Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

"В память о лучшем" Франсуазы Саган

В мемуарных очерках Саган та же, что и в своих романах: нарочито-поверхностна, непринужденна и не сильно зациклена на формальных вопросах. Хотя выстроена книга довольно четко: десять главок, которые чередуются по принципу "персоналия"/"общая тема". Общие темы - азартная игра, скорость (автомобили), театр, Сен-Тропез, чтение - менее интересны, поскольку если поверхностность в сюжете и описаниях обаятельна, в рассуждениях она непривлекательна и иногда напрягает. Особенно это касается главок "Скорость" и "Сен-Тропез" - в них почти нет конкретных эпизодов (хотя мельком упоминается, что автор и в автокатастрофы попадала, и на морском побережье победокурила всласть). Самые любопытные - "Театр" (о собственной карьере драматурга) и "Чтение" (оказывается, первыми читательскими потрясениями для Саган были "Яства земные" Жида, "Человек бунтующий" Камю и "Озарения" Рембо, а также Пруст; кроме того, через эти книги Саган рассказывает историю развития своих атеистических взглядов).

Персоналии намного занимательнее, там не столько о них, сколько о самой Саган. О концертах и встречах с Билли Холлидей, о дружбе и совместных приключениях с Теннесси Уильямсом и Орсоном Уэллсом (главка об Уильямсе вообще самая занятная - помимо самого героя и автора там действуют еще и любовник Уильямса, Франко, и его полусумасшедшая подруга и замечательная писательница Карсон МакКаллерс), о нескольких встречах с Рудольфом Нуриевым и "Любовное письмо Сартру". В рассказе о Нуриеве Саган превзошла саму себя по части мифотворчества, настолько принципиально далеким от действительности она нарисовала портрет персонажа. Начиная с того, что 6-летний Нуриев увидел впервые балет "в родной сибирской глуши". Ну, допустим, Поволжье с Сибирью француженке, да еще в годы холодной волны, перепутать простительно. Но дальше она пишет, как он "приехал в Ленинград или Москву, точно не помню" - это просто прелесть, ведь проверить, казалось бы - раз плюнуть, но, так же как между Поволжьем и Сибирью, Саган осознанно не видит разницы между Ленинградом и Москвой, поскольку ведет к следующему положению: "Три года спустя Нуриева признали лучшим танцовщиком "всея Руси", первым и единственным". Это откровенная мифологизация образа - в годы, когда Нуриев танцевал в Кировском балете, во-первых, в центре внимания были солисты Большого, а не Кировского театра, а во-вторых, даже в Кировском Нуриев был явно не первым и уж тем более не единственным. Но "историческая правда" Саган не интересует. И по отношению к Нуриеву, которого она едва знала, и по отношению к Сартру, с которым была знакома довольно близко в последний год его жизни.

История "Любовного письма" начинается, собственно, с любовного письма, которое по согласованию с Сартром (он был уже слеп, ему его прочитали вслух) Саган написала и опубликовала в 1980-м. После этого в течение года они регулярно встречались и обедали вместе. Ну, то что Саган называет "Слова" лучшей книгой за всю историю французской литературы - это дело ее личного вкуса. Но когда она говорит о нем как о великолепном мужчине и честном мудром человеке, который даже если заблуждался, всегда признавал свои ошибки - это очень спорно. О человеческих качествах Сартра совсем другое пишет в своих "Мемуарах девушки, сбитой с толку", Бьянка Ламблен (а она знала Сартра, надо думать, ближе, чем Саган), а про его политическую позицию (точнее, позиции) слишком много известно и без всяких мемуаров. Лучшую оценку им дал в своих "Противоядиях" Ионеско. Но ни Ламблен, которая, будучи малолетней дурочкой, спала с известным писателем, ни Ионеско, который считал Сартра идеологическим оппонентом (если не сказать - врагом), а главное - главным виновником моды на "левачество" среди европейских интеллекуталов, не обедали с Сартром в последние годы его жизни, когда он был слепой и не мог донести самостоятельно вилку до рта. А Саган сама резала мясо на его тарелке. И пишет, что Сартр это ценил. И даже сказал ей однажды:

"Как мило с вашей стороны. Это хороший признак: умные люди всегда милы. Я знавал только одного типа - умного и злого, но он был педераст и жил в пустыне".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments