Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

колбаса в кальсонах: "Авиатор" Е.Водолазкина в "Школе современной пьесы", реж. Алина Кушим

После выспренной тягомотины "Соловьева и Ларионова" в "Современнике", эклектичного блокбастера "Лавр" в МХАТе им. Горького и лаконичных за отсутствием иных достоинств "Близких друзей" в "Сатириконе" (это не считая "Лавра" гастрольного, питерского, в постановке Бориса Павловича) выходит инсценировка "Авиатора" в "Школе современной пьесы" - именем Евгения Водолазкина пока еще не называют города, улицы, ни даже парки культуры и отдыха, но официальный и очевидно навязываемый статус Евгения Германовича не по дням, а по часам приближается к "великому писателю земли русской", о чем не одно лишь количество театральных премьер по его текстам свидетельствует, но в еще большей степени частота появлений в эфире метровых телеканалов. Тексты между тем — предмет отдельного разговора, хотя по большому счету и говорить не о чем... Спектакли - все же самостоятельные произведения, к тому же они, как видно даже по перечисленным, очень разные. Алина Кушим ранее в ШСП ставила "Солнечную линию" Ивана Вырыпаева, превратив дуэтную разговорную пьесу в спектакль многофигурный, полифоничный, хотя не факт, что пьесе это пошло впрок:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4078775.html

В инсценировке "Авиатора", над которой работали Михаил Арсланьян и Антон Ткаченко (не знаю таких), наоборот, спрямлено и вычищено даже то, где, казалось бы, и так-то зацепиться не за что. Евгений Водолазкин в своем провинциально-интеллигентском морализме, дидактизме и остальном "просвЯтительстве", видимо, серьезен, но хотя бы по части эксплуатации расхожих сюжетных и жанровых клише самоироничен - постмодернист, господипрости - а на спектакль и такой, чисто формалистской иронии, не достало. Тут история про "человека серебряного века" (как герой, кстати, сам себя называет! вот представляю, чтоб Ахматова про себя сказала что-то подобное или там Николай Асеев какой-нибудь на худой конец...) - который за убийство соседа-доносчика - с помощью настольной статуэтки Фемиды! - попал в Соловецкий концлагерь, там от голода и пыток согласился на участие в эксперименте по крионике, замороженный пролежал в жидком азоте несколько десятилетий и очнулся аккурат к 1999-му, будучи 1900-го г.р., ровесником века, мало того, нашел свою былую возлюбленную беспомощной старухой, но познакомился с ее внучкой и женился на ней, а затем начал ускоренными темпами стареть - рассказана бегло, через узловые моменты фабулы, но зато уж на полном серьезе, со слезой и с обязательным нравственным уроком.

В отличие от самоиронии авторские потуги на обобщения историософского плана (убийственные и в "Лавре", но в "Авиаторе" просто смехотворные), которыми прирастает морализм Водолазкина - дескать, в мире, обществе и истории все взаимосвязано, потому индивидуальная ответственность с каждого, может, и не снимается, но в целом происходит все так, как должно - инсценировка бережно сохранила, и на фоне куцего, скомканного в дайджест сюжета они выпирают, лезут в глаза прям-таки с неприличной навязчивостью. Тупость водолазкиного морализаторства молодая девушка-режиссер пытается скрасить деталями на уровне забавных этюдиков - хотя когда актер засовывает под кальсоны палку копченой колбасы и говорит "писька" (это все как бы по сюжету - доносчик-сосед этаким манером выносит с колбасного предприятия, где работает, ворованный товар... но режиссер не мудрствует лукаво и исполнителю не предлагает иного, кроме как продемонстрировать данный процесс наглядно и буквально проговорить вслух), так себе забава на мой субъективный вкус.

Если бояковский "Лавр", по литературным достоинствам инсценировки (несмотря на противоположный к первоисточнику подход - с максимальным сохранением сюжетных линий, персонажей, лирических господипрости отступлений) постановочными масштабами (с задействованным музыкальным ансамблем, многоэтажной декорацией, детьми и собакой в роли волка и т.д. вплоть до подобия ирландской чечетки) способен до некоторой степени развлечь -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4312303.html

- то "Авиатор" внешне нарочито скромен (художник Александра Дашевская). Действие начинается в павильоне-кубе - как бы внутри сознания потерявшего память "отморозка" Иннокентия Платонова, для которого доктор с ассистенткой разыгрывают комедию, будто на дворе по-прежнему первая половина 20го века, а не самый его конец. Затем герой Алексея Гнилицкого вместе со своим сознанием выбирается из этого кокона - чтоб попасть в другой: реконструированный после недавнего пожара интерьер основного зала ШСП, бывшего ресторана "Эрмитаж", затянут белыми тряпками, чем-то средним между больничными бинтами и тонкой кисеей, отсылающей, наверное, к утонченности пресловутого "серебряного века", человеком которого герой себя числит, отсылая к стихотворению Блока (которого якобы видел и слышал "в прошлой жизни"!) "Авиатор" - "Летун отпущен на свободу..." и т.д. По залу бегают дети с «воздушным змеем», изображая в мальчишеском возрасте Иннокентия и его кузена Севу (взрослея, персонаж Кирилла Снегирева юношей подпадет под влияние революционеров, в 1920-е станет немаленькой "шишкой" в ГПУ и сыграет свою зловещую роль в судьбе Иннокентия, в 1930-е будет расстрелян). Видео и титры в наличии - тут режиссер и в целом театр следуют общей моде, хотя и довольно-таки механистически, бездумно: стилизованный под литеры пишущей машинки шрифт, да и содержание титров мало что добавляют происходящему осмысленного; черно-белые картинки также выполняют скорее декоративную функцию; равно "люстра" из тряпок, нависающая над сценой во втором акте, и (еще один элемент обязательной театральной моды!) роликовые коньки, на которых в первом к герою выезжает прелестное видение из все того же "серебряного века", чтоб, не снимая коньков, забраться к нему на больничную койку под одеяло (несколько лет назад здесь же, в ШСП, по поводу одного из эскизов "Класса молодой режиссуры" я заметил, до чего же неудобно, должно быть, натягивать презерватив, не снимая с штанов... и вот теперь в кровать на роликах!).

Впрочем, с одной стороны, над чужим убожеством грех смеяться (своего-то не избыть...), а с другой, все бы ничего, но отшелушив от первоисточника, что только удалось выбросить, инсценировка "Авиатора" в итоге предстала вольно или невольно ответом на адресованную герою просьбу рассказать "о России в общих чертах". Для тех, кто вдруг не в курсах, разыгрывается в оформлении из пластиковых панелей и белых тряпочек этюдным методом на эскизном уровне меняющими на ходу личины артистами (по отношению к материалу, целиком выстроенному на сюжетных параллелях и символических отождествлениях персонажей, отдавать по несколько ролей одному исполнителю - заведомо провальный режиссерский ход...) кой-как беллетризованный микс, составленный из сдобренных нравоучительностью сколь хрестоматийных, общеизвестных, столь и тенденциозно воспринятых сведений (великая культура, сметенная революцией, большевистская диктатура, жестокая и неправедная советская власть, ужасы "расчеловечивания" в русских концлагерях - а да, кстати, судя по соответствующей реплике замороженному в жидком азоте Иннокентию читали на ухо Солженицына! - про войну на всякий случай опускаем и сразу к 90-м, хаос вместо свободы, злоупотребляющий алкоголем руководитель) - вот, собственно, все, что «в общих чертах» вы всегда хотели знать о России, но боялись спросить; хотя можно было ограничиться и одним словом - "писька".



Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments