Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Все о Еве" М.Орр-Дж.Манкевича в театре Ноэла Кауарда, Лондон, реж. Иво ван Хове (кинотрансляция)

Моим первым знакомством с сюжетом Мэри Орр был не фильм Джозефа Манкевича, а спектакль Александра Бурдонского "Шарады Бродвея" в театре тогда еще вполне советской (и даже ничуть пока что не православной) армии, который я хотя и застал потом в репертуаре, но видел все-таки в записи по ТВ, с Людмилой Касаткиной в главной роли, так что именно Людмила Касаткина, а не Бетт Дэвис, для меня изначально ассоциировалась с Марго Крейн. Знаменитый фильм я посмотрел сравнительно недавно - с любопытством, большого впечатления он на меня не произвел, но все же по сравнению со спектаклем Иво ван Хове он теперь кажется мне задним числом во многих отношениях точнее, убедительнее, а кроме того, актуальнее (!) - касается ли это характеров, взаимоотношений героев, или тех проблем, которые ван Хове на материале бродвейской комедийно-мелодраматической пьески затрагивает с неожиданной, удивительной и, на мой взгляд, крайне избыточной серьезностью, будь то женский (ну и вообще, но у женщин, это, понятно, острее) возраст или "жизнь" в театре, искренность на сцене и игра за кулисами.

Джиллиан Андерсон, изображающая постаревшую звезду бродвейских подмостков, во-первых, сама по себе не бог весть какая звезда (ну правда же...), а во-вторых, хорошо, ну по крайней мере молодо (да и просто хорошо тоже) выглядит, так что страдания героини по поводу ее тайного, будто бы никому кроме нее неизвестного 50-летия, либо откровенно надуманы, либо по замыслу режиссера должны перевести этот мотив в плоскость психологическую, смотреться не как реальная проблема, но как комплекс, потеря героиней уверенности в себе. Возможно, оттуда - а не просто в силу драматургических законов т.н. "хорошо сделанной пьесы - желание Марго пригреть Еву несмотря на очевидный риск, что она поведет себя как змея на груди. С другой стороны, Джиллиан Андерсон - и актриса-то, мягко говоря, не самая выдающаяся, ну обычная профессионалка, с опытом работы, что называется, но не Бетт же Дэвис и даже не Людмила ныне покойная Касаткина. Лили Джеймс, играющая Еву - тоже звезд с неба не хватает (вопреки тому, что с восторгом говорят окружающие о даровании Евы...), впрочем, все они (а уж Моника Долан в роли Карен, которая выступает и рассказчицей, и одним из главных двигателей сюжета!) по английскому обыкновению дико наигрывают, смотреть на них тяжело. Между тем Иво ван Хове настаивает, что и Марго, и Ева - не просто тщеславные клуши, возомнившие себя жрицами святого искусства, а впрямь этому будь оно неладно искусство служат... в виде бродвейских пьес и постановок, ха-ха!

Есть в спектакле реплика "в "Косматой обезьяне она бы вам не понравилась", адресованная Еве и относящаяся к Марго, позволяющая представить, что в мало мальски сложной драматургии, на уровне как минимум О'Нила, на худой конец упомянутого далее Миллера (при том что Миллер - такой же халтурщик-попсовик, разве что с претензиями и репутацией "политически смелого" автора... какая уж требовалось смелость ему в Америке... уже смешно) героиня актерски, творчески несостоятельна. Но если в предисловии к трансляции Иво ван Хове сопоставляет "Все о Еве" с "Премьерой" Джона Кассаветиса - я видел "Премьеру" Кассаветиса, замечательный фильм - то по факту ничего общего, по-моему, между ней и "Все о Еве" не обнаруживается: конфликт Марго и Евы здесь гораздо явственнее перекликается с чеховской "Чайкой", и Ева не ограничивается сугубо карьерными амбициями, у нее стремления шире и выше, она чувствует потребность в творчестве, она "пьянеет на сцене", и на сцену рвется не ради славы одной, потому и к Марго ее влечет на свой лад чувство подлинное, а ложь она использует лишь как средство для приближения к цели.

Темно-красный квадратный павильон с гримерным столиком (сценография Яна Версвейвельда) становится метафорой внутреннего пространства, душевного мира героинь, а за счет видеокамер и крупных планов (в спектакле о театре используются давно ставшие театру привычными, но подчеркнуто нетеатральные средства) Иво ван Хове наглядно демонстрирует, как "стареют" (с помощью видеотехнологий) лица актрис. Выгородка-коробка поднимается - и открывает пустую изнанку сцены, декорированную в основном портретами сперва только Марго, а потом и Евы - решение весьма прямолинейное, как и режиссура Иво ван Хове в целом. Внешне герои выглядят очень современно, будто из глянцевых журналов вышли и ожили - персонажи фильма Манкевича куда более старообразны, а эти все такие гладенькие... Драматург Ллойд к тому же чернокожий - в бродвейской пьесе и голливудском фильме 1950 года о таком подумать было трудно, а сейчас до финала остается удивляться, почему всего один чернокожий на целый ансамбль нашелся, да к тому же мужчина (пускай и с намеком, что персонаж - гей... жена, сама походу лесбиянка, бросает ему "когда я поняла, чем отличаюсь от мальчиков", что не мешает ей ревновать мужа к Еве и небезосновательно), но в эпилоге отлегло - фильм легко обходится без этого, а в спектакле постановщик посчитал необходимым закольцевать для пущей доходчивости композицию и подослать к уставшей Еве, уже начавшей превращаться в Марго (тут Иво ван Хове "включает Бергмана" - ставил же он когда-то его, только не "Персону", а "Сцены из супружеской жизни"), такую же, как она была прежде, расчетливую молодуху Фиби... - негритянку, ну слава богу, отлегло!

Все бы ничего, тенденция общемировая, и театр, и кино затронувшая: хрестоматийные трагедии подаются как фарс, через площадной гиньоль; а в пустяковых водевильчиках отыскиваются немыслимые драматические глубины... Вот как раз Иво ван Хове находит, что "Все о Еве" - "серьезная" история о людях театра, искусства... То ли действительно не замечая, то ли сознательно игнорируя, что занимаются все эти "жрецы" чепухой, рутиной, халтурой, которой высмеял еще чеховский Треплев. Но что думает режиссер - не берусь утверждать наверняка, а герои его спектакля однозначно не понимают, что их пьесы, спектакли, роли, все эти бесконечные "шаги по потолку" - полное фуфло, оттого их метания, которые ван Хове нагрузил психологизмом, драматизмом, чуть ли не фатализмом - смешны вдвойне. Причем этот комизм, сдается мне, чувствовался и в фильме Манкевича, и даже в спектакле театра армии, какой бы она (и постановка, и армия) ни была; а из постановки Иво ван Хове напрочь исчез.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments