Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

вы нашли свою дорогу: "Чайка" А.Чехова в Театре Олега Табакова, реж. Константин Богомолов

Хорошо было прежде, Костя! Помните? Какая ясная, теплая, радостная, чистая жизнь, какие чувства,— чувства, похожие на нежные, изящные цветы... Помните? (Читает.) «Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси, пауки, молчаливые рыбы, обитавшие в воде, морские звезды и те, которых нельзя было видеть глазом,— словом, все жизни, все жизни, все жизни, свершив печальный круг, угасли.

Фактически "Чайка", видимо, последняя в активном репертуаре Театра Олега Табакова постановка Константина Богомолова (номинально числятся еще "Волки и овцы", но я их пока не вижу на текущей афише...) - и стоит заметить, ее здесь берегут, сохраняют, в том числе за счет актерских вводов. Хотя уже, наверное, никто не помнит, что означает на деле приписка "новая версия" - свежая публика воспринимает ее просто как необязательную пометку, намекающую на отсутствие "классических" декораций и костюмов, вероятно; хотя в свое время "новая версия" вполне конкретно отделяла вторую редакцию богомоловской "Чайки" от первой - в той же сценографии Ларисы Ломакиной поставленного, но совершенно другого, и частично с другими исполнителями, первоначально на площадке МХТ (но официально как репертуарное название Театра п/р О.Табакова) спектакля:


- только "старая" версия едва ли сезон продержалась, как-то сразу не задалась (еще и столкнувшись на "вылете" с почти одновременно случившейся грандиозной бутусовской в "Сатириконе"), а "новой" скоро уже восьмой год пойдет, и она не устаревает, не теряет внутреннего нерва, ни внешней формы - вот такой "сюжет из области отвлеченных идей"!

Первый раз я семь лет назад забежал на нее с антракта, ради "галочки", не подозревая, что "новая версия" вместо ожидаемой частичной замены состава окажется совершенно оригинальной, пускай в том же оформлении, постановкой:


Потом целиком спектакль посмотрел уже спустя год после премьеры:


И конечно, после восстановления спектакля в здании на Сухаревской с вводом Сергея Чонишвили снова пришел:


А предыдущий раз я видел совершенно особенный, эксклюзивный вариант состава - когда в результате некоего форс-мажора Константин Богомолов, подменяя разово Игоря Хрипунова, сыграл Треплева сам, это было, конечно, совсем особенное мероприятие (что касается не только происходящего на сцене, но и наблюдаемого в зале):


Сейчас роль Константина Треплева играет, как изначально в "новой версии", Игорь Хрипунов (в "старой", кстати, был Павел Ворожцов), но я впервые смотрел богомоловскую "Чайку" сразу с тремя новыми исполнителями, введенными теперь уже на постоянной основе. Вячеслав Чепурченко раньше с Богомоловым работал на "Волках и овцах", и в "Чайку" вошел органично - впрочем, роль Медведенко в этой постановке не слишком объемна и выигрышна, хотя Данил Стеклов был, по-моему, пусть самую малость трогательным, а Чепурченко совсем нет (и может быть, к богомоловскому видению персонажа так ближе). Как ни хороша была в образе Полины Андреевны (как ни в каком другом из тех, что у меня на памяти) Ольга Барнет, но Марианна Шульц необыкновенно трогательная, при том сдержанная, ничуть не гротесковая (хотя актрисе привычнее характерная гиперболизация, тут она замечательно обходится без нее). Труднее принять Марину Салакову в роли Маши, но это скорее инерция восприятия, не потому, что Салакова что-то неверно делает, а потому, что в сознании неизбежно всплывают жесты и интонации Дарьи Мороз (Салакова по сравнению с ней все-таки много "играет", "старается").

Но сейчас интереснее смотреть эту давнишнюю "новую версию" даже не на предмет сравнения актерских работ (да и зачем - каждый исполнитель естественно привносит что-то свое, и вместе с тем режиссерская конструкция спектакля прочна настолько, что принципиально внутри нее вряд ли что может измениться... если только не делать "самую новую версию" с чистого листа!), а в свете того, какой путь Богомолов прошел с премьеры этой "Чайки" и до сего дня... Когда я впервые "Чайку" в "новой версии" увидел - и вместе со всеми офонарел сперва, разумеется - у меня не возникало сомнений, что это "получи, фашист, гранату!", что Богомолов нарочно, издевательски посадил известных артистов - и Олега Павловича Табакова на тот момент! - спиной к публике и заставил их нечленораздельно бубнить: мол, возмущаетесь "капустными" гэгами, отсебятиной, музыкальными номерами, в частности, "оргией" под "Пусть тебе приснится Пальма-де-Майорка" (в "старой версии" был такой "ударный" эпизод с участием всех персонажей "Чайки", включая даже Сорина!) - нате вам, сокращенный, но в остальном абсолютно "классический" текст, без "отсебятины", без эстрадных интермедий, минимум движений, громкость почти на нуле...  когда поднимается занавес и при вечернем освещении, в комнате с тремя стенами, эти великие таланты, жрецы святого искусства изображают, как люди едят, пьют, любят, ходят, носят свои пиджаки...

То есть решение "новой версии" воспринималось по инерции как очередная "провокация", только осуществленная противоположными, в сравнении с предыдущей (и другими того же периода спектаклями режиссера) художественными методами. Сейчас, раз за разом пересматривая "Чайку", чем дальше, чем больше лет проходит с премьеры "новой версии", я сильнее сомневаюсь в тогдашнем впечатлении... То, что выглядело провокативным "акционизмом", демонстративным ответным "жестом", стало фундаментальной основной богомоловского метода на следующем этапе творчества, и грандиозный "Юбилей ювелира", и спектакли по Вуди Аллену, и "Преступление и наказание" наряду с другими петербургскими постановками (особенно лично мне дорогая "Одиссея 1936"), и, конечно, "Три сестры" в МХТ развивают заданное "новой версией" направление. Не говоря уже про польского "Платонова", которого в записи без знания языка, к сожалению, смотреть практически бессмысленно (хотя я честно пытался), даже зная сюжет и заранее понимая, что женские роли играют мужчины, а мужские наоборот - но между прочим, как раз с "Платоновым" у "Чайки" в "новой версии" больше всего сходства внешнего, начиная со сценографии, естественно, Ларисы Ломакиной в обоих случаях (в "Чайке" это облезлая коробка заброшенного провинциального дома культуры; в "Платонове" то ли коммуналка, то ли многоквартирный дом в опять же провинциальном захолустье, скупо обставленный немодной мебелью, явно пережившей свою эпоху... как и персонажи спектакля).

Теперь за методично, последовательно "стерилизованной" формой, стилем, эстетикой "Чайки" - и парадоксально, с годами явственнее - проявляется (вернее, чувствуется, а присутствовало оно, вероятно, изначально, просто не сразу очевидно...) не режиссерская "провокация", но настоящая драма главных героев. Мне тут довелось случайно и по совершенно иному поводу столкнуться с суждением, будто у Чехова в "Чайке" старшие - талантливы, а молодые - бездарны. Ну само собой у Чехова и в тексте совсем не так; а у Богомолова так вовсе напротив - даже если не брать "просвещенное" семейство Шамраевых (сейчас был состав Павел Ильин-Шамраев, Марина Салакова-Маша, Марианна Шульц-Полина Андреева), а только Аркадину и Тригорина, то бросается в глаза, что Аркадина-Марина Зудина никакая актриса, да и бабенка пошленькая; а уж Тригорин-Игорь Миркурбанов и вовсе фрик, вечно пьяный, в обвисших штанах, самовлюбленное ничтожество, плохо скрывающее за натужной самоиронией, что всерьез числит себя в глубине души выше Толстого и Тургенева - между прочим, при всех изменениях, которые претерпевал спектакль, сцена Миркурбанова-Тригорина и Зудиной-Аркадиной в третьем чеховском акте ("ты такой талантливый" и т.д.) максимально близка к тому, какой постановка мне помнится по первым давним впечатлениям, не считая, разумеется, фантасмагорической встречи Треплева-Хрипунова с Заречной-Хайруллиной в последнем акте.

Тогда как самое, может быть, удивительное и трогающее из всего, что есть в этом подчеркнуто минималистском, аскетичном спектакле - прекрасные, ангельские глаза Нины-Светланы Колпаковой; "я, наверное, слишком проста, чтобы понимать вас" - говорит она Треплеву, и она действительно проста, но при том не глупа, она не пародийная смешная дурища, какую Колпакова сыграла позднее в "Мужьях и женах", ее Нина полна любви и надежд, перед ней впрямь открывается "город золотой", и ясно, почему уже не будет такой в дальнейшем - "время наше уходит", как замечает Полина Андреевна - и почему она "сильно изменилась", настолько, что вместо Светланы Колпаковой в последнем акте на сцену выйдет Роза Хайруллина, после чего Треплеву только и останется, что залезть в шкаф и там застрелиться.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments