Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

"Эхнатон" Ф.Гласса, Метрополитен-опера, реж. Фелим Макдермотт, дир. Карен Каменсен, 2019

Хотя вроде бы "Эхнатон" и считается заключительной частью оперной трилогии Филиппа Гласса, от первых двух частей "Эйнштейн на пляже" и "Сатьяграха" (1976 и 1979 соответственно) его - 2007 - отделяют около трех десятков лет. Но если стиль Гласса и менялся, но на дилетантский слух это не сильно заметно - а профессионалы в массе Гласса вообще за композитора не признают. Тем не менее для яркого зрелища саундтрек Гласса подходит оптимально и темы он выбирает ловко, что зрелище можно было создать с размахом.

В "Эхнатоне", написанном на древнеегипетские и ивритоязычные тексты, речь идет о фараоне, попытавшемся заменить политеистическую религию своего древнего народа на единобожие - конечно не иудейского плана, а на поклонение богу Солнца, ради чего и имя взял другое, Эхнатон вместо Аменхотеп - но спустя 17 лет после восшествия на престол убитом восставшей толпой и жрецами-многобожниками (поставлено, впрочем, без натурализма и даже в несколько "ритуальной" статике адекватно партитуре). Художник по костюмам Кевин Поллард и сценограф Том Пай постарались: многоярусная декорация, пышные костюмы, "инаугурация" фараона поражает воображение - на голое тело ему вешают роскошный наряд с гигантским кринолином в духе Людовика Четырнадцатого (Король-солнце, ага - ну и минимализм Гласса как бы гармонически созвучен барокко 17 века), а во втором акте любовный дуэт Эхнатона и Нефертити представляет собой монументально-статичную мизансцену с героями в алых хитонах, шлейфы которых тянутся из за кулис и кажутся бесконечными.

Контртенор Энтони Рот Костанцо еще и выглядит подобающе фараону, костюмы ему к лицу, голос для партии подходит оптимально; в паре с ним выступает смуглокожая Дженай Бриджес - Нефертити - что тоже смотрится уместно. Хороша, эффекта и единомышленница сына-фараона, Царица Тия - Дизелла Ларусдоттир. Главный антагонист героя - Верховный жрец Амона-Аарон Блэйк; а считай "от театра" и "от автора" выступает предшественник Эхнатона, фараон Аменхотеп Третий - Закари Джеймс - которого в начале тщательно бальзамируют, извлекая внутренности и распределяя их по сосудам, в конце он погибшего Эхнатона носит, будто младенца, на руках.

Не скучает и не дает скучать публике массовка - помимо хора целый полк миманса, изображающих не то воинов, не то растрескавшиеся от жары керамические статуи и увлеченно жонглирующие то мячиками, то кеглями, а во втором акт еще и шарами-солярными знаками (хореограф Шин Гандини). У героя есть и соло - гимническая песнь богу Атону в финале 2 акта (после общего "городского танца", символизирующего строительство нового "священного града" Фив), ее Костанцо исполняет в красно-оранжевом балахоне, обмотанный жемчужными ожерельями, с неизменно "позолоченными" лбом и кистями рук. Жрецы отчасти смахивают на фокусников из бродячего цирка, отчасти на современных военных диктаторов африканских стран. Окончательно современность к финалу дает о себе знать кучкой студентов, для которых фараоны что-то бесконечно далекое и не слишком привлекательное, Эхнатон же становится мумифицированным археологическим экспонатом - но его, Нефертити и царицы Тии духи напоминают о себе вокализами в терцете.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment