Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

хорошо вам, детки: Богдан Волков и Александр Гиндин в КЗЧ: романсы Чайковского

До последнего колебался - и хотел, и не хотел идти; только накануне желание малость перевесило сомнения, обусловленные, как ни странно, ни репертуаром (при том что романсы Чайковского я обычно слышать не могу совсем), ни исполнителями (Богдан Волков мне как раз в любых проявлениях интересен, Александр Гиндин, наоборот, неинтересен настолько, что если б не память о его сотрудничестве с Николаем Петровым, заставляющая плеваться каждый раз при виде фамилии Гиндина на афише, мне вообще было бы "все равно на наго"), а собственными моими впечатлениями, которые несколько лет назад я испытал в Бетховенском зале на концерте, где тот же Богдан Волков вместе с Алексеем Гориболем, исполняли и романсы Чайковского в том числе, но в одной программе с Шуманом и Бриттеном. Вот там произошло считай чудо, ну или как минимум случилось художественное событие на уровне откровения:

Здесь я откровения не ждал и его не произошло. Для начала, то ли манера Волкова изменилась за прошедшее время, то ли что-то у него с голосом, хотя вроде физических, технических проблем нету, то ли пространство наполовину заполненного зала (а реально меньше, поскольку и с учетом "шахматной рассадки", и при ценах по недавним понятиям ниже нижнего предела билеты раскупались слабо... в продажу пустили "социальные" для убогих... на Волкова! удивительно...) дает такой акустический, отнюдь не "ангельский" ("ангелы акустики" - филармонический креатив при обозначении чередующихся свободных мест) эффект - откуда-то возникала постоянно тремоляция, не знаю, голос певца вибрировал или - возможно такое? - воздух в пустом пространстве, а ощущения малоприятные, хотя в СССР 1950-х годов подобный дрожащий звук, судя по записями, пользовался спросом - от Волкова-то хочется получить не "эх настасья ты настасья" народного артиста республики для ветеранов комсомольских строек (говорю за себя - у целевой аудитории, похоже, вибрато идет на ура), но пение современного думающего вокалиста мирового класса.

Что-то близкое к памятному по выступлению Волкова с Гориболем в Бетховенском зале явлению произошло во второй части концерта (проходившего без антракта) после фортепианного интермеццо - два романса, ее открывавших, "Зимний вечер" и "Ни слова, о друг мой", особенно первый из них, и два финальных, номинально последний, "Снова, как прежде, один", и типа "бисовый", на самом деле точно по смыслу завершающий всю подборку, шлягер "Средь шумного бала", заставили снова пережить чувство если не открытия (открытие случилось на концерте Волкова с Гориболем), то сопутствовавшее ему эмоциональное состояние.

В остальном, хоть и не форсируя, Волков будто опасался не заполнить звуком слишком большой для камерной программы КЗЧ - напрасный страх, заполнил, надо отдать должное его профессионализму, но с такими стилистическими и, главное, содержательными потерями, что победа "пиррова": где-то за счет включения почти оперных страстей, а где-то и чуть ли не эстрадного пафоса (в первой части вечера сплошь и рядом).

Обидно, поскольку с "сюжетом" общей программы Волкова-Гориболя (не слишком ли много в тандеме шло от пианиста? проблема, конечно, не в том, что Гиндин "плохо играет"... Гориболь, если уж откровенно, не величайший инструменталист, но, как и в отношении Чайковского говорится, "его любят не за это") нынеший концерт перекликался основным смысловым лейтмотивом: молчание, невысказанность, тайна... "вопрос не входящий, но исходящий", как сформулировал в своем вступительном спиче Ярослав Тимофеев; правда, все-таки не просто "одиночество", о котором толковал лектор, а, я бы сказал, "сиротство" - тема, очень наглядно проявляющаяся в романсе "Зимний вечер", и в нем удается Волкову полностью уйти от порнографичной сентиментальности текста Плещеева ("Хорошо вам, детки, зимним вечерком: в комнате уютной сели вы рядком..." - блевотина!) в совершенно иного плана драматургию.

Молчание как разговор с отсутствующим собеседником, как бергмановское "письмо на несуществующем языке", мне в концерте трехлетней давности удалось расслышать без подсказки лектора, никто заранее не предупреждал, о чем пойдет речь; теперь все проговорили во вступительном слове - но не сыграли и не пропели, не убедили музыкально.

P.S. Сам же умолчать не могу о парадоксальном эпидемиологическом "побочном эффекте" ковида: в концертном зале перестали кашлять!! Ну ради этого, конечно, стоило пускать в мир заразу - и значит, с животными рефлексами больших любителей искусства что-то можно поделать. Осталось впридачу к биологическому фактору использовать техногенный, чтоб сдохли звонящие поверх музыки телефоны - в идеале, разумеется, вместе с их вирусоносителями.

ПРОГРАММА

Богдан Волков (тенор)
Александр Гиндин (фортепиано)
Ярослав Тимофеев (ведущий)
П. И. Чайковский
Романсы:
«Горними тихо летела душа небесами»
«Отчего?»
«О, если б знали вы»
«Зачем?»
«Первое свидание»
Серенада «О дитя, под окошком твоим»
«В эту лунную ночь»
«Скажи, о чем в тени ветвей»
«Размышление» ре мажор для фортепиано, соч. 72 № 5
Романсы:
«Зимний вечер»
«Ни слова, о друг мой»
«Я тебе ничего не скажу»
«Закатилось солнце»
«Средь мрачных дней»
«Погоди!»
«Снова, как прежде, один»
+ "Средь шумного бала"
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment