Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Мы берем это на себя", Шаушпильхаус Цюрих, Швейцария, реж. Кристоф Марталер

"...И потом все это - уже исхоженные тропы, а хотелось бы отличаться, хотелось бы увидеть спектакли, о которых я не догадывался, не предполагал, что можно ТАК. Это случалось со мной раньше. Но сейчас, при том, что и Уилсона, и Марталера я раньше никогда не видел, нет ощущения, что я не знаю их театров" -

- прочел в интервью Камы Гинкаса из книги "Как это было". Интервью 1998 года, то есть больше 20 лет ему, но не уверен, что с тех пор Кама Миронович посмотрел еще что-то у Марталера - думаю, я видел больше. Впрочем, он смотрит как режиссер, а я как зритель, и эффект дежа вю в том и другом случае совсем неодинаков. Мой первый Марталер - "Прекрасная мельничиха", тоже давнишняя, которая мне, по крайней мере, отчетливо запомнилась. Дальше была невнятная, зато любопытная в чисто музыкальном плане современная опера "Фама", а сравнительно недавно, несколько лет назад - "Кинг сайз", и уже по "Кинг Сайзу" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2703747.html

- я для себя окончательное, очень четкое представление о театре Марталера составил. Поэтому недоумения, подобно некоторым большим любителям искусства, по поводу "Мы берем..." не испытал, наоборот, в деталях воображая заранее, что увижу, на свой лад даже радовался узнаванию, отгадыванию, хотя бы и сквозь скуку. Алчущим художественных открытий, должно быть, пришлось тяжелее: выжили только головоногие.

Действие "Кинг сайза" происходит в отеле, действие "Мы берем это на себя" внутри космического корабля, тот спектакль более камерный и почти в два раза короче, остальное - практически один в один. Ну и текста в "Мы берем..." столько, что чаще смотришь на экран с субтитрами, чем на сцену (еще какой-то придурок поначалу из зала орал, что буквы мелкие, долго не могли его унять... потом он стих, но суфлерша из первого ряда подавала реплики одному из артистов вслух - срочный ввод случился, что ли?) - хотя с текстом все еще очевиднее, чем с постановкой и оформлением. Русскоговорящий "интеллектуальный приборно-агрегатный модуль" вполне человекообразного вида вводит публику в курс дела - знакомит с персонажами. Дежурное меню современного театра - ассортимент типажей буржуа в разбросе от девелопера до священника-любителя, тут же вдова-наследница, молодящаяся старуха, пиарщик и т.п. На земле они малость проштрафились, кто-то объявлен в розыск, кто-то скрывался в уединенных поместьях, а теперь они всей дружной компании отправились в космос к "горизонту событий". Чтоб не скучать в дороге, им предложена "бортовая культурная программа" в лице еще одного антропоморфного голографического робота.

То есть диалоги перемежаются музыкально-пластическими номерами, для чего в шоу задействованы два пианиста, они же клавишники, они же ди-джеи, в зависимости от того, играют ли на пультах, синтезаторах или двух фортепиано, выползающих время от времени из достроенной к стационарной сцене "ямы" (под нее убраны первые три ряда партера). В ход идет, помимо предсказуемо взятого за лейтмотив хора из Вагнерова "Тангейзера" вкусе с неизбежными историко-культурными коннотациями (Вагнера любил Гитлер, Вагнер - фашист, капиталисты на космическом корабле поют Вагнера: капитализм=фашизм) и Рихард Штраус (ну примерно в том же ключе трактованная "Альпийская симфония"), и, вместе с тем, Элтон Джон, а песенка "Хеппи бесдей" символично транспонируется из мажора в минор, предлагая задуматься, до чего же безрадостна жизнь в мире чистогана. На песнях и танцах пассажиров и экипажа выстроенного по моде ретро-фантастики 1960-70-х космолета приунывшая от ужасов капиталистического житья-бытья аудитория малость оживает, иногда даже смеется - скорее, впрочем, расслабляясь, чем по-настоящему радуясь; потому как тексты дико напрягают.
Естественно, "Мы берем это на себя" - антикапиталистический памфлет, изобличающий (сенсация! никогда такого не было - и вот опять!) буржуазное общество, которое уже худо-бедно пережило практически все попытки построить что-нибудь альтернативное, а все никак, зараза, до конца не загниет. Возрастные актеры демонстрируют нарочито непрофессиональный вокал - ненамного хуже, впрочем, чем в театре Камбуровой - что задает комический эффект, а "голографическая" певица еще и "барахлит", тоже забавно. Слушать же, точнее, читать буржуйские саморазоблачительные "откровения" реприз с потугами на юмор, сатиру, сарказм (хохмы пошиба "он любил ее как дочь и хуже"...), построенные к тому же на утомительных рефренах, на периодах, приправленные, как водится, сугубо локальными деталями (типа "великий швейцарский композитор Вагнер" - это напоминание о швейцарском великодержавном шовинизме, если кто не знал, что жители Швейцарии - лютые шовинисты...), с какого-то момента становится нестерпимо, проще сосредоточиться на внешней форме.

А форма у Марталера всегда безупречна, стилистика лабораторно-стерильна, ритм просчитан с точностью ракетных пусковых установок (никакой крикливый придурок из зала не собьет) - как формалистско-эстетский опус "Мы берем это на себя" смотрится, стало быть, несмотря на скуку, со всей возможной приятностью... Не задевает, не коробит, не провоцирует. Чем являет высокий образчик буржуазного европейского театра, способного порадовать глаз, помочь скоротать вечерок с ощущением причастности к возвышенному - великолепно отлаженная механика на холостом ходу. Исполнители отменно существуют в ансамбле: драматически, пластически, вокально. Тогда как, если уж нельзя без того обойтись, бичевать язвы капитализма можно или тоньше, не на уровне Михаила Задорнова (добил меня эпизод, разыгранный на авансцене, где один капиталист приходит на исповедь к другому, а тот второй, священник-любитель по-совместительству, предлагает заключить договор на освящение воды и вывести бизнес на новый уровень, еще больше заработать), или, уж наоборот, жестче, доходчивее (наподобие Фабра какого-нибудь).

Ближе к окончанию этого "немного статичного приключения" (цитата по русскоязычному тексту субтитров), два часа которого кому-то покажутся двумя световыми годами, для самых терпеливых режиссером, пока персонажей не засосало бесповоротно в черную дыру, припасены бонус-аттракционы: поющая голограмма имитирует совокупление с муляжом копченого окорока, а модуль-алгоритм, доложив о состоянии мира к началу цифрозоя, сообщает, чем завершится социальная и биологическая эволюция человеческого рода, если беспощадный капитализм продолжит его разъедать. Для наглядности из "ямы" выползает гигантский полукальмар-полумамонт и (по-моему это единственный смешной момент спектакля...) моргает глазками - милый такой "зверь из бездны", ни чуточки не страшно, если планету заселят ему подобные, уж всяко посимпатичнее нынешних ее "хозяев".


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments