершенствование личности (а о чем еще стоит говорить?) звучат такой откровенной дикостью, что даже в рамках "живой театральной легенды" вызывают только отторжение.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments