Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Прекрасные господа из Буа-Доре", реж. Бернар Бордери, 1976

Предпоследняя режиссерская работа создателя киносериала про "неукротимую Анжелику, маркизу ангелов" (1964-68), а до этого дилогии про мушкетеров и д'Артаньяна (1961) - в "Прекрасных господах" речь идет тоже про маркиза, а действие разворачивается в тот же исторический период, что и "Мушкетеров", когда при Людовике Тринадцатом фактическим правителем становится кардинал Ришелье и Франция, еще не объединенная под абсолютной властью следующего Людовика, находится в состоянии холодной гражданской войны.

В основе пятисерийного телефильма - поздний роман Жорж Санд, к тому времени (1858) изрядно подвыдохшейся сочинительницы, уже успевшей написать все свои главные труды, к тому же конкретно для "Прекрасных господ" недвусмысленно заимствующей мотивы из тех же "Трех мушкетеров" и следующих частей "франшизы" Дюма (первая вышла в 1844), еще и, вероятно, с оглядкой на дружбу с Дюма-сыном. Впрочем, про подоплеку литературного первоисточника рассуждать трудно - обращаться к подобному чтиву сегодня кроме как узким специалистам в области французской литературы 19го века вряд ли кому в голову придет: для бульварного романа, чтения-развлечения - продукт явно архаичен, устарел, выработал читательский потенциал давным-давно; а как "высокая", "серьезная" проза - книга наверняка же и подавно не годится... Зато телеэкранизация подкупает именно старомодностью - в современной эстетике затхлая романтическая псевдо-историческая эпопея вряд ли смотрелась бы, а как приятное жанровое ретро с интригами, сокровищами в замковом подземелье, дуэлями на шпагах и любовно-семейными перипетиями, политикой и цыганами - вполне прокатит.

Сильван де Буа-Доре (Жорж Маршаль), аристократ и воин, сподвижник Генриха Четвертого, вслед за ним принявший католичество, а после смерти лидера вышедший в отставку, проживает в своем роскошном поместье, щупает пастушек, пилит, тоже собственноручно, деревья, молодится, то есть, из последних сил - к чему имеет повод: в трауре возвращается овдовевшая молодая соседка-гугенотка, которая для маркиза, что старше ее на тридцать лет, предмет давней страсти. За своим поклонением Лориане маркиз не обращает внимания, какую свинью подложил ему по недомыслию кузен, прислав погостить скрывшегося из Парижа (после дуэли, запрещенной, как помнится еще по "Мушкетерам" Дюма, кардиналом Ришелье) знакомого испанца (Мишель Кретон). Тот сразу начинает копать под хозяина, доискиваясь будто бы припрятанных в замке "сокровищ гугенотов" при поддержке местного аббата-интригана, шпиона принца де Конде, а помогает ему в том двуличная экономка Белинда (аналог Миледи - ее играет Марион Гам), мечтающая женить на себе хозяина Буа-Доре и ревнующая его к Лориане (Иоланда Фоллио). Окончательную форму интрига принимает с появлением в замке юного Марио (действительно очень смазливый, чернявый-кучерявый Мишель Альбертини - он и теперь в свои шестьдесят с лишним продолжает иногда сниматься в сериалах, увы, ни одного сколько-нибудь знакомого названия в фильмографии не обнаруживается) - раненый в потасовке с наемниками красавец-цыган и его мать Мерседес находят приют у маркиза Буа-Доре и вскоре выясняется, что Мерседес - не мать, а Марио - не цыган, но сын покойного брата маркиза Флориана, бежавшего в Испанию, успевшего там жениться, но убитого на обратной дороге домой, причем убийца - тот самый подлый испанский самозванец, что нашел покровительство в Буа-Доре и задумал погубить маркиза, а заодно и жениться на его возлюбленной.

Пять серий, каждая хронометражом час с четвертью, вмещают немыслимое количество фантастических событий, совпадений, переодеваний и, конечно, боев с погонями. Кульминационные моменты - дуэль, в которой маркиз де Буа-Доре убивает испанского самозванца, очень, разумеется, честно, с полным знанием искусства, не как-нибудь. Но все равно за убийство ему грозит преследование, а тут еще и принц Конде, находясь в оппозиции королю и кардиналу, мутит воду, пользуясь случаем; а также попытка захвата замка бандой наемников и цыган по инициативе предводителя цыганской шайки - его, что характерно, тоже убьет маркиз. Вообще цыгане в "Прекрасных господах..." возникают на каждом повороте сюжета, причем в свете, для своего времени привычном, а по сегодняшним понятиям, когда даже из "Женитьбы Фигаро" Бомарше вымарывается упоминание, что будущего цирюльника украли цыгане (заменяется на "разбойники"...), настолько неполиткорректном, что едва ли роман Жорж Санд ждут новые экранизации... Помимо всего прочего среди цыган живет полубезумная маленькая ведьмочка-предсказательница Пиляр (Мими Янг), влюбленная в Марио, и ее пророчества привносят в жизнь главных героев еще больше тревоги и сумбура.

Центральный любовный треугольник дядя-племянник-вдова осложняется возрастом персонажей и характером Лорианы: вероятно, по меркам середины 19го века молодая женщина начала 17го должна была казаться передовой, коль скоро отказывалась сразу выходить замуж, заставляла женихов выжидать годами и подолгу сама страдала от этого, сообразуясь с тем, что если муж на тридцать лет старше - это плохо, но если на четыре года моложе (а Марио - ровесник д'Артаньяна, ему на момент появления в Буа-Доре всего 18, у него избыток сил, хватает и собак поласкать, и пастушек по дядиному примеру потискать) - того хуже; терзания такого рода передаются и обоим соискателям руки Лорианы, дядюшке и племяннику. Драматические перипетии оттеняются фарсовыми, с переодеваниями: маркиз для конспирации в одном из эпизодов изображает повара, мужа трактирщицы; Марио проникает шутки ради в спальню к Лориане в женском платье под впечатлением от мифологической истории про нимфу и ее возлюбленного, притворившегося своей родной сестрой; саму Лориану, за отца-протестанта приговоренную к заключению в монастыре, хотят подменить деревенской девушкой - Лориана, правда, отказывается, поскольку не сумев выбрать между дядей и племянником и не успев выйти за убитого испанского афериста, готова сознательно предпочесть постриг.

В общем - опереточные аристократы, ряженые поселяне, гротескные злодеи, цыганский цирк и до кучи беглый итальянец, ученый и астролог Жовелен (Оливье Юссно), напоминающий снова про "маркизу ангелов" с ее всезнающим Савари (ну точнее, все-таки, это А. и С. Голон эксплуатировали клише второсортной романтической беллетристики предыдущего века) - последователь Джордано Бруно, казненного менее чем за тридцать лет до описанных событий: фигура тоже скорее комическая, Жовелен играет на волынке, мешая ее резкими звуками замковым шпионам подслушивать хозяйские тайные беседы (подобно тому, как позднее в квартирах с "жучками" включали воду...), а своим ложным предсказанием он отводит от дома беду, заставляя спешить принца Конде в Париж к будто бы умирающему (на самом деле здравствующему) королю. Антиклерикальный, точнее, конкретнее, антикатолический пафос Жорж Санд, не в пример сомнительным шовинистическим стереотипам, пришелся ко двору и в сериале 1970-х годов, и нынче актуален (в цивилизованном мире верующие почему-то не склонны оскорбляться в лучших чувствах): традиционно все романтические симпатии - на стороне гугенотов, как твердых в протестантизме, так и дипломатично для вида "обратившихся", а официальные церковники - трусливы, лживы, подлы и, понятно, веруют в Бога менее всех вокруг, включая и цыган. Протестантская же аристократия - образчики мужества и чести, всем помогут, сокровищ не отдадут, даму защитят, и за страну повоюют.

К финалу, когда отец Лорианы успевает погибнуть при осаде Ла Рошель (и снова параллели с Дюма...), влюбленные в нее дядя и племянник продолжают сражаться, проявляют чудеса героизма, Марио самоотверженно взрывает пороховой склад, едва не превратившись в пепел... Но что ж теперь, молодой вдове и в монастырь в самом деле уходить на радость католикам? Конечно, нет - при взрыве Марио лишь слегка руку повредил, так что не видать монашкам Лорианы, ну а дядюшка, невзирая на годы, вместо вожделенной женитьбы возвращается на войну: первых читателей романа, вероятно, развязка больше устроила, чем зрителей, готовых смотреть экранизацию 1970х годов сегодня, вот если б дядя и племянник порезали друг друга за невесту, а та в монастыре стала жертвой лесбийских домогательств - другой разговор.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments