Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

"Горе от ума" А.Грибоедова, "Коляда-театр", реж. Николай Коляда (запись)

Уж чего в спектакле Коляды, и не только в этом, а в любом, днем с огнем не отыскать - это ума: сплошные эмоции, и по большей части горе горькое, хотя и оттененное фарсовыми конвульсиями; понимая заранее, на премьерную постановку Грибоедова в рамках нынешних гастролей я не ходил - но техника развивается столь стремительно, что свежую, в Москве сделанную запись посмотрел через интернет, против ожиданий не без интереса!

Пускай не кажется мне Игорь Баркарь великим актером, но поразительно, что из всех версий комедии Грибоедова, виденных за последние годы, не исключая и выдающегося спектакля Римаса Туминаса в "Современнике" - а я смотрел его с разными составами за 11 лет 13 раз! - только у Коляды сколько-нибудь любопытной, вызывающей некоторое сочувствие оказывается фигура Чацкого. Обычно наоборот, современные режиссеры (а с ними и сценографы, и художники по костюмом и т.д. вплоть до композиторов) ставку делают на "фамусовскую Москву" и на Фамусова персонально - даже вопиюще безвкусная, "вырвиглазная" версия Павла Сафонова на Малой Бронной подтверждает это правило, оставляя в памяти не психопатичного резонера (при всем таланте Дмитрия Сердюка), но пошляка-дегенерата Фамусова (Михаила Горевого). Кстати, чтоб оценить масштаб катастрофы - спектакль Коляды в сравнении с сафоновским может показаться образцом утонченности, эталоном высокого штиля.

Тем не менее затянувшееся свидание Софьи с Молчалиным (его играет простецки-мощный Мурад Халимбеков, который поражает в "Оптимистической трагедии" своим Алексеем - матрос, между прочим, Молчалину тезка! субтильный Баркарь мускулистому Молчалину по любовной части точно не конкурент... а уж как Молчалин с Лизой под конец лезгинку танцуют! и не спрашивай, к чему в "Горе от ума" лезгинка, спроси, к чему тебе "Горе от ума" без лезгинки!?) в уральском варианте представляет собой квартирный "дискач" под соответствующий (отнюдь не продвинуто-клубный, а как всегда, колхозный) музон, к утру переходящий в оргию. Софья (Алиса Кравцова) в ядовитого цвета паричке, массовка в свитерах с оленями, похмельного Фамусова вывозят в тележке из супермаркета - малопримечательный, не слишком колоритный Фамусов (Александр Сысоев) здесь, по колядовскому обыкновению, забулдыга с платком, закрученном на башке, и с самогонным аппаратам в обнимку: пока накапает в граненый стакан - сколько раз успеют очередной монолог Чацкого прервать!

Однако и Чацкий не унывает - явившись, судя по наряду, прям из Амстердама с парада, балаболит по-ихнему, по-европейскому, не смущается ответами на уровне "ху из он дьюти тудэй" и "Ландон из э кэпитал оф Грейт Британ", переходя с французского на итальянский, а при необходимости и на нижегородский, танцует кузнечиком. Но главная "фишка" спектакля - Чацкий вместе с "новыми веяниями" привозит к Фамусову в дом связку плюшевых игрушек-Ждунов, работы голландской художницы, но нигде как на святой руси получивших распространение и признание, а в "Горе от ума" Коляды выполняющих функцию фетиша, как ритуального, так и сексуального (ничего в этом смысле принципиально нового, правда, Коляда-режиссер не предлагает, раньше использовались другие фетиши): ждунов и нянчат, как младенцев, и тискают, как... Сразу начинаются, да в общем-то и не заканчиваются, традиционные для спектакля Коляды на каком угодно материале камлания, радения... Капает из аппарата самогон, звенят граненые стаканы.

Однако во втором действии, еще до "бала" (уж если поутру возле комнаты Софьи творился бедлам - то бал уже предстает действом совершенно инфернальным, одновременно сохраняя характерные для коляда-эстетики приметы цыганской самодеятельности: гости Фамусова выглядят как отставшая от обоза по пьяни часть кордебалета Надежды Кадышевой... то есть не отличаются внешне от массовки любого другого опуса "Коляда-театра") что-то происходит с Чацким - он как будто и про влюбленность свою забывает, и проповедует словно по инерции, без внутренней убежденности в собственной правоте, без горячности, без пафоса... Актер уж больно человекообразный по коляда-стандартам - не особенно складный, малоопытный, с речью плоховато (но там у всех так, хотя этот почти без говора) - а все же на общем фоне впрямь "цивилизованный".

Неудивительно (оправданно), что монологи чацкие никчемные обрубаются, а скомканный сюжет подменяется расхожими эмблемами: Петрушка оборачивается... вставшим из гроба-кофра Лениным, в пару к нему появляется условно-обобщенный царь в шапке Мономаха, и с их помощью Чацкого, едва втянувшего дым Отечества, укладывают туда же, откуда Ленин вышел, в "гробницу" на колесиках. Что прокатило бы за "решение", если уж не за "откровение" - однако у Коляды любой сюжет, от "Женитьбы" до "Двенадцати стульев", заканчивается аналогичной развязкой (если хилый - сразу в гроб), которая с непривычки кажется фатальной, трагической, а сколько-нибудь в контексте (при том что я далеко не все у Коляды смотрю...) оказывается предсказуемой, дежурной, и не пронзительной, а только надуманной, пошлой.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments