Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

не гони нас, дядя, из подъезда: "Стиляги" в Театре Наций, реж. Алексей Франдетти

В свое время неожиданно для себя я не то что полюбил фильм Валерия Тодоровского "Стиляги" буквально с первого взгляда - посмотрев его на пресс-показе (тогда еще я ходил на пресс-показы киношных новинок, потом обленился) - но очень сильно, всерьез он меня увлек, зацепил:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/1290877.html?nc=5

Так что когда "Стиляг" выпустили в прокат, я пошел на них опять и был обескуражен, не досчитавшись в адресованной широкой публике версии нескольких памятных сцен:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/1300792.html

Позднее оказалось, что купюры были сделаны не под давлением цензуры, но из соображений хронометража - фильм сократили для проката, а в телепоказе впоследствии почти все вырезанное восстановили. То есть я смотрел "Стиляг" Тодоровского неоднократно, и только в кино на большом экране дважды, последний раз сравнительно недавно пересматривал - понятно, что к спектаклю Алексея Франдетти еще и поэтому заранее относился скептически. Тем неожиданнее и приятные, что спектакль в меня совсем по-другому, нежели фильм, но тоже "попал"!

Сценография Тимофея Рябушинского сперва вызывает вопросы: вращающаяся на круге стена по типу "берлинской" (к моменту действия "Стиляг" еще не построенной) декорирована стилизованной официозно-пропагандистской советской мозаикой (в эстетике скорее брежневских 1970-х...), сквозь которую "пробиваются" граффити (а это вообще из параллельного мира явление). Костюмы Анастасии Бугаевой - яркие, разноцветные, как и положено, "стиляжьи": хорошие - но ничего экстраординарного. Могла бы поинтереснее быть хореография - Анатолий Войнов и Ирина Кашуба поставили танцы также довольно предсказуемые. Наконец, музрук проекта Евгений Загот снивелировал разномастное ретро в нечто усредненно-джазовое (заглянул я в "оркестровую яму" - там полтора инструменталиста и сам "дирижер"-супервайзер за компьютерным пультом...), что заставило лишний раз задним числом оценить достижения Константина Меладзе в качестве музыкального продюсера киношного оригинала. В то же время сюжетно, драматургически спектакль, насколько позволяют производственные условия театра, следует исходной сценарной канве. Поэтому до середины первого акта я скорее отмечал те или иные конкретные исполнительские достижения и огрехи, не ожидая от спектакля как цельного произведения содержательных откровений.

Обрадовался, что попал на состав с участием Игоря Балалаева - для фанатов мюзикла Балалаев звезда жанра, а я его знаю в первую очередь как актера Камы Гинкаса и Генриетты Яновской, только что он очень здорово сыграл в ее последней премьере "Слон"; роль папы Мэлса - важнейшая среди возрастных, и драматически насыщенная, полноценный музыкальный номер у Балалаева всего один, пускай шлягерный, "Человек и кошка", но характер отца при всей видимой простоте неоднозначный, и Балалаеву многое в этом образе удалось хотя бы обозначить (а есть еще и что поискать в нем); лихо поигрывает одной рукой на аккордеоне, придерживает второй стульчак от унитаза, а между делом успевает лампочку вкрутить! Суровость наружную и внутреннюю слабость мамы Пользы необыкновенно трогательно передает Анна Галинова - всего три состава на маму заявлено, но и тут мне посчастливилось: есть моменты у Галиновой неприкрыто сентиментальные (камень расплачется!), а есть сдержанные, "неформатно" для мюзикла минималистские - в них Галинова напоминает свою героиню из "Гаргантюа и Пантагрюэля" Богомолова, где аналогично искренность, подлинность переживания преодолевает гротесково-пародийный рисунок роли. Блестяще за всех остальных пап - Боба, Фреда, за лабуха, продающего Мэлсу "трофейный" саксофон, и мельком за шаржированного дядю Йосю - выступает Андрей Школдыченко, на московской сцене относительно новый артист (хотя уже отметившийся там и сям), но большой, зрелый мастер.

С главными, молодыми героями мне пришлось сложнее. В составе, который я смотрел, Мэлса играл Эмиль Салес (артист, насколько я понимаю, потомственный, династийный, но недавно приехавший в Москву из Калининграда) - он где-то недотягивал вокально, где-то пережимал актерски, однако выровнялся на ходу, а точность попадания в типаж абсолютная, и обаяние несомненное. Вот как его Мэлс мог влюбиться в такую Пользу, какой она выходит у Анастасии Тимушковой? В очередь с ней заявлена Дарья Авратинская (уже работавшая с Алексеем Франдетти раньше), и она предпочтительнее наверняка, а Польза, которая досталась нам, уместнее смотрелась бы Снегурочкой на детсадовской "елке", особенно до антракта, где надо изображать советскую "вамп". В то время как ее соперница Катя - прекрасная во всех отношениях девушка: опять же скажу за увиденный и услышанный состав - ученица Лики Руллы, студентка ГИТИСа Наталья Инькова покорила и голосом, и драматизмом, в ее героини любви гораздо больше, чем идеологии, она мягче, чем ее кинематографический "прототип" в лице Евгении Брик, но это как раз интересно и подкупает; а ее основное вокальное соло - в первом акте на песню "Будь со мной", переходящую в марш (красные флаги, допустим, уже излишество... все ведь сыграно и спето!) - потрясающее. В амплуа неформального лидера стиляг, "мажора" и конформиста Фреда-Федора, изо всех сил зажигает Александр Новин (исполнителей отбирали по кастингу, проводившемуся в течение нескольких месяцев...), а с ним в очередь должен Стас Беляев выходить, я бы на него тоже посмотрел.

Не знаю как на чей вкус, а на мой субъективный ненавязчивое доминирование в саундтреке и наборе музыкальных номеров песен из репертуара группы "Браво" разных периодов оправдано по смыслу... ну и просто приятно. Правда, сперва возникло подозрение, что четко вписанные в драматургию фильма песни через спектакль проходят как музыкальные интермедии, и представление малость смахивает на театрализованный "вечер советской оперетты" - к счастью, такое ощущение быстро ушло. Музыка не то что органично вливается в действие - она во многом его здесь определяет, едва ли не сильнее, чем в исходной киноверсии. Если какие-то сценические решения меня огорчили прямолинейностью (вместо остроумной, ироничной постельной сцены фильма в спектакле предлагается уцененно-"бродвейский" банальный финал первого акта с летающими на тросах среди электрозвездочек "влюбленных" пар), то многие, наоборот, удивили.

Стоит иметь в виду, что хоть время летит быстро, а лет "Стилягам" Тодоровского уже немало - трудно поверить... больше десяти лет!! - и появились они в одной обстановке, а спектакль выходит в другой - легко, но нечестно было бы не замечать случившихся вокруг изменений. В фильме эпизоды задержаний "стиляг" достаточно безобидны - в спектакле они поданы наглядно, стилистически пожалуй что и чересчур "в лоб", но однозначно, бескомпромиссно, и в музыкальном плане тоже: в этот момент бравурная "Утро красит нежным светом", звучавшая прологом и снова возвращающаяся ближе к финалу, по аранжировке сближается парадоксально с электронными обработками Ивана Кушнира песен к "Цирку" Диденко по фильму Александрова - возникает нота тревожная, почти апокалиптическая (хотя акцент в тексте на "чтобы руку поднял Сталин, посылая нам привет" сделан слишком нарочито, 1955 год - Сталин уже неактуален). А финал переосмыслен еще последовательнее - в фильме стильная толпа высыпала на перекрытую, опустевшую улицу Горького-Тверскую, и заполняла ее весельем; в спектакле Франдетти, если честно, веселье кажется несколько натужным, а вот развязка - фронтальная статичная мизансцена, хор персонажей в белоснежных, призрачно-ангельских костюмах; и под саксофон соло Мэлса у рампы, пронзительное, прощальное - на тот же самый текст "Шаляй-валяй", но с совершенно иной смысловой подоплекой, с иным, отнюдь не праздничным, не благостным, не оптимистичным, но трагическим настроем - звучит и выглядит как "реквием по мечте".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments