Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

мрачные тени: "Завещание Чарльза Адамса..." в "Мастерской Фоменко", реж. Олег Глушков

В карьере Олега Глушкова две линии - костюмные театральные блокбастеры и пластические упражнения с актерами-студентами - сосуществуют параллельно, причем студенческие экзерсисы порой оборачиваются настоящими шедеврами, а с блокбастерами чаще выходит не так удачно... Предыдущий, дебютный опыт Глушкова в "Мастерской Фоменко", танцевальный спектакль "Моряки и шлюхи", мне в свое время показался тяжеловесным -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2463667.html

- но "Завещание Чарльза Адамса" ("...или Дом семи повешенных" - полное название), не пластическое, а музыкально-драматическое действо, где танец прилагается к разговорным репризам, зонгам под "живое" сопровождение и насыщенному видеоряду, по всем внешним признакам укладывающееся в линейку "блокбастеров", получилось вещью стильной, обаятельной и по-молодежному ненавязчивой, свободной (не в пример "Синей, синей птице" хотя бы...) от дидактики и пафоса.

Оригинальный сюжет, разработанный целым коллективом - Вадим Воля, Олег Глушков, Ольга-Мария Тумакова - и оформленный в пьесу постоянным глушковским соавтором-драматургом Сергеем Плотовым, конечно, не столь уж "оригинален", он строится на компиляции и во многом пародировании "готических" мотивов, фэнтези, рассказов о призраках, страшных историй, криминально-мистических триллеров, в первую очередь с оглядкой на кинематограф Тима Бертона. В эстетике "тимбертоновского" ЧБ решен и визуальный ряд спектакля - начиная со сценографии и костюмов, заканчивая париками, "нарисованными" гримом лицами персонажей, их пластикой, жестами, мимикой и даже интонациями. Изображение получается утрированно-"мультяшное", в меру дикое, в целом симпатишное.

Фабула же где-то дает сбой, последовательность событий, сшитая на живую нитку, рассыпается - но для спектакля, где на первом плане внешняя форма и ее забавные детали, нарратив и его недоработки не слишком принципиальны. Главная героиня Луиза Адамс (Дарья Коныжева, а в очередь с ней заявлена Вера Строкова, на которую тоже интересно было бы посмотреть...) возвращается домой после смерти отца - ее мачеха Аделаида (Полина Айрапетова), похоронившая уже многих прежних мужей и рассчитывающая вместе с влюбленным в нее подельником-нотариусом Патриком (Дмитрий Рудков) на очередное наследство, появлением нежданной конкурентки, понятно, недовольна, и собирается, что сказочным мачехам свойственно, девушку извести, для чего посылает вооруженного кухонным ножом старого дворецкого убить Луизу. Вместо этого дворецкий дает ей убежать, и Луиза попадает в описанный ее отцом, сочинителем страшных рассказов, Дом семи повешенных, в семейку разновозрастных, вечно друг с дружкой ссорящихся, но в сущности безобидных и веселых привидений.

Однако еще до того Луиза успевает встретить и полюбить помощника местного падре, Франтишека (замечательный наивно-романтический образ Николая Орловского). Авторы пьесы наградили Франтишека фамилией Печка, надо полагать, сквозь смешки припоминая детские впечатления от польских фильмов на советском ЦТ - только сдается мне, что для аудитории "30 минус" прикол останется непонятным, а такого рода хохм в пьесе немало, с не самыми тонкими аллюзиями к Чехову или Достоевскому, или репризами пошиба "нет-пидора ответ", вообще, у меня осталось ощущение, спектакль по "картинке", музыкально и пластически насыщен до такой степени, что слов, напрямую проговаривающих без того очевидные моменты, в нем с избытком, могло быть меньше. К тому же юмора хватает и в музыке Сергея Боголюбского и Дарии Ставрович, где как раз прямых цитат минимум (ну слышна тема проигрыша из "Призрака оперы"...).

Мультяшный имидж персонажей и фоновые видеоинсталляции предполагают соответствующие костюмы и грим (художник Вадим Воля), которые здесь в значительной степени и задают постановке эстетические рамки: существовать в них актерам без гротеска, без эксцентрики, даже если это персонажи романтические, как Луиза и Франтишек, невозможно, остальным и подавно, будь то квартет "сов", или "октет" бывших мужей Аделаиды (оживающие портреты в рамках - частично те же артисты, что и скрыты под совиными головами), философски спокойный в любых обстоятельствах участковый констебль Монтгомери (Алексей Колубков), долговязый, уморительно смешной убийца-дворецкий (Кирилл Корнейчук) - такой вот "неожиданный" финал припасен драматургами к развязке! - может быть чуть менее выразительный на общем фоне, зато более осмысленный и отчасти по-настоящему, а не сугубо комедийно зловещий падре Кшиштоф (Анатолий Горячев) и т.д. вплоть до мимансового (но как и портреты покойников-мужей, не стоящего на месте) кладбищенского ангела-памятника (Игорь Войнаровский).

Ну а в особенности великолепная семерка/семейка призраков из "дома семи повешенных" (ни один из них при этом не повешенный, что характерно!): дедушка Петер (Андрей Миххалев), его внучка Агнешка (Мария Большова) и ее муж Хуан Бандерас (Юрий Буторин), их дети, сестры-близнецы Клара и Карла (Роза Шмуклер и Елена Ворончихина) и гувернер двойняшек Луи-Филипп (Игорь Войнаровский) - это ансамбль внутри ансамбля и спектакль внутри спектакля, несколько перетягивающий на себя внимание во втором акте, так что основная сюжетная линия слегка теряет в напряжении, но и придающая постановке тот колорит, за который его можно (и стоит) полюбить.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments