Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

Эдвард Мунк в Инженерном корпусе ГТГ

Основная программа "Черешневого леса" еще впереди, а выставочные проекты как первые ласточки его приближают. Искусство Эдварда Мунка, правда, если и радует, то художественной оригинальностью, а не темами, не сюжетами, да и не стилистикой, которые у Мунка адекватны друг другу: чувство паники, тревоги, ощущение боли, предчувствие смерти - переданы контрастными цветами, крупными, резкими мазками или штрихами... Мне не по силам (и финансовым тоже, но в первую очередь, что гораздо хуже, чисто физическим) метаться за модными выставками по миру (про спектакли я уже не вспоминаю), однако, сколь ни удивительно, в Осло бывать доводилось однажды и за короткий срок аж два раза сходить в музей Мунка, который располагался слегка на отшибе, зато близко к моему тогдашнему местопоселению:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/1731441.html

https://users.livejournal.com/-arlekin-/1735370.html

Кроме того, спустя несколько лет я попал на большую выставку Мунка в Мадриде:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3246307.html

Поэтому думал, что московские гастроли коллекции из Осло - а нынешний проект целиком, не считая пары вещей, одолженных у московского же ГМИИ (литографический автопортрет, 1895, и вариант "Девушек на мосту", 1902-1903), целиком сформирован на основе собраний Музея Мунка (мадридская выставка с этой точки зрения была сложнее, там показывали вещи из многих музеев) - мало что добавят к моему сложившемуся о художнике впечатлению. Но добавили или нет - а освежили, встряхнули точно.

Значительная часть выставки - литографии и офорты, которые вводят в мир сюжетных мотивов Мунка, его взгляда на жизнь и, соответственно, на смерть, потому что смерть так или иначе присутствует в его мире постоянно. Офорт "На следующий день", 1894, изображает жертву пьяного насилия, про "Больную девочку" все понятно без разъяснений, как и про "У постели умирающего", 1896, или "Смерть в комнате больного", 1896, но и вроде бы безобидный интерьер "Лунный свет. Ночь в Сен-Клу", 1895, не кажется умиротворяющим. Почти "брейгелевского" сорта физиономии смотрят с картинки "Богема Кристиании I", 1895. Даже портреты туда же: "С.Пшибышевский", 1896, "С.Малларме", 1895 (?), "А.Стриндберг", 1896, а "Хенрик Ибсен в Гранд Кафе", 1902, похож на тролля. Мрачны и пейзажи вроде гравюры на дереве "К лесу I". Отчасти исключением служит - цветная литография - модерновая "Мадонна", 1895, хотя самый поэтичный, лирический женский образ в этом разделе (да пожалуй что и на всей выставке) - офорт "Брошь. Эва Мудоччи". Многие оттиски дублируют сюжетные мотивы, более известные по хрестоматийным живописным полотнам мунка - "Девушки на мосту", "Две женщины на берегу" (два варианта, и на обоих вторую женщину в черном легко принять за Смерть), "Меланхолия", "Поцелуй", "Ревность", "Страх", "Вампир". Некоторые сюжеты, впрочем, на выставке только гравюрами предъявлены - как "Голова мужчины в волосах женщины", 1898, или вид "Катафалк. Потсдамская площадь", 1902.

В дальнем закутке собраны фотографии Мунка, которые сегодня можно с полным основанием назвать "селфи", при том что во времена Мунка технически они осуществлялись далеко не с той простотой, как теперь (кстати, в целях безопасности делать селфи на выставке запрещено!). Фотографировать себя художник любил в том числе и голышом - в саду, на пляже, в мастерской, но это более ранние снимки, 1900х годов, а есть позднейший автопортрет в шляпе, 1930.

Основной раздел составили десятки великолепных, в том числе лучших и известнейших холстов, начиная с программного "Метаболизм. Жизнь и смерть", 1898-99 (аллегория Адама и Евы). Тут и портрет в рост Дагни Юль-Пшибышевской, 1893, и "Мужчина и женщина на берегу моря", и еще один вариант "Поцелуя", и памятный по любой выставке Мунка зеленорожий "Убийца", 1910, и зрелый вариант "Ревности", 1913-15 (явно превосходящий более ранний 1907 года), и крупными, редкими мазками выписанные "Амур и Психея", 1907, и экспрессивная "Смерть Марата", 1907 (в фоторазделе есть снимок Мунка на ее фоне), и жанровая сценка "За рулеткой в Монте-Карло", 1892, и "удивительное" - ну правда! - "Удивление", 1907

А в центре раздела - цикл "Фриз жизни", в который Мунк включал картины, созданные на протяжении тридцати лет: "Меланхолия", варианты 1893 и 1900-1901, "Танец жизни", 1925 (разумеется, не слишком "жизнеутверждающий), темпера "Запах смерти", 1895, "Пепел", 1925 (версия сюжета "На следующее утро"...), пастельный, первый вариант "Крика" (1893), "Глаза в глаза", 1899-90, и самое, кажется, крупное по размерам полотно в экспозиции, "Агония", 1915. Бросается в глаза "Красный плющ", 1899-90, скромно смотрятся варианты "Голгофы", 1900, и "Поцелуй у окна", 1891, шокирует даже по сегодняшним меркам картина "Наследственность", 1897-99, с жутчайшим изображением младенца на руках у женщины, покрытого красными пятнами дурной болезни. Не столь пугающее, но тоже далекое от благости ню "Созревание" ("Переходный возраст"), 1894, изображает девочку-подростка. Куда более мирно, но тоже с искаженными пропорциями и схематично, запечатлены "Купающиеся мальчики", 1897-98, и "Купающиеся девочки", 1897-99.

Не считая "Первого снега на аллее", 1906, пейзажи Мунка в основном размещаются на втором этаже: "Берег моря", 1904, "Зима в Краггере", 1912, "Пейзаж с деревьями и лодками", 1905-06, "Волна", 1931, "Звездная ночь", 1922-24. Пожалуй, самый яркий во всех отношениях пейзажный холст выставки - "Под яблоней", 1927-30. Два варианта "Вязового леса весной" середины 1920-х. "Цветущий фруктовые деревья на ветру", 1917-19. "На ступенях веранды", 1922-24. Наконец, великолепная "Яблоня в саду", 1932-42. А знаменитое "Солнце", 1910-13, напомнило о названной только что "лучшим спектаклем малой формы" постановке "Пианистов" из Новосибирска по роману норвежского автора, где финальная мизансцена строится на фоне именно этого холста:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3990632.html

Но пожалуй интереснее, уже хотя бы потому, что не столь популярны, живописные портреты Мунка, представленные очень достойными образцами - изображения непарадные, неформальные, экспрессивные, но по настроению иные, нежели обобщенно-аллегорические образы художника, модели, по крайней мере, поданы в лучшем, достойнейшем виде: адвокат Турвальд Станг, 1909, врач Даниэль Якобсен, 1908-09, писатель Яппе Нильсен, 1903, консул Кристен Сандберг, 1906, а также "Женщина в сером", 1924-25. Помимо последнего женского портрета на выставке имеются сразу несколько эффектных ню (чего не было, между прочим, на мадридской экспозиции, собранной по разным музеям!): "Стоящая обнаженная", 1922-23, потрясающая "Натурщица у плетеного кресла", 1919-21, "Плачущая женщина", 1907, "Натурщица, сидящая на диване", 1925-26.

Ну и совершенно особый, по двум этажам разнесенный жанровый раздел - автопортреты. На 3-м этаже открывающие экспозицию более ранние "Автопортрет в аду", 1903, "Автопортрет под женской маской", 1893 (маска висит над головой, а не на лицо надета), "Автопортрет с бутылкой вина", 1906; на втором зрелые и позднейшие "Автопортрет у стены дома", 1926, "Автопортрет с бутылками", 1938 (?), "Полуночник", 1923-24, "Бессонная ночь. Автопортрет в состоянии смятения", 1920, "Автопортрет между часами и кроватью", 1940-43, "Автопортрет у окна", 1940. Мунк и себя видит, изображает как своих обобщенных героев - в свойственных им состояниях, и очень интересно сопоставлять автопортреты с символистско-экспрессионистскими, эмблематичными "ревностью", "меланхолией", "криком".





Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments