Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

после всего, что написано: "Человек из рыбы" А.Волошиной в МХТ, реж. Юрий Бутусов

Вот пусть еще хоть кто-нибудь попробует мне сказать: ой, пока рано, мы никого не зовем, спектакль не сложился, давайте потом... - прокляну, ей-богу, прокляну! Ладно я не доживу до "потом" - но кто знает, что будет "потом" со спектаклем?!

О заменах в актерском составе я узнал накануне, а точнее, под утро. И вместо того, чтоб подняться на сбор труппы, решил вечером на спектакль пойти. В июле сразу отметил для себя - в МХТ появилась еще одна постановка, которую удобно смотреть с антракта -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3827811.html

- но не думал-не гадал, что удобство обернется необходимостью. Припоминая более-менее время перерывов, прибежал из консерватории к 3-му акту: на крыльце пусто, стою - никто не выходит, то есть выходят в час по чайной ложке по одному, по двое. Жду, терплю, нервничаю, спрашиваю у очередной отваливающей парочки - антракт, прошел, третье действие началось? "Там еще и третье?!" - выпучивают они глаза, не сбавляя шаг, но я успокаиваюсь, и вскоре выгружается в переулок толпа: перерыв. Однако если с первых рядов и уходили, то освободившиеся места успели занять страждущие порасторопнее, смотревшие с начала, мне достался на бедность пятый - а полноценно разглядеть "Человека из рыбы" можно только с первого ряда.

Я сперва думал, что подзабыл, спутал внутренний хронометраж спектакля, но похоже, не столько память меня подвела, сколько объективно сместились в постановке "центры тяжести", она идет теперь на четверть часа дольше, чем изначально, по крайней мере позже заканчивается. И не знаю насчет первых двух актов, но то, что происходит в третьем - это, в общем, принципиально другой, новый "Человек из рыбы".

О причинах ухода Максима Матвеева после уже сыгранных на публику летних превью я едва наслышан и не хочу до кучи туда влезать (меньше знаешь - крепче спишь), но заранее ясно было, что Артем Быстров вместо Максима Матвеева - это не просто техническая замена (Матвеев и в составах на официальной странице спектакля больше не числится). Рассуждать в духе "Матвеев лучше", "Быстров хуже" - и подавно вредное, бессмысленное занятие. Я несколько лет назад под впечатлением от "19.14" охарактеризовал Быстрова в несвойственных мне высокопарных выражениях, что мне поставили на вид и так безапелляционно (мол, не рановато ли я перехваливаю артиста, мало пока себя проявившего?), что - обычно я этого не делаю - пришлось под давлением авторитета отредактировать опубликованный текст. Но сейчас, когда никто на меня не давит, могу сказать: Артем Быстров - актер выдающийся, один из самых интересных и значительных в своем поколении и по возможностям потенциальным, и по тому, что он успел к сегодняшнему моменту реально сделать, сыграть в театре, особенно в кино. Но суть в том, что Максиму Матвееву в "Человеке из рыбы" Бутусов отдал сразу две роли.

В третьем акте Матвеев, помимо Гриши, играл также Стасика - "промышленного альпиниста", и с черным, по-бутусовски вымазанным лицом-"маской", его "альпинист" казался фантомом, чуть ли не падшим ангелом. В сегодняшнем, подготовленном к открытию сезона варианте роли Стасика и Гриши распределены между разными исполнителями, и Стасик достался Павлу Ворожцову, тоже отличному актеру - но его персонаж здесь, несмотря на всю условность и нарочитую искусственность жестов, интонаций, замедленный темп речи и растянутые гласные, как было и у Матвеева, все равно карикатура на бытовой "жлобский" тип, гротесковый, в значительной мере пародийный и в очень сильной степени комический, чего у Матвеева и близко не наблюдалось, матвевский Стасик пугал, вселял беспокойство, и в общем, служил вестником беды; ворожцовский же задает дальнейшему развитию событий (изъятию Одри, неведению Салмановой) контраст, однако, по-моему, веселухи и бытовухи стало больше, а драматизма (ну может еще и "нарастет"...) не прибавилось.

Зато с "раздвоением" прежней матвеевской функции появилась возможность (появилась возможность, потому что добавился исполнитель, или исполнитель добавился, чтоб, в частности, появилась такая возможность?) "материализовать" призрак Набокова, многократно упомянутого в тексте, но только сейчас явленного во плоти - Ворожцов-Стасик в полубеспамятстве с бутылкой водки сидит на стуле (и остается на сцене до занавеса, а не исчезает, даже подает реплики), одновременно компанию японке с зонтиком составляет господин ("свободный" Артем Быстров) в шляпе, очках, бежевом костюме и с сачком для ловли бабочек - такой пластической интродукцией открывается третий акт-эпилог. Само собой - шутка ли, шесть актеров вместо пяти - перестроена вся геометрия мизансцен. И уж конечно сходство - не исключено, что случайное, лично мне оно в глаза не бросалось, но многие обратили внимание - Гриши-Матвеева с Константином Богомоловым - исчезло без следа, Гриша, каким его играет Быстров, едва ли кому-нибудь напомнит о Богомолове. Кстати, и у Бурковского слегка изменился внешний имидж - за счет назад зачесанных волос открылся лоб и Бенуа в таком виде смешнее, ну да это мелочи.

Что, конечно, меня поставило в тупик - другая концовка: вместо визуально-пластической роскоши, мыльных пузырей и танцев под музыку - статичная аскеза, героиня Лауры Пицхелаури объявляет "финал", голос незримой Одри-Умы за сценой (на фонограмме), как бы "на пару" с мамой, с Салмановой-Лаурой, озвучивает "предикаты" в очередной раз повторяющемся набоковском пассаже "смерть - неизбежна" и занавес медленно закрывается. Нет, былая красота не пропала втуне - но Бутусов вынес ее "за скобки" и пузыри пускают на поклонах, в процессе или после вручения букетов. С одной стороны, это придает конструкции спектакля больше жесткости, причем жесткости социальной (которую усиливает и как таковой факт присутствия в спектакле Артема Быстрова); с другой, шоу с пузырями после занавеса исключает возможность, да и лишает смысла наличия в финале противопоставленного "парижской мечте" с беретками, пузыриками и песенками холодного душа, символического и буквального, под которым параллельно оказывался персонаж Матвеева: "санобработка" из финала ушла, осталась "мечта", осталось, на выходе, настроение благодушно-поэтическое, что, положим, органичнее для эстетики Бутусова (не зря же мне в летних превью Матвеев казался неуверенным, а финал неожиданным, не-бутусовским, непривычным, новым поворотом в его режиссуре), но для спектакля в целом отчасти неуместно.

В любом случае чрезвычайно увлекательно наблюдать за процессом развития режиссерской мысли от показа к показу со всеми переменами, поисками, противоречиями - кстати, официально на "Человека из рыбы" как "не пускали", так и "не пускают" - "спектакль не готов" по-прежнему, критиков в зале нет, моя еще в начале июля опубликованная рецензия при этом на сайте МХТ висит и остается единственной. Есть резон считать, что нынешний вариант далеко не окончательный, и я бы не рискнул утверждать, что без Матвеева "совсем не то", что Быстров "не вписывается", что Ворожцов "пережимает", что исходный замысел теряется - может, как раз наоборот, "время тянет себя" и правильно "не пускают" на "неготовое" (ну мне то пофиг, захотел и пришел) - а все-таки, блин, я от души сочувствую тем, кто не сумел увидеть "Человека из рыбы" на первых летних показах.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments