Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

"Гив ми либерти" реж. Кирилл Михановский

В США живут, а всё недовольны! -

я бы этой сакраментальной фразой, которую в начале фильма произносит эпизодический (снова он появится на экране только ближе к концу) персонаж, обезноженный толстяк-диабетик, целиком фильм и описал. При том что в нем масса занятных характеров, неожиданных (ну как бы...) поворотов сюжета, парадоксальных, анекдотических ситуаций, и в то же время изобличительного, сатирического антиамериканского пафоса тут вроде бы и нет, а есть совсем другой, по духу будто бы абсолютно американский, опирающийся на идею "плавильного котла" и наглядно демонстрирующего "равные возможности" в сочетании с "свободой самовыражения", а также общечеловеческую солидарность вопреки социальной, расовой, да и просто психологической разобщенности - картина все-таки лично у меня оставила ощущения на грани брезгливости.

Вик - водитель фургона, точнее, микроавтобуса, который перевозит лишенных способности передвигаться инвалидов: упомянутый диабетик, задающий картине тон своим бубнежом про то, что нигде, кроме Америки, такой свободы никто не найдет - лишь первый из "клиентов" главного героя, дальше хлеще, среди его подопечных кого только нет, от латиноамериканки, пожелавший принять участие в песенном конкурсе (где тоже всем рады, и паралитикам, и даунам), до симпатичной на мордочку, зато вредной афроамериканки, которая не успела со своей коляской в фургоне обустроиться, как сразу позвонила в офис конторы с жалобой на присутствие посторонних и на то, что водитель не туда, куда ей надо, едет, и не с той скоростью, с какой желательно. А Вик вынужден объезжать перекрытые из-за протеста чернокожих жителей неблагополучные районы, чтоб деда с его соседями, стариками из бывших советских евреев, подвезти к кладбищу на похороны их общей подруги Лили.

Первые две трети фильма они и катаются, попадая в затруднительные ситуации и выпутываясь из них: получается что-то среднее между "Такси-блюзом" и "Смертью господина Лазареску", но с уклоном в лубок, а не в исследование социальных проблем. Молчаливая "певица", недовольная негритянка и евреи, горланящие дорогой на кладбище под баян "Маруся раз-два-три, калына", пока несчастный Вик пытается отбрехаться от черного вымогателя, которому второпях помял своей говновозкой машину - это, положим, более-менее весело. Хотя даже по стандартам лубка и среди прочих забавных уродцев взбесил меня персонаж Максима Стоянова - некий Дима, приблудный босяк-шарлатан, выдающий себя за племянника покойницы и позднее присваивающий ее сбережения, но тут же готовый с ними поделиться, то есть не расчетливый подонок, а скорее, по задумке авторов, безалаберный рубаха-парень, стало быть, обаятельный, но в исполнении Стоянова (говорю о своих ощущениях исключительно) омерзительный. Я Стоянова помню еще студентом Школы-студии МХАТ и потом видел в спектаклях МХТ, догадываясь, что театр и кино могут эксплуатировать его типа "брутальную" (а я бы сказал - быдловскую) фактуру, но в "Гив ми либерти" на фоне, с одной стороны Криса Галуста, а с другой, преимущественно непрофессиональных артистов, запоздалых дебютантов, "витальная" энергия Димы в исполнении обученного по системе Станиславского дипломированного специалиста оборачивается жутким, нестерпимым наигрышем, и это не исключительно актерская проблема, сценаристом и режиссером предписано, что Дима бесконечно жрет все, что можно прожевать, тащит, что попадается в руки, и при этом окружающие должны терпеть его бесконечный пиздеж.

Вряд ли случайно также, что Вика играет даже не конкретно Крис Галуст (не Галустян ли обрезанный часом?..), но актер вот именно такого типажа, по сравнению со всеми окружающими человекообразный, симпатичный, даже смазливый: его герой - эмигрант в третьем поколении, на американский берег ступил ребенком, английский для него родной, по-русски он что-то еще понимает, но уже не говорит. Со слов матери Вика можно уяснить, что семья не по еврейской визе из СССР выехала, но перебралась в США уже после распада Союза, ради лучшей жизни детей. Мужа похоронила, вместо творчества дает частные уроки музыки, дочка стала медработником в черном районе и тоже недавно овдовела, сын крутит баранку инвалидского микроавтобуса, да еще и не желает себе иных перспектив - американская мечта еврейской мамы, выходит, не сбылась.

Впрочем, до мамы еще надо добраться - кругами, по заторам: еврейский хор успевает на дороге к кладбищу, непосредственно на погосте (где, разумеется, предсказуемо перепутаны могилы и покойники), на обратном пути и на поминках (разбитной Дима уговорил смурную чернокожую консьержку отпереть опечатанную квартиру и старики вместе с негритянкой перепились, а Диме достались Лилины денежки из-под матраса) исполнить весь свой репертуар, ключевую позицию в котором занимает "Лет май пипл гоу", подходящая, по словам одной из стариковских заводил, и для евреев, и для черных, и для инвалидов... Хотя действие, насколько я уловил, происходит в Милуоки, штат Висконсин, колорит Брайтон Бич забивает все и кажется, что веселыми похоронами история должна ограничиться, но она получает продолжение, тоже, правда, не слишком неожиданное, словно банка с соленьями, которую на протяжении фильма пытается открыть зачем-то Дима - далась ему эта банка! - а поможет ему в этом сестра Вика (поразительно блеклая, невзрачная роль Дарьи Екамасовой), и Дима просто обольется какой-то липкой вонючей жижей, только-то.

Так вместе с открывшейся ящиком Пандоры ибанкой новый толчок событиям уже после того, как Вик в результате всех форс-мажоров уж совсем было потерял, но в последний момент чудом сохранил работу, становится посещением героем родни: матери, вдовствующей сестры - там свой балаган, и тоже непременно с музыкой. Но мама все деньги, что откладывала для сына, на будущее его, ради которого все бросила и поехала за моря, спрятала в диван, который сына попросила выбросить, что Вик с Димой исполнили. А негритянке полупарализованной понадобились деньги на залог, чтоб вызволить попавшего во время "протестов" за решетку брата. Вик рад бы дать - но мать опростоволосилась с диваном и взять денег негде... На выручку приходит вездесущий, неунывающий, ко всему готовый Дима.

Казалось бы - с какой стати, ну вот ей-богу, Вик должен помогать этой самой черной Трэйси (домики негритосов между прочим попросторнее писательских дачек в Переделкине будут, а что Трэйси бойфренд невзначай бросил, хотя она уже переезжать к нему намылилась - так сказала бы спасибо, что на нее, на калеку с "ограниченными возможностями" вообще позарились!), а подавно ее брату-тинейджеру, считающему себя музыкантом, по сути готовому уголовнику?! Да еще из материнских скопленных денег?!! Однако ж вот поди - широка русская душа! Всемирную отзывчивость режиссер Кирилл Михановской демонстрирует не впервые - тринадцать лет назад довелось посмотреть его предыдущий (доведенный до проката Александром Вартановым "Дубровский" пятилетней давности не в счет, откуда Михановский снял свое имя, но сейчас, похоже, ради рекламы "Гив ми либерти" признал и его своим) фильм "Сны о рыбе", где он романтично живописал трудовые будни и праздники любви бразильских рыбаков. Американские евреи из глубинки смотрятся, положа руку на сердце, непрезентабельно, они заметно менее киногеничны, чем юные латиносы на фоне океана, зато с ними куда веселее, что соответствует духу фильма в целом: любые проблемы - на то и лубок - предстают неглубокими, сиюминутными, запросто разрешимыми, люди-то добрые, хорошие! А то что черные любят при всяком случае разыграть "расистскую" карту, евреи нелепо себя ведут, инвалиды с трудом передвигаются - несерьезные мелочи, лишний повод от души позабавиться.

Но шутки шутками, а желал того режиссер или нет, лубочно-гротесковая, гиньольно-мелодраматическая его американо-русско-еврейская хохлома чернушно-приторная воспринимается прежде всего как социальная реклама общества и страны, где негры от безделья протестуют, нападая на полицейских совершенно безнаказанно, еврейские эмигранты из бывшего СССР без роскоши, но в свое удовольствие живут на приемлемую пенсию в "социальных квартирах" и откладывают доллары под матрас, а за неходячими инвалидами присылают социальный транспорт. Я вот еще кое-как ходячий, по каковому случаю последние полгода старался выбить себе пару бесплатных ортопедических ботинок (даже не самих ботинок, а государственную программу, по которой мне бы их оплатили в мастерской) - и прошел круги ада "оптимизированной" московской медицины, в сравнении с которыми не то что хлопоты персонажей "Гив ми либерти", а и "Смерть господина Лазареску" показалась бы музкомедией (мода на "румынскую новую волну", похоже, мимо Кирилла Михановского тоже не проскочила, а вот попавшиеся мне на глаза упоминания в связи "Гив ми либерти" крыжовниковского "Горько!" совершенно неуместны - несопоставимый калибр), вот тебе и лет май пипл гоу, шоб я так жил!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments