Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Доктор Атомик" Дж.Адамса, Нидерландская опера, реж. Питер Селларс, дир. Лоуренс Ренес

Насколько я понимаю, Питер Селларс перенес в Амстердам, и даже частично с исходным составом исполнителей, свою американскую (премьера состоялась в 2007м в Санта-Фе, затем спектакль шел в нью-йоркской Метрополитен) постановку оперы Джона Адамса, которая, как и "Никсон в Китае" до этого, ими в сотрудничестве задумывалась и создавалась. Редкий случай, когда современные оперы можно воспринимать просто как музыку, безотносительно даже к сценическому решению, визуальному оформлению, тем более к идеологическому наполнению - что вдвойне парадоксально, поскольку оперы Адамса (между "Никсоном" и "Атомиком" была еще одна сходного плана) отталкиваются от свежих, злободневных историко-военно-политических сюжетов.

При этом "Доктор Атомик", в отличие от "Никсона в Китае", не от начала до конца строится на минималистских репетивных принципах, тут много речитативов и хоров, сделанных в иной технике (симфонические интермеццо более узнаваемы стилистически...), присутствует и элемент атональности, хотя общий строй партитуры не определяет и в целом сочинение, особенно по стандартам сегодняшним, более чем благозвучное. С другой стороны, даже минималистские "паттерны" у Адамса в "Докторе Атомике" по сравнению с тем же "Никсоном в Китае" звучат резче, острее, экспрессивные, благо в "Никсоне..." речь идет, пускай не без критического подтекста, о "миротворческой" миссии президента США, а в "Атомике" - о создании ядерной бомбы.

Главный герой - физик Роберт Оппенгеймер, для авторов он своего рода "доктор Фауст" нашего (теперь уже прошлого) века - представлен и в речитативах, и в диалоговых сценах, и в интимно-постельных эпизодах с женой человеком сложным, сомневающимся: он и увлечен научной работой, амбициозен, где-то чересчур самоуверен; и размышляет о моральных, социальных, цивилизационных последствиях своих открытий; и не лишен стремлений оторваться мыслями от грешной земли, мистических интересов, причем не только в христианском аспекте (посредством стихов великого английского метафизика Джона Донна в конце первого акта он обращается к Святой Троице), но и к иным, в частности, восточным религиям (являются видения индуистских божеств).

Схематично обозначенные на заднике горы пустыни, где проводятся исследования и испытания нового оружия, в сочетании с макетом бомбы натуральной величины (сценограф - Адрианна Лобель, костюмы - Дуня Раминова) задают спектаклю тон одновременно и "историчный", и условный, вневременной (последнее в гораздо большей степени, чем в нью-йоркской постановке "Никсона в Китае" с ее наглядно-"реалистичным" оформлением, авиалайнером, банкетным залом, гостиничным номером и т.д.), а тут еще вдобавок прыгают балетные, и хореография столь убога, будто ставил ее Владимир Васильев по вредительскому заданию от КГБ (на самом деле в ответе за эту "школу бальных танцев Соломона Скляра" некая Люсинда Чайлдс, как бы даже относительно известная).

Оппенгеймера (баритон Джеральд Финли) - помимо жены Китти (Джессика Ривера), вносящей в душу ученого еще больший сумбур (характерно, что мебель у них в доме вся покрыта пледами с индейской вышивкой), и массовки, включающей моряков и летчиков, коренных жителей пустыни и негритенка-полотера - окружают армейские "ястребы" и затесавшиеся среди них "голуби", первые - мордастые и поют низкими голосами (как Эдвард Теллер - Ричард Пол Финк, или Джек Хаббард - замечательный Джеймс Маддалена, в "Никсоне..." исполнявший первым составом заглавную партию); из вторых (не считая, опять же, супруги) выделяется Роберт Уилсон -весьма эффектный и трогательный персонаж отличного, но уж чересчур показушно вращающего "испуганными" глазами тенора Томаса Гленна.

Мелькает, кроме прочих, ненадолго привлекая внимание, а все-таки вряд ли случайно по имени названный лейтенант Буш - по всей видимости, это Джордж Буш (старший), будущий президент, а в 1940-е годы самый молодой летчик ВМС США. Но среди окружения Оппенгеймера все же самая колоритная фигура - генерал Лесли Гроувс, который в действительности, конечно же, не был черным (ни даже англо-саксом, а происходил от французских беженцев-протестантов), но Эрик Оуэнс - мое главное виртуальное открытие "карантинного сезона" по меньшей мере из числа оперных артистов! - в этой роли бесподобен и абсолютно убедителен: он создает непростой, многогранный, хотя сочетающий отчасти комичные, а отчасти зловещие черты образ не тупого солдафона, но человека в чем-то уязвимого с его нелепой, казалось бы, для военного высшего ранга зацикленностью на сладостях и калориях, о подсчете которых он, продолжая подъедать шоколадки, сообщает Оппенгеймеру.

Джеральд Финли, воплотивший в "Атомном докторе" заглавного героя, вслед за композитором и либреттистом не сводит Оппенгеймера к винтику "адской машины" - уже дело. Но потому еще досаднее, что такая во многих отношениях замечательная вещь, как "Доктор Атомик" (это далеко не самый вопиющий случай, но из общего ряда, увы) идеологически выдержана в духе "солнечному миру - да да да, ядерному взрыву - нет нет нет", и не столько напоминает, что это японцы напали на США, а не американские империалисты разбомбили мирных безоружных азиатов (спектакль начинается с хроникальных кадров последствий бомбардировки - и разумеется Хиросимы с Нагасаки, а не Перл-Харбора); и что капитулировать Япония даже вслед за Германией не собиралась, а наземное вторжение стоило бы гораздо большего количества жизней обеим сторонам, и прежде всего как раз японского гражданского населения, нежели оказалось жертв бомбардировок всего двух маленьких городов; сколько, наоборот, пестует чувство американской "имперской" вины за все про все, что тем более гадко на фоне гордости русских за их чудовищные военные (да и любые другие) преступления, а про оперы, посвященные бериевским шарашкам, я пока не слыхал.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments