Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

мясо органики: "Дюма" И.Охлобыстина в "Современнике", реж. Михаил Ефремов

А вот актеров в ментовку прямо из театра с репетиции все-таки давно не увозили... Перед спектаклем вышел на авансцену Михаил Ефремов и сообщил, что Дмитрия Смолева, играющего Д'Артаньяна (там по сюжету он не Д'артаньян, а артист-дилетант, но неважно), «загребли мусора». Я был готов к объявлению об отмене (и один раз со мной такое уже в "Современнике" случалось на "Горе от ума"... тот показ сорвался в силу иных, не столь зловещих и куда более привычных для театральной среды факторов), но спектакль прошел, на роли два состава, Смолева заменил Евгений Павлов, хотя его очередь была накануне. Позднее вечером, когда телевизор докладывал о триумфальных гастролях Большого театра в Лондоне и успехе "Русских сезонов" в Германии, узнал подробности дела, способные удивить даже меня, а я стараюсь ничему не удивляться. Оказывается, Смолев выложил в интернет ролик с собственным участием, где он снят в ментовской форме. Нашлось и злополучное видео - довольно невинная, беззлобная сатира, стилистически аккуратный костюмный скетч, где пародийно вывернута наизнанку ситуация, когда мент докапывается до прохожего. За этот вот ролик артиста разыскивали неделю, выясняли личность, проводили опознания. Выяснили, опознали, приехали в театр и с репетиции перед спектаклем увезли.

Все это, как ни ужасно, ни противно и отчасти ни смешно, гораздо интереснее того, что можно вынести из увиденного спектакля по пьесе отца Иоанна Охлобыстина, если уместно так сказать (Иоанн, отец, пьеса...). И при всем сочувствии Смолеву мне-то как раз важно было увидеть в спектакле Павлова - мой любимый артист "Современника" главными ролями не избалован, а если играет что-нибудь значительнее коровьей задницы (есть в его творческом багаже и такой образ... из спектакля тоже, кстати, Михаила Ефремова по Андрею Платонову), то совершенно недостойное своего уровня, вроде гея-трансвестита из чудовищного "Амстердама". Нет, есть и другое, прежде всего великолепный Петрушка из "Горя от ума", который в постановке Туминаса фактически становится главным, ключевым персонажем спектакля - но то премьера 12-летней давности, а "Дюма" выпустили уходящим сезоном. Другое дело, что и в "Дюма" Евгению Павлову особо играть нечего (задним числом думается, Смолев по фактуре и по темпераменту сюда приходится органичнее, нежели хрупкий, утонченно-эксцентричный Павлов): его персонаж - бизнесмен, регионального уровня "аптечный король", оплативший себе возможность выйти на провинциальную сцену в спектакле 30-летней свежести по "Трем мушкетерам", который смотрел с отцом еще ребенком, а теперь к своим сорока годам решил и поучаствовать в нем, благо возможности позволяют, директор только рад, а губернатор обещался прийти посмотреть.

Как ни удивительно (и опять же - как ни противно, как ни смешно) завязка "Дюма" не столь уж надуманная, и далеко даже по Москве от "Современника" не надо отходить за примером, если вспомнить, что пару лет назад в "Табакерке" за сравнительно скромный финансовый вклад (ну что и сколько кому досталось на самом деле - неизвестно, разумеется...) спектакль по "Вассе Железновой" Горького специально поставили, чтоб в нем главную роль могла сыграть не какая-нибудь даже сравнительно благопристойная богачка, но жена беглого, объявленного в розыск украинского банд-олигарха, и при этом, само собой, ни разу не актриса:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3534409.html

Что уж говорить о гордрамтеатрах, где спектакли про мушкетеров и впрямь могут играться по тридцать лет кряду, а их герои превращаться из бравых ребят в облезлых, спившихся халтурщиков... Другое дело, что Охлобыстин - такой же "драматург", и его "Дюма" - такая же "пьеса", как ее главный герой - "актер": одно название, то есть... По сюжету Атоса, Портоса и Арамиса, как они сами давно уже по привычке себя называют и за кулисами, не только на сцене, вызывают на спектакль заранее, чтобы "ввести" нового Д'Артаньяна. Но вместо "сверьхзадачи" дебютанту предлагают стакан - то, что в стакане, бизнесмен, правда, употребить отказывается и просит своих ребят доставить из машины виски, ну а профессионалам-то без разницы, виски так виски. Под виски каждый из персонажей читает - тоже пародийно, карикатурно - свой "заветный монолог": Констанция (Полина Пахомова) - Заречную, Атос (Александр Хованский) - Ричарда, Портос (Олег Феоктистов) - Сирано, Арамис (Сергей Гирин) - Лирова шута... Попутно выясняется, что Портос - алкаш-"белоленточник", Арамис же - воцерковленный православный и многодетный отец, при этом когда-то знойная Миледи (Мария Аниканова), жена Атоса изменила с Арамисом, жена которого не в последнюю очередь из-за нервного стресса тяжело заболела и умерла. И теперь Миледи желает, чтоб Атос покинул привычную труппу, перешел в областной театр, где ему гарантирована роль-мечта, Ричард Третий, в противном случае угрожает через губернатора спектакль с репертуара снять, тогда все "мушкетеры" останутся без работы. В ответ у "мушкетеров" вызревает план Миледи отравить настоем "адамова яблока", и к заговору они подключают "ветеранов сцены" - короля-маразматика Савла Никодимовича (Виктор Тульчинский) и неувядающую королеву Клавдию Петровну (Таисия Михолап), в молодости еще будто бы друживших со Светланой Сталиной-Аллилуевой.

В очередной раз сталкиваясь с творениями Охлобыстина, невольно думаешь, что вслед за офицером русский наркоман тоже бывшим не бывает... Конкретно по поводу пьесы "Дюма", кроме прочего, хочешь-не хочешь а вспомнишь "Мушкетеров" Богомолова - допустим, и материал, и отдельные "фишки" лежат слишком уж на поверхности, чтоб кого-то подозревать в заимствованиях (вплоть до того, что в "Дюма" героя Павлова/Смолева тоже зовут Дмитрий Артаньян), тем более у Богомолова оригинальная, сложносочиненная "психоаналитическая" грандиозная сага, а Охлобыстин приДЮМАл, неспособный на большее в принципе, дешевенький и по меркам райклуба "капустник"-водевиль с репризами пошиба "мясо органики - высший уровень реализма", раздутый до формата двухактного репертуарного спектакля. Местами, положим, гон и бред автора в сочетании с отвязностью исполнения дает задуманный эффект - становится, при всей неловкости положения, смешно (скорее от безысходности). Ради красного словца не жалеют и святого отца: верующий лицедей и запойно-агрессивный алкаш в завязке, персонаж Сергея Гирина, такой же корявый, как и его идейный антагонист в исполнении Олега Феоктистова, оба стоят друг друга - впрочем, всерьез о столкновении идей, равно и характеров, по отношению к опусу Охлобыстина странно. Вот когда создатели спектакля стараются - а они все же стараются... - подняться над дешевыми приколами через сентиментальность к обобщениям философическим - тут уж не до смеха, тут всех святых выноси.

Сценография Евгения Митты живописует разоренный уездный театрик, опять же через гиперболизацию, через гротеск: рваный запачканный занавес, отсутствующие части потолка, мозаика с Гагариным на стене, гримерные столики (отчасти символично, отчасти для удобства зрителей зеркала из рам вынуты и артисты, как в зеркало, смотрят в зал), вращающаяся на поворотном круге лестница с перилами, типичными для учреждений советских 1970-х... Исполнители, постепенно переодеваясь, к финалу уже полностью экипированные в театральные костюмы (под занавес к основным персонажам добавляется небольшая "мушкетерская" и "гвардейская" массовка, фехтующая на шпагах), не забывая комиковать, излагают свои "стратегии", сюжет - чистая условность, переплетения житейских реалий, театральных и фабулы романа Дюма сколь очевидны, столь уродливы, а герои ходульны (впридачу к остальным - профсоюзный активист Евлогий, заменяющий по необходимости то одного, то другого товарища, на момент действия выступающий за кардинала; смурной директор; и наконец собственной персоной Дюма-отец - артист Кирилл Мажаров в черном трико и нахлобученном кудлатом парике). Но никто не заморачивается соображениями внутренней логики, стройности композиции, вкуса, чувства меры - не Стоппард же, да что там Стоппард, и даже по меркам подмостков "Современника", через которые за обозначенные тридцать лет конвейером прошли сочинения Галина и Коляды, охлобыстинская графомания может показаться чем-то совершенно вопиющим, чего уж мелочиться... Вместе с тем - нескладуха в сочетании с дуракавалянием несмертельна, пока в нее не стремятся упаковать "идеи", над "мясом органики" воспарить открытым пафосом к горним высям красоты, добра и правды... - но и это не вина режиссера, а дюма.

Между тем Дмитрий Смолев за свой скетчевый ролик так и просидел ночь в участке... Высший уровень реализма.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments