Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Удивительные вещи" Д.МакМиллана, Литовский импровизационный театр Kitas kampas, реж.Кирилл Глушаевс

ДК ВДНХ - незнакомая для меня площадка, и при том что строению не меньше, чем комплексу в целом, все приметы архитектуры "сталинского ампира" налицо, и в интерьерах тоже, домик как новенький, с иголочки сразу после ремонта, не знаю, что-то устраивали в нем до гастролей литовской команды и планируют ли в ближайшем будущем. А вот имя Кирилла Глушаевса мне знакомо - несколько лет назад я едва не увидел его "Вассу" в Вильнюсе... но она совпала с другим, показалось мне, более важным спектаклем:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2420996.html

Так что непосредственная встреча с этим учеником Римаса Туминаса (еще вильнюсского периода) для меня тоже первая, насколько типичен в этом смысле спектакль - не знаю.

Пьеса Дункана МакМиллана, в оригинале Every Brilliant thing, в русскоязычном переводе либо "Прекрасные...", как в афише, либо "Удивительные...", как в буклетике, "...вещи", уже какое-то время играется в Москве, но специфическим англоязычным театром без перевода, я сам местной постановки не видел, знаю только, что в московском спектакле задействованы трое актеров.

У Глушаевса актер на сцене - не считая парня с глазами Джейка Гилленхала за синтезатором, аттестованного как джазмен-виртуоз, но тут в лучшем случае пару раз наигрывающего за два часа нечто совсем незамысловатое, немного чаще включающего запись, а в основном присутствующего для красоты - всего один. Правда, ход режиссером придуман такой, что в партнеры себе Мартинас Недзинскас назначает представителей публики из зала.

Прежде всего Дункан МакМиллан известен по пьесе "Дыхание", которую сперва привозили в постановке Кэти Митчелл, а затем Марат Гацалов поставил ее в Театре Наций:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3462284.html

Та пьеса, на мой взгляд - по всем статьям дрянь: убогая и вторичная по форме, дико пошлая по сути, мелодраматические коллизии в ней редуцированы до схемы, а схема служит своего рода наглядным пособием для продвижения сколь модных, столь и никчемных социо-эко-политических идей. Однако спектакль Марата Гацалова за счет пространства (Ксении Перетрухиной), музыкального оформления (Сергея Невского), ну и актеров, конечно, смотрится довольно-таки выигрышно, считай в обход текста. В спектакле Литовского импровизационного театра образ "пространства" сводится к символичному, но нефункциональному нагромождению картонных коробок, двух стульев, подобранных на месте (в данном случае из меблировки ДК), а также синтезатора с приложенным к нему "джазменом" (мой сосед глаза сломал, заглядываясь на последнего - нетрудно его понять...). То есть вся нагрузка падает на актера, то есть на "актеров", выдернутых из зала.

Надо признать, несмотря на языковой барьер (часть текста исполнитель произносил, импровизируя, на русском, часть, с опорой на пьесу, проговаривал по-литовски, перевод сам режиссер транслировал в наушники) и обходясь без "подсадных", партнеры-любители не подкачали, а на свой лад и "переиграли" профессионала. Как ни странно - и как ни противен мне "интерактив" - гораздо интереснее было наблюдать за "импровизациями", чем за развитием мысли драматурга, не замахивающегося в "Удивительных вещах", в отличие от "Дыхания", на проблемы глобального масштаба, но все равно остающегося пошлым дураком.

По сюжету у героя-рассказчика мать страдает депрессиями и склонностями к суициду, что пытается осуществить время от времени. Впервые - когда герою семь, второй раз - когда ему уже семнадцать. Событийный ряд вмещает немало - от усыпления собаки героя в его раннем детстве (первое столкновение непосредственное со смертью) до беседы с отцом в автомобиле, но так или иначе выстраивается вокруг матери и ее суицидальных поползновений. "Удивительные вещи" - это "терапевтический" список предметов, явлений, ощущений, ради которых стоит жить. Начиная с пункта первого - "мороженое на палочке", и разрастающийся непомерно, счет идет на десятки и сотни тысяч. Вещи, то есть, во всей своей "удивительности" нарочито простецкие, мол, жизнь и так хороша, а жить уж больно хорошо, по-любому, но жаль, что не каждый способен проникнуться этакой благостью; спектакль, видимо, должен помочь.

На меня садово-парковое развлечение с социально-моралистической, "психотерапевтической" нагрузкой подействовало противоположным образом: я в принципе не склонен к депрессии (скорее к истерии) и не замечен в стремлении покончить с собой (без того жить осталось мало), но на исходе второго часа шоу уже хотелось удавиться по примеру матери героя, именно с этим способом самоубийства запоздало преуспевшей после двух неудачных попыток отравления таблетками. Поперек горла мне встали и адаптированные "ностальгические" детали присвоенного артистом переводного текста (автор якобы дозволяет и даже настаивает, чтоб исполнитель говорит "от себя", но по факту это оборачивается дурной, наихудшей версией "гришковца", рассчитанной на узнавание общего позднесоветского и постсоветского прошлого русскоязычной аудиторией), и последовавшие за импровизационными прибаутками "натуральные", "всерьез" пролитые лицедейские слезы по поводу смерти такой-то матери - да еще и с "позитивным" посылом, ведь подразумевается, что столько в мире вещей прекрасных, удивительных, бриллиантовых на свете (включая, как кто-то благодарно написал на бумажном самолетике под конец и пустил его на сцену, и спектакль Литовского импровизационного театра!), а люди мало того мрут, так еще и добровольно, преждевременно норовят уйти из жизни - с чего бы?! Кстати, после спектакля случившийся в зале представитель литовской диаспоры в Москве озвучил статистику, по которой, если верить, на первое месте по самоубийствам то и дело выходит Литва, а на второе вслед за ней Россия. Не помогает, значит, мороженое на палочке.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments